user5348031

Честолюбивый гонконгский полицейский отправляется на старую заброшенную ткацкую фабрику, чтобы докопаться до истины и найти виновников исчезновения детей. Если бы он знал, что его ждет впереди, он бы оставил эту затею…

Детектив Чоу сидел в своем кабинете и нервно перебирал бумаги с делами, скопившимися у него на столе. Месяц выдался жарким, заявления о таинственных исчезновениях поступали почти ежедневно. Что характерно, ни один из свидетелей так и не смог дать внятных показаний, а в сверхъестественное он не верил. Все свидетели, тем не менее, сходились в одном, что исчезновения дело рук не человека, а неких карликов, что обитали по их словам на территории старой заброшенной ткацкой фабрики. Чоу мог бы проигнорировать поступившую информацию, если бы ее источником был бы один или два человека. Но их было много и он не мог просто так взять и закрыть на это глаза. Естественно, он так же не мог изложить ее в рапортах, ибо мистику к делу не пришьешь, а косых взглядов начальства и сослуживцев не избежать. Именно поэтому, он прорабатывал эти теории мысленно, не давая им возможности воплотиться в реальность. Одну из своих идей, он все же воплотит, что станет известно в дальнейшем.

С наступлением полночи, город практически вымирал, оставались только самые стойкие, готовые веселиться до самого утра. А так же дети, собиравшиеся группами в городском парке и на территории старой заброшенной ткацкой фабрики. Это место, к слову, словно манило их. Они рассказывали страшные истории и делились слухами о пропавших без вести. Конечно они не относились к этому в должной степени серьезности, ибо не знали, что эпицентр практически всех исчезновений, то место, где они в данный момент находились. Полиция старалась избежать всяких утечек в местные газеты и новости. Поэтому, люди по большему счету оставались в неведении. Принимая это порой за благо, и таких было большинство. Те же кого коснулась трагедия, придерживались противоположной точки зрения и степень их возмущения не знала предела. Конечно, расследование никто не собирался закрывать из-за нехватки улик и нужной информации, однако, дело за месяц так и не сдвинулось с мертвой точки. Нужно было что-то делать, но никто из полицейских не знал что именно. С чего начинать, если сверхъестественному не пришьешь статью? На негласных совещаниях, они конечно давали волю воображению, но санкции для проверки этих домыслов было невозможно получить. Поэтому, они старательно скрывали всю поступающую информацию от начальства, ссылаясь на отсутствие свидетелей и улик. Улик, впрочем, было предостаточно. Чего только стоили, найденные на стенах фабрики разводы крови и брошенная в лохмотьях одежда некоторых пропавших детей. Все это было, являлось фактом, на который принято было закрывать глаза. Расследование превращалось в брошенные крошки хлеба, разрозненно лежащие тут и там. Общую картину происходящего эти крупицы не в состоянии были обрисовать. Детектив Чоу засиделся допоздна, пока в его голове не возник план действий, воплощение которого не показался ему фантастическим. Он тяжело поднялся и подошел к кофе машине, включив ее, поставил таймер на три минуты. Уже третья кружка кофе, а ему все мало. В былые дни он никогда не задерживался на работе, но нынешние обстоятельства заставили его пересмотреть собственные привычки. Он рисовал в своей голове немыслимые теории, граничащие с сумасшествием и паранойей. Возможно, думал он, что за этими исчезновениями стоит влиятельная группа охотников за органами или люди занимающиеся продажей детей в рабство. Так или иначе, эти версии имели право на существование. Но что ему больше всего не нравилось, так это укоренившаяся версия о правдивости этих слухов о сверхъестественном. Он должен все проверить сам, вразрез официальной версии начальства и коллег. Сегодняшняя ночь должна стать решающей в расследовании, он чувствовал это всем своим нутром. Свет прольется благодаря его вмешательству и недосказанное многими обретет наконец то форму чего-то реального. Допив кофе, он схватил небрежно свисающий со стула пиджак и направился к выходу.

Поймав такси на пересечении двух улиц, известных своими злачными заведениями, барами и ночными клубами, дал водителю адрес старой заброшенной ткацкой фабрики и уселся на заднее сиденье заплатив два доллара. Ехать было не далеко и он не сомневался что что-нибудь да наконец нароет. Он был вооружен и не сомневался в своих силах. Еще будучи ребенком, он не боялся сверхъестественного, наоборот, все мистическое, словно манило его в свои сети. В одно время он, заинтересовавшись оккультизмом скупил все книги профессора Папюса, но будучи человеком быстро терявшим интерес к чему либо, отложил их до лучшего времени. Теперь, по прошествии многих лет, будучи уважаемым сотрудником правоохранительных органов, он снова почувствовал занозу интереса, глубоко засевшую ему когда-то в подсознание. Он уже предвкушал, что найдет виновников исчезновений и получит наконец-то долгожданное повышение.

В стеклах такси проносились мириады ночных огней, фонарей и ночных клубов. Вот оно уже пересекло улицу, сплошь забитую по ночам проститутками и наркоманами. Окна окрестных домов уже пестрели светом. Немногочисленные горстки людей спешили быстрей убраться восвояси. Полночь, а он один и черте чем пытается заняться. Еще один пытающийся стать героем в глазах общественности или просто честолюбивый парень, старающийся честно и хорошо выполнять свою работу. Он не знал до конца кем себя считает. Но любой вариант был предпочтительней, чем бездействие, к которому его склоняли обстоятельства, подчистую подчинив своей воле его начальство и коллег полицейских. Проехав территорию городского парка, такси остановилось и он вышел, поежившись от прохлады ночного ветра. Фабрика находилась на расстоянии вытянутой руки, совсем рядом с ограждением городского парка. Насколько он знал, бывший владелец фабрики, некий миллионер — филантроп, скончался еще десять лет назад, не оставив при этом завещания и каких либо распоряжений по дальнейшему будущему своего имущества. Как выяснилось позднее, наследников у него не было и душеприказчикам оставалось лишь быстро и в краткие сроки переписать владение фабрикой городскому департаменту. Фасад здания практически по всей площади был обвит плющом, а территория фабрики оказалась заросшей кустарниками. Дверные проемы зияли чернотой, скрывающей запустение внутренних помещений, цехов и кабинетов. Детектив Чоу достал фонарик и включил его. Какие-то окна фабрики были заколочены, а какие-то и вовсе отсутствовали. Неумело сделанные граффити, красовались на стенах рядом у входной двери. Чоу не спеша обводил фонариком пространство обступивших его теней. В неровном свете фонарика, ему казалось, что тени подобны марионеткам, которых дергает за нити, некто страдающий эпилепсией. На один момент, ему показалось, что он увидел краем глаза тень, которая явно отличалась от всех остальных, промелькнув в мгновение ока сбоку от него. Он тщательно осмотрел это место, но ничего не обнаружил. Пришло время войти внутрь и как следует обшарить каждое помещение фабрики, как вдруг, словно нутром почувствовал, что за ним наблюдают. Нет, ему не показалось, нутро полицейского очень тщательно подмечает детали. Так и теперь, он затаившись ждал дальнейшего развития. Внезапно из темноты на него ринулось нечто, облаченное в черную мантию с горящими желтым огнем глазами. Он недостаточно быстро выхватил из кобуры свое табельное оружие и нечто полоснуло его по руке чем-то холодным, похожим на сталь. Качнувшись от острой боли, он поднес руку к свету и увидел глубокий порез. Нечто пыталось его убить, оно было маленького роста и очень юрким. Выхватив пистолет, он тем не менее потерял существо из вида. Лихорадочно оглядываясь, он светил фонарем по окрестностям, заросшим высокой травой и кустарниками доходящими ему до пояса. Отличная маскировка, существо охотилось при полной темноте, да и еще жертву себе наметило. Просто великолепно! Он явно не был готов к такому развитию событий. Теперь, казалось звуков стало гораздо больше, что-то торопилось закончить уже начатое. По всей видимости, эти существа следовали каким-то своим неимоверным инстинктам, при этом, не относясь к какому либо виду животных. Внутри фабрики что-то оживало, пульсировало и набирало скорость, сметая все на своем пути. Детектив Чоу пожалел о своей инициативе, но когда он осознал растущую для себя опасность, отступать было уже некуда. Со всех сторон вокруг него послышался звук маленьких ножек, снующих по траве с огромной прытью и скоростью. Кусты справа него зашевелились, и он увидел несущихся на него со скоростью локомотива существ, облаченных во что-то черное, очень маленького роста, с зажатыми в крошечных ручках ножами или бритвами. В одно мгновение они обступили его и стали наносить удары острыми лезвиями, сверкающими при свете выступившей на небе луны. Почувствовав боль, детектив все-таки сумел побороть в себе отчаяние и желание ринутся наутек от этого адского места со всех ног. Разрядив первую обойму, он осознал, что преимущество все-таки на его стороне. Убив половину тварей, остальные растворились в ночи, словно их и не было. Но Чоу понимал, что это всего лишь передышка, поэтому быстро перезарядил пистолет.

Гонконг всегда славился своим обособленным укладом, традициями, которые уходили своими корнями в древность. Так и теперь, спустя столетия, вера в сверхъестественное перемежалась с реальностью титанического скачка в экономике и промышленным прогрессом. Современное население Гонконга, все так же любило истории о привидениях, проклятиях, но при этом, добавились нотки технологического характера. Привидения теперь могли обитать не только на плохо освещенных фонарями ночных улицах, домах и квартирах, но и в средствах массового применения, таких как, например, компьютеры, видеокамеры, телевизоры и прочем, что могло заключать в себя цифровую информацию. Чего только стоит история с проклятой видеокассетой, посмотревших которую, ждала верная смерть по истечении семи дней. Этот случай, к слову, муссировался и в книжных романах, и в многочисленных кино и теле фильмах, разной величины и паршивости. Городские легенды, однажды порожденные массовым сознанием, приобретают вполне осязаемые очертания, посредством которых, становится трудно отличить вымысел от реальности. Так и теперь, Гонконг разрастался, встречая новоприбывших своими исполинскими небоскребами, дороговизной жизни и парадоксом бедности и нищеты, скрывающимися за глянцевостью картинки. Правду жизни, где бы не разворачивалось действие, принято было топить или в алкоголе, или в наркотиках, но были и иные средства, которые ничуть не хуже помогали приукрасить ее без всякого допинга. Человек сам придумывает себе проблемы и сам же находит отдушины от трудностей навалившихся на него. Такова природа человека и с этим приходится считаться. Как приходит считаться и с многочисленными слухами и сплетнями перетекающими из уст в уста.

Детектив Чоу огляделся. Вокруг него лежали поверженные существа. Поразительно, что все они были в какой-то мере похожи на пропавших без вести детей, что он лицезрел день ото дня на страницах личных дел каждого. Они были одеты в черные балахоны и вооружены то ли ножами, то ли самодельными заточками, подобные тем, что делают заключенные в тюрьмах. Он подозревал, что его появление здесь, прольет таки свет на какие-то детали происходящего, однако столь стремительное развитие событий повергло его в шок и ошеломило настолько, что он потерял дар речи. Наверное ему стоило вызвать подмогу, однако, по всей видимости, детектив просто растерялся, не веря собственным глазам. Внутри него бурлил адреналин и не отпускало чувство собственной незащищенности, повергшее его в конечном итоге в ступор. Судорожно хватая ртом воздух, он смахнул капли холодного пота, выступившего у него на лбу. Странно, но начавшаяся столь внезапно атака, сошла буквально на нет, всего лишь за одно мгновение. Оглушающая тишина, подобная той, которую испытываешь будучи ребенком, прислушиваясь к окружающему пространству, выискивая звуки монстров, которые вот-вот вылезут из шкафа или из под кровати, но тщетно, ведь в реальности всего этого не существует. Возможно, это всего лишь сон, таящий опасность, ошеломляющий своей реалистичностью, но все таки сон. Ночной кошмар, действие которого, еще какое-то время чувствуешь на своей коже, засевший занозой в твое нутро. Кошмар, который хочется смыть с себя в душе, еще не до конца проснувшись. Детектив Чоу попятился в сторону парка, чувствуя, что временная передышка, всего лишь затишье перед бурей. Охваченный инстинктом самосохранения, он быстро перешел от шага к быстрому бегу. Если бы только Всевышний видел как он бежал, оступаясь на ходу и лихорадочно оглядываясь, он непременно занял бы место рядом с выдающимися атлантами, а возможно нашел бы себе пристанище в пантеоне рядом с другими Богами. Пробежав пару кварталов, оставив позади место своего кошмара, который, несомненно, будет стучаться еще не одну ночь в двери его подсознания, он сбавил темп. Заприметив неподалеку такси, он перешел на быстрый шаг и направился в его сторону. Машин было несколько, но выбрав самую ближайшую, он быстро залез внутрь и выдавил из себя нужный адрес. Посмотрев на себя через водительское зеркало, он сначала не узнал себя. Побелевшее от ужаса лицо таращилось на него в отражении. Помимо всего прочего, он поседел, и казалось, постарел лет на двадцать. Такова ли цена его любопытству или все-таки, это служебный долг заставил его свернуть с размеренной жизни в сторону иррационального? Но он был слишком поглощен произошедшим, чтобы задумываться о природе своего отчаянного поступка. Он хотел оказаться дома, в безопасности и как можно быстрее.

Тем временем, газеты и прочие масс-медиа пестрели заголовками о новых без вести пропавших. С каждым днем их количество росло все больше и больше. И не было ни одного человека в городе, который смог бы на это закрыть глаза и смирившись с этим, спать спокойно по ночам.

Незадачливый турист попадает в водоворот кошмарных событий, связанных с городскими легендами и загадочным ритуалом. Восточная мистика, таинственный Гонконг и обыкновенное человеческое любопытство.

В трущобах Гонконга царила какая-то особая атмосфера наполненная мистикой, что проникала тебе буквально под кожу, заставляя съеживаться от страха и леденеть от одной только мысли, представляя себя в этом месте ночью. По ночам, впрочем, здесь собирались группы молодых ребят, чтобы поделиться друг с другом толикой адреналина, обожая рассказывать разные страшилки, многие из которых, впоследствии, становились городскими легендами, перетекающими из уст в уста.

Посреди всего этого убожества и нищеты, возвышался огромный многоквартирный дом. На балконах этого муравейника кто-то сушил белье и одежду, а кто-то складировал всякую рухлядь, казавшуюся ненужной, возможно только до времени. Фасад этого величественного в былом строения преобладал серыми оттенками и кое-где сверкал проплешинами облупившейся краски. Он словно демонстрировать свою наготу и преклонный возраст. Словно хотел поведать свою историю. И надо сказать у него это отлично получалось, потому что если бы было иначе, меня бы тут не оказалось.

Ровно год назад, только прилетев, чтобы оценить общую обстановку для дальнейшего проживания, я и представить себе не мог, что этот город ночных огней буквально засосет меня со всеми потрохами. Футуристический и экзотический, меня как туриста он поразил сразу и без остатка. Я был пленен его гигантскими небоскрёбами, обескуражен дороговизной жизни, но при этом крайне удивлён контрастами, которые складывались в одно большое НО… Парадокс заключался в засилье нищеты, создавая во мне немое сожаление и по началу непонимание. Трущоб оказалось очень много и все они скрывались за глянцевостью картинки, что встречала каждого путника по прибытию. За три года, что я здесь нахожусь, это не перестаёт меня удивлять. Побывав везде: от дорогих ресторанов, до относительно дешёвых забегаловок, в которых скудную на ингредиенты баланду гордо называют супом. Переночевав казалось во всех отелях и хостелах, обойдя все окрестности центральной части Гонконга, мне захотелось большего. Так начались мои поиски мистического и сверхъестественного. Благо мой пытливый ум и любопытство никогда не изменяли мне. Я стал всматриваться в стенды с объявлениями и читать больше местных газет, что позволило мне в свою очередь поднять уровень китайского, который я стал изучать задолго до приезда в эту удивительную страну. Конечно, как и оказалось, я не нашёл ничего интересного ни в газетах ни на стендах объявлений. Если не считать одного, листовок о без вести пропавших людях, что были расклеены в хаотичном порядке по всему городу, будь — то стены или фонарные столбы. Именно тогда первой моей мыслью было — это оно, то что мне надо. Это было отправной ступенью в моё головокружительное погружение в мир восточной мистики и городских легенда, что были на устах у определённой прослойки населения. Носителями нужной для меня информации были в основном молодые люди. Признаюсь, сначала я не мог понять, является ли поведанное мне искусно выдумкой или же безхитростной правдой, не имеющей какого-то подтекста и преувеличений, сквозившей буквально от каждой истории рассказаной мне. Так вот, по слухам пропавшие люди на самом деле мертвы и полиции не стоило бы их искать среди живых, потому что это пустая трата времени и бюджета. Стоит заметить, что и поиск останков этих без вести пропавших искать не стоит. А виной всему некое проклятье не щадящее буквально никого и действующее непредсказуемым образом, саму суть которого невозможно постичь и тем более понять приезжему, такому как я.

Так вот, по слухам рассказанным мне одинаково слово в слово разными людьми, существует якобы некий ритуал, проведение которого заключается в строго соблюдаемом порядке действий. Собирающийся его провести назывался на местном диалекте — Исполнителем. В свою очередь, исполнитель ни в коем случае не должен быть один. В худшем случае их должно быть двое и это являлось главным правилом, несоблюдение которого могло оказаться для Исполнителя фатальным. Наилучшим раскладом являлось бы наличие семи-восьми человек. Не для массовки, отнюдь, каждому пришедшему с Исполнителем отводилась своя роль и ни одна из них не являлась второстепенной. Суть сводилась к тому, что чем больше людей будет задействовано в ритуале, тем больше вероятностей его воплощения в реальность. С этим все просто. Что вводило в ступор, так это вторая часть приготовления к ритуалу. Жертвоприношение и добровольное заклание себя на жертвенном алтаре. По сути «добровольным» оно и не являлось изначально, просто на этот нюанс принято было закрывать глаза. Всё решалось путем жребия и каждый, кто тянул соломинку, ясно понимал, что если выбор падёт на него, отвертеться уже не получится. Понимание того, что это скорее вынужденная мера, чем необходимость, заставляла многих видеть в своей роли некую толику мессианства. Итак, жертва выбрана, что же дальше вы спросите меня? А далее наступает самая скучная часть подготовки к ритуалу именуемая — Сборы. Пять или шесть человек должны собрать специальную аппаратуру, чтобы зафиксировать, во-первых сам процесс проведения ритуала, а во вторых появления Сущности, ради которой собственно все это действо и затевается. Видеокамеры, диктофоны и выставление света на не освещенных площадке и тёмных углах. Собственно, правильная расстановка света должна как раз таки спасти оставшихся от не именуемой смерти, ведь Сущность является не одна. В открывшийся портал могут последовать и иные дьявольские создания. Верный способ сохранить себе жизнь — быть последовательным. После всего вышесказанного на площадке между двенадцатым и тринадцатым этажом, куда группа заблаговременно добиралась на лифте — рисовалась пентаграмма и зажигались по периметру чёрные свечи. По итогу Исполнителем читалась специальная мантра, состоящая из заклинаний по призыву злых духов и таинственного заговора, у которого, к слову, есть своя собственная городская легенда. В центр пентаграммы вываливаются внутренности жертвы, а также тщательно расчлененные фрагменты тела. Что происходит потом, является загадкой. Но у каждого на этот счёт есть свое мнение о финальном акте ритуала. В целом интересные истории, но вряд ли их стоит принимать на веру. Пришло время самому узнать что к чему, с единственной разницей — идти придётся в одиночку. И если верить слухам, это крайне паршивая идея.

Полночь. Я поднимаюсь на лифте на двенадцатый этаж. Не по себе от предстоящего. Разумеется я не стал никого убивать, чтобы принести в жертву. Я Исполнитель, но играю по своим правилам. Поэтому все что у меня есть, это необходимая аппаратура, свечи, мел и фонарик. А также то, что послужит мне в роли жертвы — свиные внутренности, купленные в близлежащей мясной лавке. Лифт со скрипом открывается, я делаю первый шаг в темноту и включаю фонарик. Расставляю видеокамеры, занимаюсь светом, чтобы исключить непоправимое и свести все риски на нет. Какое-то время спустя, когда пентаграмма уже начертана, включаю диктофон и зажигаю оставшиеся свечи. Практически все, скоро финал. Свиные внутренности заблаговременно помещены в центр пентаграммы, а я стою чуть поодаль. Соблюдаю последнее из правил, которое гласит: при совершении ритуала строго на строго необходимо держаться за пределами пентаграммы, тогда есть шанс дожить до рассвета и докопаться до сути этой городской легенды.

Через полчаса приготовлений я достал из нагрудного кармана томик «Некрономикона» и пролистав до нужного заклинания приготовился читать. Как вдруг краем глаза выхватил, как мне показалось размытую тень промелькнувшую в свете расставленной в углу лампы. Не может быть, подумалось мне, я ведь даже не приступил к завершающему штриху этой вакханалии. И не успел я опомниться как с трех разных сторон одновременно что-то зашевелилось. Справа и слева послышался утробный звук, как будто кто-то болеющий туберкулёзом решил таки дать знать медперсоналу что он уже на грани, но все ещё не сдох. В этом звуке было столько нескрываемой ненависти, что у меня волосы встали дыбом и пропал дар речи. Что бы это ни было, но это нечто было очень злое. Неужели это ловушка и капкан вот-вот захлопнется?

Меня не покидала мысль о тщательно спланированном против меня заговоре. Единственное, что я не мог понять, зачем им это нужно. Мне казалось что все проблемы и враги остались на материке, неужели я ошибался? Вопросы, одни чёртовы вопросы, но, где искать ответы? Существует ли выход из сложившейся ситуации? Или я в полной жопе по прихоти своего любопытства, а ведь я даже толком так и не узнал всех особенностей этого места и людей его населяющих. Зачем я припёрся сюда следуя хлебным крошкам, что для меня оставили. Теперь я вынужден заплатить за своё любопытство, будьте вы трижды прокляты! Тем временем мне удалось заметить сущность, тщательно пытавшуюся скрыть свое появление от света расставленных по углам площадки ламп. Она была чёрной, как и подобает тени, однако что-то её все таки отличало от скопления теней в этом Богом забытом месте. Тень была человеческого роста и имела женские очертания. Всё это было до боли странно, я так и не осознал до конца грозившую мне опасность. Атмосфера явно изменилась, это можно было почувствовать даже не являясь телепатом. Тьма сгущалась и по мере её приближения лампочки в лампах стали лихорадочно мигать одна за одной, словно у них начался приступ эпилепсии. Что за немыслимое сравнение, скажете вы и будете правы. Я схожу с ума, мне это кажется. На самом деле я заперт в одной из палат психушки куда меня поместили за асоциальное поведение. Ещё один бедолага с историей полной боли и страдания. И тем не менее я должен выбраться отсюда. А если у меня это получится, то первым же делом я куплю билет в один конец и улечу отсюда навсегда. Я покину это место, потому что это место хочет моей смерти. Что известно про тех, кто сумел завершить ритуал и остаться в живых? Они сознательно пошли на этот шаг, но для чего и какой цели? Были ли они счастливчиками, сумевшими лицезреть немыслимое и остаться при этом в здравом смысле? Справедливо ли это утверждение?

Тень шевельнулась, и я попятился к лифту. Черт с ним, с этим ритуалом! Вместо роли Исполнителя я занял роль жертвы. Внезапно с громким хлопком лопнули все лампочки разом и я оказался в кромешной темноте. Судорожно хватая руками воздух подле себя меня охватила паника. Это был хаотичный поток мыслей и страшных образов что рисовал мне моё воображение. Не знаю как я сообразил, вспомнив что у меня есть фонарик и это единственная надежда хоть как то контролировать ситуацию в которой я оказался. Одним движением руки я выхватил фонарик из кармана брюк и включил его. Лучше бы я этого не делал! На расстоянии вытянутой руки от меня громоздилось нечто не определённого пола с длинными чёрными волосами и уже вовсю тянулось в направлении моей шеи. Более того, сзади нечто похожее на женщину в белом саване отрезало мне путь к отступлению в сторону лифта. У сущности было лицо младенца, этакий гротескный пупс, что пугает нас ночью у изголовья кровати и в кошмарах. Тем не менее, тело существа имело целый ряд женских признаков, а длинные руки заканчивались острыми кинжалами вместо пальцев. Существо резкими движениями разрезало воздух подле себя издавая свистящие звуки. Оставалась лестница, единственный из возможных путей к отступлению, но что если она закрыта?! Недолго думая, подгоняемый адреналином и чувством самосохранения я ринулся к лестничному пролёт, который к моей великой досаде оказался запертым снизу решёткой. Оставался только один выход, а именно на верх, на крышу. Следующие мгновения происходили как будто во сне, мой отчаянный рывок с места и до самого края крыши, я помню с трудом. Помню лишь последовательность действий которые привели меня сюда на больничную койку, полностью замотанным в гипсе, не чувствующим ни рук, ни ног. Это моя награда за любовь к мистике и сверхъестественному, а также за потворство невинному, казалось бы проявлению любопытства. Я здесь. И я не могу спать ночами, потому что на самом деле для меня ещё ничего не закончилось. Они последовали за мной, и они выжидают чтобы закончить начатое. Начатое мной, моими руками. Если вы читаете это, скорее всего меня уже нет в живых. Единственное что я могу сделать это поделиться с вами своей историей и предостеречь в дальнейшем.

А люди тем не менее продолжали пропадать и местные газеты пестрели фотографиями пропавших без вести.

Когда-нибудь кто-то продолжит мою историю. Возможно ему повезёт чуть больше чем мне…