Mrs.Simpson

Я помню время сжигания партбилетов,
Как красные флаги с грязных срывали стен,
Как книги вождей места занимали в клозетах
И диссиденты на полки вставали взамен.

Я помню грохот падения бронзовых статуй,
Тросом железным на шее влекомых вниз,
Как имена проклинали, поступки, даты,
Как "изувер" добавляли через дефис,

Как в голос о зверствах и казнях заговорили,
Ярость и жажду отмщения в рокоте громовом,
Как палачи исступленно в церквах крестились,
Чтоб не предстать в одночасье перед судом:

"Время такое было - нельзя иначе!
Нас обманули светом пустых идей:
Верили в правильный курс истории клячи,
А для триумфа идеи, известно, не жаль людей...

В правде застенок, совести лесоповалов,
В необходимости твердых расстрельных команд
Не сомневались, кормя большевизма жвалам
Сотни и тысячи... Каемся! Дайте нам шанс!"

Те, кто служили верно кровавой власти
Кто за рубли, кто за совесть, кто страхом руководим:
ВОХРовцы, стукачи, мразь всевозможной масти
Гнусно скулили свой монотонный мотив:

"Что мы могли? Нам нужно было выжить...
Грозно вздымался над нами красный топор!
Каждый бездушной машиной досуха выжат,
Каждый трясется от стука в дверь до сих пор..."

Люди простили тогда - да как не простить, скажите,
Если почти у каждого рыло в ржавом пуху?!
Плача, обнялись крепко жертвы и слуги режима,
Горькую память больную отбросив, как шелуху.

Молва говорит: кто упомнит - лишится глаза...
Но тот, кто забудет - обоих! Примету знай:
Каждый подлец, кто однажды не был наказан,
Сделает подлость снова - лишь повод дай!

Слабость и безответность лишь развращают зверя:
Годы несутся - и оперилась мразь,
Пасть ненасытную в наглой усмешке щеря,
Черное белым и наоборот клеймить принялась.

Дескать, не было вовсе казней и беззаконий,
Расстрелы, разбой и террор - ложь, напраслина и навет,
А с душегубов нужно святые писать иконы,
Воля - тюрьма и напротив, тюрьма - это свет!

"Война - это мир, рабство - свобода, незнание - сила" -
Правду с экрана скажет довольный, лощеный царь...
И в черепных коробках прочно укоренились
Кривда-богиня и Липкий Страх - ее полицай.

Переродилась и стала глупым электоратом
Масса, что гордо "Великим Народом" себя зовет:
Дожить до пятницы - проста мечта деградантов,
А в понедельник похмелье гложет из года в год.

И, без зазренья присвоив былые заслуги предков -
Тех горемык, что в терзаньях отдали жизнь в лагерях,
Под телевизора ересь бессовестно, лихо и беззаветно
Пляшут вприсядку Калинку на дедовых скорбных костях,

Глотку готовы грызть за любое иное слово,
Матерь родная им то, что соседям горе-беда,
Тварью, врагом готовы немедля клеймить любого,
Кто не согласен жить под безмерной властью кнута.

Но стоит смениться режиму - я ясно вижу
И в убеждении этом жизнью поклясться готов -
Эти "герои" подпустят в штанишки вонючую жижу
И закудахчут из петушиных позорных своих уголков:

"Мыжинизнали! Насабманулисволочигады!
Былатакоевремя! Правда, мынипричем!
Чтомымагли? Намжежитькактабыланада!
Намтиливизерсказал, что паскудуагнемимичем!"

И в новодельных храмах снова устроят конюшни,
В школах - бордели, как учит их новый пророк,
Новому фюреру властную руку целуя дружно,
Новый цветной лоскут повесят на старый флагшток -

Ведь безразлично им, цвета какого тряпка
Вьется на данный момент над их головой
Овцы в пределах Вечности рады соломы охапке
Да фальши, с экрана текущей - гордиться собой!

Кто ни приди - не зазорно сменить присягу,
Что ни случись невозможно извлечь урок,
Что ни соври - верят, словно в Святое Писанье -
Лишь бы "как все", не напротив и не поперек!

"Мынипричем! Насзаставиломестоивремя!"
Метаморфозы вполне обычны для масс.
Сложно винить бесхребетное, и нерадивое племя:
Их ведь простили тогда - простят и сейчас... Павел Карачин