В лесу Масленицу уважали, потому что это редкий праздник, где можно официально шуметь, есть блины и спорить по регламенту.
Регламент, конечно, вёл Кротон.
— Обычно, — сказал он, раскладывая на пне берестяные листы, — на наших голосованиях каждый доказывает, почему надо выбрать именно его. На должность старшего по желудям, на право стоять первым у кормушки, на звание “самый правый в споре”.
Косуля Сосуля с розовой гривой поправила чёлку и уточнила:
— Сегодня наоборот. Каждый доказывает, почему его жечь нельзя.
Глава 2. Тапир как идеальный “материал”
Пока звери ставили стол с блинами и чайником, по лесу тихо поползла мысль:
— В нём много… ну… стратегического запаса жира.
— А если делать чучело, то у Тапира форма понятная. Лес всё оценит.
Тапир услышал и сразу стал выглядеть ещё более… перспективно.
— Напоминаю: мы выбираем образ, а не живого. Но образ должен быть убедительным.
Косуля Сосуля мило улыбнулась Тапиру:
— Ты просто очень… символичный.
— Это худшее, что можно сказать перед костром.
Глава 3. Защита: “Почему меня не жечь”
Начались выступления. Первым вышел Тапир. Он явно подготовился, потому что у него был чайник — как аргумент серьёзности.
— Меня не надо жечь, — сказал он спокойно, — потому что:
1. Я — полезный. Я умею успокаивать собрания.
2. Я — мокрый по характеру. В стрессовых ситуациях у меня внутри включается суперспособность ускользнуть из переделки как уж.
3. И вообще, выбирать меня только потому, что во мне “много” — это дискриминация по объёму.
Кротон быстро записал: “дискриминация по объёму — учесть”.
Потом выступила Косуля Сосуля:
— Меня жечь нельзя, потому что моя грива розовая. Это редкий природный ресурс. Если сгорит — лес лишится сокровища.
Звери закивали. Аргумент был странный, но всем понравился.
— Меня жечь нельзя, потому что любые попытки сделать моё чуело будут нарушением авторских прав.
Глава 4. Появляется Дебилося
Когда очередь дошла до Дебилося, он пришёл с опозданием, потому что по пути задумался, почему снежинки падают именно вниз. Дебилось оглядел собрание и спросил:
— Мы выбираем кого сжечь на Масленицу, — объяснил Кротон. — И каждый доказывает, почему его жечь нельзя.
Дебилось подумал так долго, что блин успел остыть.
— Меня нельзя, — сказал он наконец, — потому что… я могу забыть, что меня выбрали.
Глава 5. Комиссия находит “идеальное решение”
Звери начали обсуждать практику.
— Чучело Тапира получится слишком правдоподобным. Мы потом будем нервничать.
— А у Косули грива — отдельная статья бюджета. Где взять розовое?
— Нам нужно чучело, которое легко собрать, невозможно перепутать с живым и которое символизирует зиму без травм психики.
И тут Косуля Сосуля произнесла почти буднично:
— Почему?! — удивился Тапир, уже почти смирившийся с судьбой.
Косуля показала на ближайший стог сена:
— Смотри. Втыкаем две ветки — получаются рога. Всё. Чучело готово.
Кротон проверил по пунктам:
— Невозможно перепутать с живым? Да, потому что стог сена обычно не задаёт вопросов.
Дебилось посмотрел на стог, потом на ветки и сказал:
— А можно я рядом постою, чтобы мы оба поняли, кто из нас кто?
Глава 6. Костёр и последствия
Вечером на поляне стояло чучело Дебилося: стог сена, ветки-рога, и сверху — табличка “ДЕБИЛОСЬ СИМВОЛИЧЕСКИЙ”.
Тапир пил чай и выглядел так, будто ему вернули репутацию.
Кротон следил, чтобы никто не начал “улучшать” чучело до опасной степени реализма.
Косуля Сосуля с розовой гривой руководила атмосферой.
Огонь потрещал, зима “официально” ушла, блины исчезли, а Дебилось, глядя на табличку, задумчиво сказал:
— Если это символическое, то получается, я сегодня… два раза поел?
“Побочные эффекты символизма: усиление аппетита”.
________________________________________
Мораль
Когда правило голосования переворачивают, выигрывает не “лучший материал”, а самый безопасный и честный символ. И ещё: если решение можно сделать из сена и двух веток — иногда это и есть признак хорошего управления.
