Детектив в Дубровке⁠⁠

История, которую я собираюсь поведать вам сегодня, вполне могла бы лечь в основу детектива, потому что в ней имеются все присущие ему элементы: убийство, несколько подозреваемых и, конечно, неожиданная развязка.

Что ж, обойдёмся без долгих предисловий...

Участковый

В таких небольших посёлках как Дубровка, все друг друга знают. Знают с детства, знают по именам, знают все достижения и все грехи. Здесь нельзя спрятаться, здесь нельзя начать всё с чистого листа. Здесь твоя репутация — это и есть ты. А репутация Виктора Семеновича Громова к его 52 годам была, скажем прямо, нехорошей.

Он был местным царьком, хозяином жизни и главным раздражителем. Его или боялись, или ненавидели, или и то, и другое одновременно. Но терпели. Потому что в вымирающем посёлке, где единственным "градообразующим предприятием" оставался лес, он был одним из немногих, у кого водились деньги. А значит — и власть.

Виктор Громов родился здесь же, в Дубровке, в 1957 году. Вырос в обычной рабочей семье, учился средне, но уже тогда выделялся жестким, задиристым характером и умением добиваться своего любой ценой.

После армии он, в отличие от многих своих сверстников, не уехал в областной центр, а поступил на службу в органы внутренних дел. Так началась его карьера участкового уполномоченного — должность, которая в глубинке наделяет человека почти сакральной силой.

Именно в эти годы и сложился тот Громов, которого знала вся Дубровка. Он не столько охранял порядок, сколько его поддерживал — свой, удобный лично для него. В каких-то случаях он мог закрыть глаза на правонарушения, а где-то — "закрутить гайки".

Слухи о том, что Громов покрывает одних и "строит" других, ходили по поселку давно. Говорят, жаловаться было некому и бесполезно. Он чувствовал себя безнаказанным.

Семья

Его личная жизнь тоже была у всех на виду. Он женился на тихой, скромной учительнице младших классов Татьяне Ильиничне. Брак был недолгим и, по словам местных жителей, несчастливым.

Громов, что называется, "ходил налево", причём не скрывая этого. Его романы с замужними женщинами и молодыми девушками были притчей во языцех. В конце концов, Татьяна Ильинична не выдержала пересудов и подала на развод.

А потом оказалось, что всё совместно нажитое имущество, в виде дома, машины и дачи, "юридически" принадлежит только Громову. Татьяна ушла буквально с чемоданом вещей, оставшись без жилья и без средств к существованию.

Общие знакомые пары потом передавали Громову, что из-за тяжелого финансового положения Татьяне пришлось поселиться в старых бараках на окраине посёлка. Мужчина лишь отмахивался:

- Куда она без меня денется? Вернется как миленькая!

Но она не вернулась. А он, прочувствовав вкус свободы, неожиданно для многих решил уволиться со службы.

- Бумажная волокита и нищенская зарплата, — бросил он как-то знакомому. —

Настоящие деньги — в бизнесе.

Предприниматель

На свои сбережения и, как шептались, на некие "неучтённые" доходы со службы он купил обанкротившуюся пилораму и построил при ней склад, где хранил готовые пиломатериалы. И дело пошло.

Используя связи, он выписывал деловой лес под видом повреждённого вредителями и осуществлял "рубки ухода". По существу, древесина доставалась ему за копейки, а продавал он её втридорога.

Строительные материалы на пилораме Громова были самыми дорогими в радиусе пятидесяти километров, но альтернативы попросту не существовало — везти за тридевять земель из Кирова выходило ещё дороже.

Так Громов стал тем, кем хотел быть: не просто богатым по местным меркам человеком, а монополистом. К нему шли, когда нужно было занять деньги до зарплаты или на лечение ребёнку. Он давал, но под проценты. Ещё у него всегда имелась работа, пусть трудиться приходилось за гроши.

— Человеком с огромным самомнением он был, вот кем. Людей за людей не считал. Все его побаивались, но при этом льстили. Приглашали на праздники, усаживали во главу стола, пили с ним за его здоровье... — рассказывает местный житель.

Громов был уверен, что купил себе если не любовь, то вечную лояльность и страх всего посёлка. Он жил один в своём большом доме, пил дорогой коньяк и смотрел на Дубровку как на личную собственность.

"Боярину" было невдомёк, что один из местных жителей уже вынес ему приговор и только дожидался удобного случая для приведения его в исполнение...

Находка

Утро 14 декабря 2009 года в Дубровке выдалось тихим, морозным и ничем не примечательным. Снег, выпавший накануне, укутал посёлок в лёгкую, немую вату. Первым, кто нарушил эту идиллию, стал Сергей, разнорабочий с пилорамы Громова. Он пришёл к 8 часам утра, чтобы растопить печь в цеху и подготовить технику к рабочему дню. Но дверь в контору, которая всегда была заперта, оказалась приоткрыта.

— Виктор Семёнович?! — крикнул Сергей, заглядывая в темноту кабинета начальника.

Ответом ему была тишина. Он сделал шаг внутрь и увидел тело Громова, которое лежало на полу лицом вниз. Рядом с головой — бурое, уже застывшее пятно. Воздух был густой, спёртый, с примесью металлического запаха крови и табачного пепла.

Так было обнаружено тело Виктора Громова. Местный участковый, вызванный на место, сразу понял, что масштабы преступления ему не по зубам, и наглухо перекрыл территорию, дожидаясь следственно-оперативную группу из областного центра.

К тому времени, как на заснеженную площадку перед конторой въехала машина кировских следователей во главе со старшим лейтенантом Максимом Орловым, на улице уже рассвело.

Улики

Войдя в кабинет Громова, следователи, помимо тела его хозяина, сразу обратили внимание на творившийся там беспорядок. Стул был опрокинут, а часть бумаг разбросана по полу. В углу стоял сейф – его дверца была погнута молотком, валявшимся рядом. Деньги, по предварительным оценкам, ~ 300 000 рублей, отсутствовали.

Всё кричало об ограблении, которое обернулось убийством. Орудием преступления, как выяснится позднее, стал тот самый молоток, которым преступник погнул дверцу сейфа.

Что касается отпечатков пальцев, они на молотке отсутствовали. Кто-то, несомненно, убийца, тщательно протёр рукоятку инструмента и многие другие поверхности, включая бутылку рябиновой наливки на столе и пару стопок.

Наличие второго стакана указывало на то, что Громов в тот вечер был не один. Очевидно, наливку принёс гость, так как все, кто знал покойного, в один голос утверждали, что он предпочитал коньяк.

Главной же надеждой следователей стал окурок сигареты "Прима", найденный в пепельнице. Он заметно выделялся среди окурков дорогих сигарет, которые курил Громов. Надеясь, что преступник оставил на нём отпечатки или частицы слюны, эта улика отправилась в лабораторию.

Ещё одной интересной находкой стали следы на снегу. Пока одни сотрудники работали внутри, другие обошли здание снаружи. Цепочка отпечатков вела от задней двери конторы в сторону забора, за которым проходила дорога. Размер обуви – 44-й. Это сразу сужало круг подозреваемых до мужчин. Следы были относительно свежими, идеально подходящими по времени к периоду убийства - 9-10 часам вечера 13 декабря.

Поздний гость

Мало-помалу перед следователями начала вырисовываться картина преступления. Вечером 13 декабря в контору Громова пришёл гость – вероятно, знакомый, раз они пили вместе наливку.

Потом они поссорились, вероятно, из-за денег. Гость, куривший дешёвую "Приму", схватил первый попавшийся под руку предмет (молоток) и лишил жизни предпринимателя.

Затем, охваченный паникой или, наоборот, хладнокровием, злодей взломал сейф, похитил деньги, тщательно протёр все поверхности, к которым мог прикасаться, и скрылся через заднюю дверь.

Следователи от души надеялись, что преступник оставил свою ДНК на окурке, и тогда дело можно было считать раскрытым. А пока правоохранители ждали результаты экспертизы, они занялись опросом местных жителей.

Деловой партнер

Старший лейтенант Орлов и его команда, опросив половину Дубровки, достаточно быстро вышли на троих человек, чьи имена первыми всплывали в любом разговоре о покойном.

Первым в списке значился 64-летний Иван Петрович Попов, бывший деловой партнёр Громова. Несколько лет назад они вместе пытались заняться транспортным бизнесом. Но дело прогорело, а Громов, по словам Попова, "кинул" его на солидную сумму, оставив себе большую часть денег, вырученных от распродажи активов.

Иван Петрович, человек горячий и прямолинейный, не скрывал своей ненависти. Он неоднократно угрожал Громову расправой при свидетелях, а накануне убийства его видели в магазине, рядом с пилорамой, где он покупал спиртное.

Однако в ходе дальнейшей проверки его алиби частично подтвердилось. Около 7 часов вечера мужчину видели возвращающимся домой, и он уже с трудом держался на ногах. К тому же, он не мог оставить на снегу следы 44-го размера, так как носил 41-й.

Бывшая жена

Второй фигурой стала 50-летняя Татьяна Ильинична, бывшая жена Громова. Её история была самой грустной. После развода женщина "осталась на обочине жизни". Все в посёлке знали, как Громов её унижал, и как она его после этого боялась.

Теоретически, годами копившаяся обида могла выплеснуться в страшную месть, которую женщина претворила в жизнь вечером 13 декабря... Но практически? Что могла сделать хрупкая женщина против крепкого и сильного мужчины?

При обыске в её квартире правоохранители не нашли ничего подозрительного, а на вопрос о том, где она была злополучным вечером, Татьяна Ильинична лишь безнадежно развела руками:

- Дома. Одна. У меня никто не бывает.

Алиби женщины подтвердить было некому. Но и мотив у неё был не ахти какой. К тому же стоит добавить, что Татьяна "температурила" на фоне простуды. Вряд ли она могла совершить убийство.

Обиженный сотрудник

Третий подозреваемый выглядел куда более многообещающе - 38-летний Сергей Донской, бывший работник пилорамы. Громов недавно уволил его с громким скандалом, потому что мужчина явился на работу в нетрезвом виде.

Для Донского, который и так жил от зарплаты до зарплаты, это была катастрофа. Свидетели показали, что днём 13 декабря Сергей приходил к Громову в контору и униженно просился обратно на работу, но получил очередную порцию унижений и категорический отказ.

По словам очевидцев он уходил, сжав кулаки и что-то бормоча себе под нос. Алиби у него также отсутствовало: он утверждал, что "немножко выпил" и пошёл топить печь в своём доме, где вскоре заснул. Вот только подтвердить это мужчина не мог.

Следователи уже готовились к долгой и кропотливой работе, выясняя отношения всех троих с покойным, когда из Кирова пришёл долгожданный результат экспертизы, который, казалось, ставил точку в деле.

Отпечатки пальцев и ДНК, изъятые с окурка сигареты "Прима" из пепельницы Громова, однозначно принадлежали... Сергею Донскому.

Картина случившегося

Для следователей это стало ключевой уликой в деле. Пазл сложился. У Сергея имелся мотив (увольнение и унижение), возможность (отсутствие алиби) и теперь железное доказательство его присутствия на месте преступления в роковой вечер. Даже размер обуви у Сергея был 44-й, идеально совпадающий со следами на снегу.

Преступление, по версии следствия, произошло примерно так: вечером 13 декабря Сергей пришёл к Громову мириться и предложил распить принесённую с собой наливку. Они выпили, закурили, но дальше что-то пошло не так, и теперь уже безработный покусился на жизнь бывшего начальника. Затем мужчина вскрыл сейф и стёр отпечатки, но в панике забыл про свой окурок.

17 декабря 2009 года, через три дня после обнаружения тела, Сергей Донской был арестован и этапирован в СИЗО в Кирове. Дело практически считалось раскрытым. В посёлке многие вздохнули с облегчением: буйного и неуравновешенного Сергея и так многие недолюбливали, а теперь он и вовсе оказался убийцей.

Казалось, справедливость восторжествовала...

Вопросы без ответов

Однако старший лейтенант Орлов, руководивший расследованием дела, никак не мог отделаться от ощущения, что в этом деле что-то не так. Слишком уж всё было гладко. Слишком уж удобно этот несчастный Сергей, не отличавшийся острым умом, "забыл" такую очевидную улику, как свой окурок, но при этом умудрился стереть все остальные отпечатки.

Помимо этого, сам Сергей категорически отрицал вину в убийстве и был искренне изумлён тем фактом, что полицейские нашли в кабинете Громова его окурок и бутылку наливки.

Сергей не отрицал, что курил "Приму", но клялся, что в тот роковой вечер даже близко не подходил к конторе и уж тем более не стал бы покупать это "бабское пойло", как он назвал его следователю. Орлов, видевший в своей карьере много лжецов, почему-то верил ему.

Так откуда же взялись окурок и бутылка наливки?..

Магазин

Идея пришла к Орлову внезапно, когда он в очередной раз листал фото с места преступления.

— Рябиновая наливка — это не ходовой товар, который сметают с полок сельских магазинов. Его покупают редко, к конкретному случаю, и продавцы магазинов, коих в Дубровке не так уж и много, наверняка смогут вспомнить таких покупателей, — рассуждал Орлов.

Не откладывая дело в долгий ящик, следователь сел в машину и отправился в путь. Он проехал 136 километров по заснеженным дорогам Кировской области и начал опрашивать сотрудников магазинов в Дубровке.

В первый наливку не завозили вовсе, во втором последняя партия была давно распродана. А вот в третьем магазине Орлова ожидала удача. Войдя туда, он сразу увидел на полке интересующую его бутылку с рубиновой жидкостью.

За прилавком стояла 54-летняя Анна Белова. Спокойная, улыбчивая женщина, пользующаяся неизменным уважением среди жителей посёлка. Интересно, что Орлов уже опрашивал её в первые дни расследования, но тогда вопрос стоял иначе — видела ли она что-то подозрительное.

В прошлый раз женщина ответила отрицательно, и Орлов, записав показания Анны, продолжил заниматься следственными действиями дальше. Теперь же вопрос звучал более конкретно.

— Анна Сергеевна, — начал Орлов, стараясь говорить максимально непринуждённо. — Нужна ваша помощь. Не припоминаете, чтобы в последние недели кто-то покупал у вас рябиновую наливку? Может, спрашивали специально?

Реакция женщины на такой простой вопрос была мгновенной и пугающе яркой. Вся кровь отхлынула от её лица, оставив кожу мертвенно-бледной. Пальцы Анны, пересчитывавшие мелочь, вдруг задрожали, и монеты со звоном рассыпались по прилавку.

— Нет… то есть да… нет… — её голос, обычно такой ровный и уверенный, сорвался на хрип. — Я… не помню. Наливку? Рябиновую? Нет, вроде бы никто… А может, и покупали…

Она не смотрела на следователя, её глаза бегали по прилавку, по полкам, по окну — смотрели куда угодно, только не на него. Поведение женщины была красноречивее любых слов...

Муж

Нет, Орлов не арестовал Анну на месте, ведь у него не было никаких доказательств против продавщицы. По крайней мере пока. В тот вечер следователь вернулся в Киров и взялся за изучение биографии женщины.

Орлову удалось установить, что Анна родилась и выросла в Дубровке. В 1974 году, когда ей было 19 лет, она вышла замуж за Дмитрия Белова. В браке у них родилось двое детей - мальчик и девочка.

А вот дальше начиналось интересное. Супруг Анны, Дмитрий, дружил с жертвой, Виктором Громовым, а позднее, в 1999 году, начал работать у него водителем лесовоза.

Увы, в 2003 году Дмитрий погиб в аварии. На первый взгляд в этом грустном факте не было ничего примечательного, но когда Орлов нашёл материалы о том ДТП, то история предстала в совсем другом свете.

Дело в том, что в тот февральский вечер 2003 года Дмитрий находился за рулём лесовоза Громова. Официальной причиной аварии значились "плохие дорожные условия" (на трассе была гололедица), однако в документах фигурировали и другие детали. Например, "возможная перегрузка" и отсутствие документов на перевозимый лес.

По бумагам получалось, что Громов не имел никакого отношения к ДТП и не понёс наказания. Более того, предприниматель не выплатил семье своего работника никакой компенсации, сославшись на то, что Дмитрий брал лесовоз без его ведома и "левачил".

Таким образом, у Анны появлялся мотив - месть за супруга, который отчасти погиб по вине Громова...

Допрос

Спустя несколько дней Орлов вернулся в Дубровку с "группой поддержки" и попросил Анну Сергеевну пройти с ним для дальнейшего разговора. На этот раз женщина выглядела спокойной и собранной. Она молча слушала, как следователь, не повышая голоса, выстраивает новую версию.

Он говорил не об окурке и не о следах на снегу. Он говорил о боли, длящейся годами. О мести, которая ждала своего часа. О бутылке, которая стала фатальной ошибкой преступника, потому что её не стал бы покупать ни Виктор, ни Сергей. И о том, что наливку можно было купить только в одном магазине.

Орлов не давил. Он просто констатировал факты, глядя Анне в глаза. И под этим взглядом, под тяжестью неоспоримой логики следователя, от решимости женщины не осталось и следа.

— Он убил моего мужа, — тихо, без единой слезы, сказала она. — И остался безнаказанным. Я просто восстановила справедливость.

Признание

Дальше Анна рассказала всё. С её слов получалось, что Дмитрий не просто погиб в аварии. Громов заставлял его возить неучтённый лес без оформления документов. В тот роковой день "Камаз" был перегружен, и тормоза не выдержали на обледенелой дороге...

Муж Анны погиб. Громов же открестился от всего, сказав, что водитель работал без его ведома. Семья осталась без кормильца и без компенсации. Месть зрела в женщине годами. Она, как настоящий киллер, ждала идеального момента. Такой момент настал в декабре 2009 года, когда Громов уволил Сергея.

— Мне не жалко было подставлять Сергея. Поспрашивайте про него — это пропащий человек. Пьёт, поднимает руку на сожительницу. Всем стало бы лучше, если бы его закрыли, — оправдывалась Анна.

Оказалось, что сразу после визита к Громову днём 13 декабря, Сергей зашёл в магазин, где работала Анна, за бутылкой "беленькой". Женщина, видя раздражение посетителя, завязала с ним разговор.

Они вышли на крыльцо и закурили. Затем Сергей поведал Анне о конфликте с бывшим работодателем. Продавщица посочувствовала мужчине, после чего посоветовала ему идти домой и отоспаться, мол, утро вечера мудренее.

Когда Сергей ушёл, она подобрала его окурок и аккуратно положила в пакет. Закрыв магазин в 6 часов вечера, она зашла домой, где надела сапоги 44-го размера (их носил её покойный супруг) и направилась в контору при пилораме.

—

Я сказала, что пришла помянуть Диму и для убедительности взяла с собой бутылку наливки. Сказала, что прощаю его. Громов ничего не заподозрил и впустил меня... Потом, я улучила момент, когда Громов повернулся ко мне спиной, и достала из сумки молоток... — рассказывала Анна.

Затем женщина нашла ключи от сейфа и забрала оттуда деньги - 311 500 рублей. Чтобы сымитировать ограбление, она измяла дверцу сейфа молотком и разбросала по полу документы.

Совершив преступление, женщина подбросила в пепельницу окурок Сергея, стёрла все свои отпечатки в кабинете Громова и скрылась через заднюю дверь...

Наказание

Суд над Анной Беловой завершился осенью 2010 года. Она полностью признала свою вину и даже заявила о раскаянии. Похищенные деньги, которые она так и не потратила, были найдены при обыске в её доме и стали ключевым вещественным доказательством в деле.

Судья, учитывая чистосердечное признание, отсутствие предыдущих судимостей и, вероятно, негативную характеристику личности потерпевшего, вынес достаточно мягкий приговор за убийство и ограбление - 8 лет колонии общего режима.

Как позже сообщали некоторые источники, Анна Сергеевна вела себя в колонии образцово и вышла на свободу условно-досрочно в 2014 году, отбыв чуть более половины срока.

Она не вернулась в Дубровку, где о ней остались противоречивые воспоминания. Женщина предпочла переехать к своей дочери в Киров. Там она сейчас и живёт...

Если вам нравятся тру-крайм истории, приглашаю вас на мой канал "Малдер расскажет" в Телеграм - t.me/malderstory. Там материалы выходят ежедневно.