Ответ на пост «Израильское общество просто сошло с ума»
х/ф Ширли-Мырли, реж. Владимир Меньшов, 1995г.
*Автор поста может быть не согласен с мнением автора фильма.
Показать полностью
Ответы к посту
Израильское общество просто сошло с ума
0 просмотренных постов скрыто
Ответ на пост «Израильское общество просто сошло с ума»
В Израиле есть приличные люди.
а эти приличные люди протестовали против того, что вы лечите у себя забитых свастиками азовцев и против того, что вы поддерживаете страну, в которой к Бабьему Яру ведёт проспект Бандеры, рядом проспект гауптмана СС Шухевича, и в которой над Белой Церковью (там, где УПА убили порядка ста еврейских детей) поднимают флаг УПА?
или эти приличные люди поддержат кого угодно, если этот кто угодно против русских?
В июне 2018 года городской совет Белой Церкви (Киевская область) официально утвердил использование черно-красного флага УПА (ОУН-УПА) наряду с государственным флагом Украины в праздничные и памятные дни. Решение подразумевает использование знамени, символизирующего украинскую землю (черный) и пролитую за неё кровь (красный).
"Я предложил, чтобы детей расстреляла украинская полиция..." Из показаний оберштурмфюрера СС Хефнера об истреблении еврейских детей в г. Белая Церковь (Украина).
...Блобель6 приказал мне расстрелять детей. Я спросил: "Кто именно будет расстреливать?" Он ответил: "Ваффен-СС". Я запротестовал: "Это совсем молодые люди. Как мы сможем объяснить им, за что они расстреливают маленьких детей?" На это он мне ответил: "Тогда берите своих людей". Я опять возразил: "Как же они это сделают, когда у них самих есть маленькие дети". Этот спор длился около 10 минут. Я предложил, чтобы детей расстреляла украинская полиция, подчиненная фельдкоменданту. Ни одна из сторон против этого не возразила. [...]
Я вышел и направился к роще. Солдаты вермахта успели заранее вырыть яму. Детей привезли на гусеничном тягаче. К дальнейшим событиям я уже не имел отношения. Украинцы стояли вокруг, их била дрожь. Детей сняли с тягача. Их ставили над ямой и расстреливали, так что они падали прямо в яму. Поднялся неописуемый крик. Эту картину я не забуду никогда в жизни. Мне тяжело об этом рассказывать. Особенно врезалась в память маленькая белокурая девочка, которая схватила меня за руку. Ее тоже расстреляли. Яма была недалеко от рощи.
Расстрел происходил в полчетвертого-четыре пополудни, на следующий день после переговоров с фельдкомендантом. В некоторых детей стреляли по 4-5 раз, пока те не умирали.
В августе 1941 года генерал Вальтер фон Рейхенау, командующий 6-й армией нацистской Германии, приказал своим людям помочь айнзацгруппам и местным коллаборационистам с уничтожением евреев Белой Церкви. В течение следующих дней было расстреляно большинство взрослого еврейского населения города. Их детей, в возрасте от 0 до 7 лет, заперли в подвале ожидать окончательного решения.
Расстрел детей
К этому времени уже были произведены первые массовые расстрелы взрослого еврейского населения. Группу детей, в возрасте от 0 до 7 лет, числом от 90 чел., собрали вместе и поместили в подвале. Предположительно, это было здание, в котором размещалась немецкая комендатура, ныне там находится магазин «Каштан» по ул. Ярослава Мудрого. Зафиксированы жалобы нескольких солдат вермахта, расквартированных поблизости. Солдаты жаловались своим капелланам на продолжительный крик детей. Нечеловеческие условия содержания детей возмутили немецких капелланов, и они включились в дело. Капелланы ходатайствовали перед офицерами вермахта о скорейшем решении данного вопроса.
Поступок капелланов
Два капеллана, прикрепленные к 295-й стрелковой дивизии, католический священник Эрнст Тевес и лютеранский пастор Герхард Вильчек, пришли на место. Они были возмущены состоянием детей: они были перепуганны и голодны. Капелланы просили командующего армией освободить детей, но он отказал. Тевес позже говорил, что он «оказался убежденным антисемитом». Двумя другими капелланами из 295-й дивизии был зарегистрирован ряд писем протеста с просьбой о том, чтобы детей пощадили. Их направили к немецким властям . Они добились от штабного офицера — подполковника Гельмута Гроскурта — отсрочки планируемого расстрела детей. В прифронтовых районах айнзацгруппы находились под командованием армии, поэтому их командиры были вынуждены подчиниться приказу Гроскурта об отсрочке расстрела.
Но в конце концов вмешался сам Рейхенау, который приказал казнить детей.
Получив письмо протеста от капелланов, Рейхенау писал им в ответ:
Вывод доклада, о котором идет речь, содержит следующее предложение: «В случае, о котором идет речь, были приняты меры в отношении женщин и детей, которые ничем не отличаются от зверств, осуществляемых противником, о которых постоянно информируются наши войска». Я должен описать эту оценку как неправильную, неприемлемую и крайне дерзкую. К тому же, этот комментарий был написан в открытом обращении, которое прошло через многие руки. Было бы гораздо лучше, если бы доклад не был публичным.
Тевес позже вспоминал: «Все те, кого мы хотели спасти, были расстреляны. По нашей инициативе это произошло только на несколько дней позже, чем планировалось». Один эсэсовец, который видел последующие убийства 21 августа 1941 года, описал их следующим образом:
Я пошел в лесополосу в одиночку. Солдаты уже вырыли ямы. Дети были вместе в тракторе. Я не имел ничего общего с этой технической процедурой. Украинцы стояли вокруг и дрожали. Детей сняли с трактора. Их выстроили вдоль верхней части ямы и расстреливали так, чтобы они падали в нее. Украинцы не целились в какую-либо конкретную часть тела. Они упали в могилу. Стенания была неописуемы. Я никогда не забуду эту сцену, на протяжении всей моей жизни. Я считаю, что такое очень трудно выдержать. Я особенно помню маленькую светловолосую девушку, которая взяла меня за руку. Она тоже был расстреляна позже … Могила была вблизи лесополосы. Это было не рядом с оружейной площадкой. Исполнение происходило во второй половине дня, примерно в 3:30 или 4:00. Это произошло на следующий день после обсуждения у капитан-лейтенанта … Во многих детей попали четыре или пять раз, прежде чем они умерли.[4]
Место события в истории Холокоста
События вокруг Белой Церкви были уникальны тем, что это был единственный случай во время войны, когда капелланы Вермахта попытались предотвратить убийства айнзацгрупп. Американский историк Дорис Берген писал, что все четыре священника знали о массовых убийствах взрослых евреев, но выразили свой протест только тогда, когда узнали, что расстреляны будут дети. Он также отметил «ужасную иронию» того, что этот протест, вопреки воле его инициаторов, не только не привёл к спасению детских жизней, но ещё больше укрепил политику геноцида. Солдаты, обеспокоенные плачем детей, ожидающих своего часа, чувствовали, что «разобрались» с этим вопросом, «сделав что-то», а именно обратившись к Тевесу и Вильчеку, тем самым сняв с себя дальнейшую ответственность за произошедшее.
Показать полностью
Израильское общество просто сошло с ума
В Израиле есть приличные люди. Один из них, Том Зандман, написал 10 апреля пронзительный пост об израильском государстве и обществе.
Переведённый на русский язык пост опубликован в ИзраильИнфо, статья из которого перепечатана ниже. Многабукаф! Можете пропустить начало и конец, дописанные редактором ИзраильИнфо Ириной Жуковской, но прочтите пост Зандмана — он стоит потраченных на его чтение усилий. Пост выделен метками «─начало поста─» и «─конец поста─», т. к. оригинальное выделение полужирным курсивом пришлось убрать из-за пикабушных ограничений.
Для тех, кто в танке «Меркава»: ниже разделителя (горизонтальной черты) и до следующего разделителя — перепечатка статьи из израильского СМИ.
Война до полной победы на всех фронтах — «прозрение» или «безумие»?
14 апреля 2026, 14:49
7 октября 2023 года многие израильтяне “прозрели” — поняли, что политика “управляемого замороженного конфликта" была ошибкой, и решили “уничтожить врагов”. После двух с половиной лет нескончаемой войны “до полной победы” это “прозрение” начинает осознаваться некоторыми как ослепление и безумие — об этом свидетельствует общественная реакция на пост жителя Яффо Тома Зандмана, опубликованный в “Фейсбуке” 10 апреля.
Он ощущает себя живущим “в самом сердце разнузданной и беспощадной военной машины”, “внутри мясорубки для человеческой плоти”, и пишет, что израильское общество “сошло с ума”, мы сеем повсюду смерть и разрушения — и “заявляем, что если мясорубка остановится хоть на мгновение, мы все погибнем”.
Автор, как оказалось, не одинок в своём трагическом восприятии израильской реальности. Сотни людей со всего мира благодарят его за смелость сказать вслух то, о чём боятся говорить и думать другие. Том получил сотни благодарственных комментариев и репостов, его текст переводят на другие языки, включая русский:
[─────── начало поста ───────]
«Спустя годы, когда люди спросят, как всё это могло произойти, скажите им, что всё общество просто сошло с ума.
Я пишу это из Израиля 10 апреля 2026 года, в час ночи, из своего дома в Яффо. Я живу в самом сердце разнузданной и беспощадной военной машины, которая когда-то была, возможно, государством. Я нахожусь здесь, внутри этой мясорубки для человеческой плоти. Я здесь родился. Это мой дом.
Когда спросят, как это случилось, скажите им, что мы хотели этой войны. Те, кто живет вне мясорубки, не могут этого понять — но мы этого ждали. В исступлённом ужасе мы ждали, когда вспыхнет война и пламя поглотит Ближний Восток.
Война с Ираном была запретной и пьянящей фантазией. Поколения министров обороны обещали «вернуть Ливан в каменный век»; целая нация клялась, что «Газа должна быть стёрта с лица земли». По ночам мы мечтали об опустошении Западного берега и молились о том, чтобы нас наконец загнали в угол, в те страшные тиски, где мы могли бы сказать себе, что у нас нет другого выбора, что пришло «Время Атома».
Целое общество, потерявшее рассудок: вооружённое до зубов, извергающее огонь и серу повсюду, и при этом провозглашающее свое право на самооборону и яростно заставляющее замолчать любого, кто указывает на его преступления и грехи. День и ночь, словно одержимые, мы твердили, что все вокруг только и заняты тем, что пытаются убить каждого из нас, не имея других желаний и стремлений — и что поэтому у нас нет другого выбора, кроме как убить их первыми. Самооборона. Целое общество, искренне и глубоко убеждённое в том, что любая угроза поблизости — большая или маленькая, реальная или воображаемая, неизбежная или потенциальная — это «карт-бланш» на полное уничтожение всего вокруг: деревень, городов, целых государств и людей, которые в них живут.
Дело было не в 7 октября, не в Хизбалле за границей и не в иранской ядерной программе. Это ложь, используемая для оправдания священного права на разрушение. Мы не «воюем». Армия не воюет с больницами или машинами скорой помощи, со школами или журналистами, или с энергетической и водной инфраструктурой, обслуживающей миллионы людей. Мы уничтожаем — и заявляем, что если мясорубка остановится хоть на мгновение, мы все погибнем.
Когда спросят, как это случилось, скажите им, что мы ликовали при виде пороха. Мы бесконечно спорили о нашем руководстве, но как один аплодировали истребителям, танкам и военным кораблям. Мы боготворили железо и бетон и возводили солдат в ранг святых. Армия была Богом. Война давала миру порядок, цель и смысл жизни. Она давала смысл смерти.
Скажите им, что мы хотели этой войны. Мы ждали её, и когда она разразилась, мы поддерживали её во всём. Ни разу мы не задались вопросом, не остановились, чтобы посмотреть на то, что мы натворили, не содрогнулись от крови на наших руках, не задумались о том, куда ведёт этот путь, и не спросили себя, был ли когда-нибудь другой путь.
Жизнь в Израиле становится только хуже, всё более невыносимой — и урок, который мы извлекли, заключается в том, что мы, по-видимому, применили недостаточно силы. Что мы были слишком мягкими, слишком добрыми, слишком милосердными. Что мы, видимо, разрушили недостаточно, и что в следующий раз — пусть он наступит скорее — мы разрушим в семь раз больше.
Мы проиграли борьбу с Ираном. Это не важно. Плоть была перетёрта, и это единственное, что имеет значение. Мы обрушили месть за этот проигрыш на ливанский народ. Ещё больше плоти. Мы вгрызались кусок за куском в плоть Западного берега, до самой земли. Колеса машины снова готовятся поглотить ещё дымящиеся руины Газы. Мы ещё не перемололи достаточно плоти. Никогда не будет достаточно.
Я не знаю, чем это закончится. Я не знаю, придёт ли расплата и когда это случится, и я не знаю, проснёмся ли мы когда-нибудь от этого безумия, чтобы увидеть содеянное таким, какое оно есть на самом деле. Я не знаю, спросим ли мы когда-нибудь себя, как это могло произойти, но я знаю, что это сделают другие — и им я говорю: вот что случается, когда целое общество впадает в безумие.
Я постараюсь продержаться здесь как можно дольше, в самом сердце этой машины смерти, и называть вещи своими именами. Описывать то, как всё выглядит изнутри. Возможно, это поможет предотвратить подобные ужасы в будущем. Ужасы настоящего уже не остановить.
Пока что я здесь.
Том Зандман, гражданин Израиля»
[─────── конец поста ───────]
Реакция, вероятно, была бы другой, если бы пост был написан на иврите. Большинство благодарных читателей Тома живут в США и Европе, его восприятие израильской политики совпадает с тем, как нас видят со стороны.
Но и внутри страны настроения меняются; антивоенное движение перестаёт быть “маргинальным”. Вполне “мейнстримный” по взглядам обозреватель “Гаарец Цви Барэль констатирует, что Израиль ”перевернул с ног на голову знаменитый афоризм Клаузевица о том, что война есть продолжение политики другими средствами", — у нас политика стала всего лишь продолжением войны другими средствами.
Войну с Ираном дружно поддержали все сионистские партии, включая оппозиционные, — но сегодня лидер одной из них, отставной генерал Яир Голан впервые решился не только обвинить правительство в стратегическом поражении, но открыто заявить, что “настоящая безопасность начинается не с танка – она начинается с чёткого государственного плана и заканчивается дипломатическим решением”.
Ирина Жуковская
Источник: https://news.israelinfo.co.il/143099
См. также:
Показать полностью
1