Сказ о Иване
Вечером серым в порывах ноябрьского ветра шла приземистая широкая фигура. Куталась в плащ, пряча руки в карманы, и сутулилась, почти прижимаясь к земле.
- Невозможно это, - ругалась мужским грубым голосом фигура и чихала отчаянно, да так, что тряслась несколько раз ее голова, угрожая оторваться. Вместе с ней качалась и густая борода, рассекающая морозный воздух.
На пути фигуры случилась неприятность, небо рассекла молния и вдарила по асфальту, как кузнец вдаривает порой по железу – сильно и с грохотом. Фигура было подпрыгнула от страха, но запуталась в плаще и упала, прокатившись несколько метров большой жирной сосиской.
- Совсем невозможно, - сетовала бородатая фигура, поднимаясь и отряхиваясь. Чуялся от нее страх, и непонятно было, чуялся буквально или только аура у нее такая была, но шаг ускорился, и через несколько минут плащ полетел на пол, а хозяин плаща в ванную.
Там висело зеркало, которое отражало все, что можно: баночки, скляночки, белье, покрытое прыщами широкое курносое лицо с нацепленными на него очками, полотенца и батарею. Фигура оказалась невысоким тяжелым молодым человеком, с трясущимся телом при каждом шаге. Он бережно достал откуда-то из карманов маленькую коробочку, а из коробочки маленькую статуэтку милой и хрупкой японской девочки. Сопел в темноте подозрительно активно и шарил руками по ремню, намекая фигурке, что пора бы и отработать свою стоимость. Но случилась внезапная неприятность, и с потолка ванной снова ударила молния, прожигая черное пятно на плитке. Поднимался неприятного запаха дымок, и исчез из помещения крупной раскладки человек.
Открыв глаза, Иван, а его звали Иван, причем Иван Иванов, обнаружил себя верхом на пятиметровой глыбе мяса. Мясо было поджарено и пахло весьма аппетитно, было красного цвета, местами в доспехах, местами с поджаристой корочкой.
- Че? – булькнул Иван и, крепко сжимая статую девочки в руке, осмотрелся. Огромного размера зал, даже не зал, а подземелье с колоннами и стенами, украшенными злобными страшными мордами, а меж колонн стояли и смотрели на него демоны и монстры, и все как один со злобными страшными мордами. – Че? – повторил свой вопрос молодой бородач, обращаясь к близстоящему монстру. Тот внезапно затрясся и в благоговейном трепете испустил дух, падая с неприятным звуком на пол зала. – Че? – переспросил Иван, меняя интонацию и не находя иных слов в своем лексиконе для установления контакта с аборигенами. От нового вопроса испустило дух еще несколько зверолюдей, а пять у дальней колонны дали трепу и покинули помещение в звенящей тишине.
– Да что за, блять, хуйня? – завопил в страхе и растерянности Иван, и весь зал единодушно выбежал через главный вход. После этого инцидента и пошла молва о Великом Иване, прикончившем Губителя Прая и всю его свиту за одну ночь.