Мысли в слух
.Не буду расписывать, что было “до”. Просто приехали люди, завязали на ее лице и ногах по узлу, взяли за них же, и унесли свертком, коконом каким-то, - мумией, будто это и не бабуля моя вовсе, не человек еще только-только, а предмет, вещь неодушевленная. “Вот и списали бабушку”, - сказал папа, как только дверь захлопнулась.
“Все,” - это единственная мысль, посетившая тогда мою голову. “Все”. Волевая, сильная, заботливая, обалденно готовящая суп, умеющая сказать “Да наплюй-ка”, когда ты не знаешь как и быть, куда бежать, и за что ухватиться, необъятная и мягкая, когда ты в 8 лет пытаешься обнять ее, - “Все”, - сверток в простыне с двумя узлами, с очертаниями человека.
“Да это и не она уже была”, “мучалась только”, - мельтешат в голове мысли о последних месяцах, а все равно стоишь, оцепенев, и “Все”.