В начале нулевых, когда я учился в университете, челночный бизнес в нашем городе обрел цивилизованный вид. Ну как цивилизованный, - "туристы" нашей молодой страны уже не расплачивались ничего не стоящими советскими купюрами, а китайцы уже не шарили по карманам теток в лосинах и цветастых куртках. Это были золотые времена, когда пиво стоило 8 рублей, а приличную гостиницу можно было снять за 150. Почти все мои одногруппники раз в восемь дней ездили в соседний Хэйхэ, и перевозили для заказчика 30 килограмм груза из Китая в Россию. Взамен получая бесплатный проезд на автобусе/теплоходе/судне на воздушной подушке, и 300 рублей впридачу. Тех кто ездил у нас звали кирпичами, а тех, кому предназначался груз - фонарями. 

И однажды мама моего знакомого предложила нам с сестрой съездить челноками. Она оплачивает все сборы, а мы везем по две сумки с грузом для ее бизнеса. Она торговала какими-то околомедицинскими аппаратами. Мы, конечно согласились. Сейчас поток желающих пересечь границу, чтобы потусить на выходные, почти иссяк, а тогда, в 2005, каждую пятницу на российской границе собиралась почти тысяча человек. Которая в воскресенье возвращалась обратно. Мы решили вернуться в субботу, чтобы на таможне не толпиться. Но, как всегда случается, что-то пошло не так.

Поздней осенью или ранней весной через реку ходили только суда на воздушной подушке. Вмещают людей они мало, при сильном ветре и в темноте не ходят, и часто ломаются. Таможню мы прошли быстро, но когда вышли на китайский берег, к которому причаливают "Пумы", поняли что находимся в конце "очереди", длиной где-то в пару тысяч человек. На часах почти три вечера, средняя пума вмещает на борт 30 пассажиров, время в пути туда-обратно 20 минут. Всего их пять. На дворе поздний ноябрь. Математика школьный курс. "Успеет ли группа пионеров попасть в Россию до того, как замерзнет нахер?"

Все же видели фильмы про зомби? Тогда вы можете представить картину - Пума с разгону заходит на песчаный берег, и две тысячи человек, не дожидаясь когда она остановится, ломятся к ней. Внутрь попадает 30 счастливчиков, остальные остаются мерзнуть. И да, у каждого в руках по два баула, каждый весом 15 килограмм. Наверное испытание на краповый берет тяжелое, но я не уверен, что бегать стометровки каждые двадцать минут с двумя сумками в руках по песку сильно легче. Спустя три часа, когда уже почти стемнело, через берег перебралась едва ли половина желающих. В какой-то момент люди поняли, что уедут не все, и, вот тут внимание, потому что даже мне сейчас в это сложно поверить, но вся эта толпа единогласно решила, что никто из мужиков не уедет, пока домой не вернутся женщины и дети. Мы отдали сестре и знакомой легкие вещи, и посадили их на борт. Поскольку количество теток на тот пляж тоже зашкаливало, моего друга автоматически втянуло внутрь пумы. На пляже остались я, весом дай бог 50 килограмм, и еще 500 оооочень злых мужиков. Время на часах подходило к семи. Шансы уехать стремительно падали, но я успокаивал себя тем, что в крайнем случае вернусь в гостиницу. До тех пор, пока не понял, что отдал все деньги, документы и телефон сестре. Тут я понял, что попал очень капитально. Таможня ночью закрывается, в Китай меня уже не пустят, ног от холода я уже почти не чувствую, - в общем дело дрянь. Знаете же это мерзкое, липкое чувство страха, когда четко понимаешь - тебе пипец. Не просто пипец, а пипец неотвратимый. По рассказам одногруппников, ни китайское, ни наше правительство, на помощь застрявшим в Хэйхэ туристам обычно не спешило.

Именно осознание плачевности ситуации вывело меня из ступора. На две пумы я не попал, но к третьей подбежал уже первый, прорвавшись через огромную толпу мужиков, неся сумки над своей головой на вытянутых руках. Уже на российской таможне, я едва смог их сдвинуть с места.