Серия «Может быть жизнь, может смех или слёзы…»

Крепко и сильно, так до конца дня,

А после не вырвать из порочного круга,

Не различить где любовь, где вражда.

Слышатся крики, и льется вода,

Словно кто то беззвучно плачет.

Это плачут не люди, плачут сердца

И давление вновь подскачет.

Он не ударит её никогда

И она не царапнет ногтями.

Они любят друг друга и любят всегда,

Но меж собою различны вождями.

Он горячий и пылкий, и она непроста,

Не принято им от своего отступать.

У них перед Богом совесть чиста,

Но в обиду себя не привыкли давать.

И каждую ночь повторяется вновь

Знакомая мне реприза.

Я знаю уж точно, что это любовь,

Просто давят её капризы.

На утро проснутся и будут скучать

По друг другу, по семейному счастью.

Снова они будут клятвы давать,

Что справятся с этим ненастьем.

Закрытые окна, разбитые стены.

Как ложусь-слышу голоса два.

Один голос мужской, словно послевоенный,

А второй нежный, как лик божества.

А вокруг лишь тишь да гладь.

Бегали, да потерялись,

Да друг дружку стали ждать.

Время шло. Сильней терялись белокудрые мои.

Вся их форма расплывалась,

Постепенно забывалось,

Кого ждали все они.

И сейчас в морозном небе,

В отблеске большой Луны

Кто-то там тихонько блеет:

"Где-е-е же, где-е-е же все они?"

Так задумайся скорее

Перед тем как видеть сны

Где кому и как виднее

И кого всё-же ждёшь ты?