Увидел несколько постов о цыганах и всяких попрошайках, решил поделиться своей историей.
В конце девяностых у меня был случай: прошелся по рынку, купил все что нужно, и уже на выходе в ларьке взял сигареты, и решил пересчитать сколько всего денег осталось. Иду, потихоньку, считаю, и тут, увидев в моих руках деньги цепляется ко мне цыганка - маленькая, грязная, возраст хрен поймешь: то ли старая уже, то ли подросток. Все как принято у них: позолоти ручку, все расскажу и тп. Я на нее не реагирую никак, и иду на своей волне, считаю деньги и пытаюсь точно вспомнить сколько и на что потратил. Вперед не смотрю, только под ноги.
Ничто не предвещало грозы. И тут я лбом упираюсь в братка - кожаная куртка, спортивные штаны. Если кто помнит, они в то время "крышевали" всех подряд. Сказать что амбал - ничего не сказать. Чувак просто огромный, как горилла. И на лицо один в один, только череп бритый.
Стоим, смотрим друг на друга: он на меня сверху вниз, а я голову вверх задрал так, что аж шею свело. Несколько секунд зловещего молчания, затем из этого питекантропа начинают с грохотом выпадать слова, тяжелые и твердые, как чугунные шары:
-Тебе, блядь, говорили, что будет, если еще раз здесь увижу?
И тянет огромную, волосатую пятерню в мою сторону. Кулак раза в полтора больше моей головы. Я просто прихуел от неожиданности - в голове совершенный кавардак: чего ему от меня надо, я с ним точно не знаком (запомнил бы, по любому), где он мог меня видеть, когда и при каких обстоятельствах, тем более что на этом рынке я бывал очень редко. И через всю эту кашу, как молния, главная мысль - как ему объяснить в двух словах, что вышла непонятка, и убивать меня не надо. Не здесь, не сейчас, я слишком молод, за что, в конце концов? А время на исходе - секунда осталась. Максимум полторы. Я даже зажмурился, все, думаю - приехали. Что жил, все зря!
Лапа неумолимо опускается, и вдруг, из-за моего плеча выдергивает цыганку, о которой я уже и позабыл. А она-то все это время шла за мной следом и скулила про копеечку, картыневрут, удача... Ее удача тут закончилась. Браток поднимает эту мартышку одной рукой, легко, как мешок с тряпками, и заряжает такого мощного поджопника, от которого бедная цыганка летит как мюнгхаузен, проебавший свое ядро при старте. Метров шесть, не менее. Мне ее даже жалко стало. Но, честно говоря, от души сразу отлегло, как будто заново родился.
После, я сталкивался еще не раз и с бандитами, и с цыганами, но этот случай запомнился на всю жизнь.
P.S. Вот только лицо цыганки вспомнить не могу, то ли старая она, то ли молодая была...