Вот объясни мне, пикабу, момент в тюрьме, когда Эван вернулся в прошлое, чтобы сделать себе в детстве стигматы карандашами, чтобы убедить религиозного братюню в том, что он особенный.
Разве вернувшись в прошлое и чуточку отредактировав внешний вид своих рук, он разве не переместился в другую реальность, где эти шрамы у него всю жизнь?
А тогда почему его братюня-латинос так офигел, будто они только что появились?
И разве этот поступок (то, что он внезапно проткнул себе руки в дет.саде) не должно было хоть что-то изменить?
Или у них это норма (с)?