Ядрёность - это образ жизни.
Мама всегда хотела девочку. И когда забеременела - знала, что будет девочка. Без скринингов и гадалок. Гладила пузо и представляла, как будет растить маленькую принцессу, в платьицах и с белыми бантиками в косичках. Только вот получилась я.
О большой любознательности.
Оставили меня на купание, года в 4, пожалуй, в ванне с водой, одну. Видимо, ненадолго. Но этого времени мне хватило, чтобы нарыть на полках стеклянную колбу (спрашивала недавно - откуда она там вообще взялась, никто не помнит). Я, наверняка, хотела сделать какой-нибудь волшебный раствор из шампуней, скрабов и всего, что было, но колба выпала из рук и разбилась. В ванне с водой куча осколков, а я-то там же. Пыталась их вытащить, но меня обнаружили и вытащили раньше, чем я успела порезаться.
О любви к огню.
Тут рассказывать можно много! И свечки жгла, на подоконнике у штор, и ковёр бенгальским огоньком прожгла (и ступню заодно). Но самым страшным было, когда мы с другом детства, выезжая в сад - на пустыре жгли костёр. Жгли бы, и жгли, только пришло нам в голову покидать в него мусор. В том числе и стеклянные бутыльки с непонятным содержимым, и баллоны из под какого-то аэрозоля. То ли дезодорант, то ли репеллент. Ох, как мама потом ругалась, когда я рассказывала ей, как круто часть какой-то банки просвистела у меня перед лицом.
О любви к животным.
Ещё совсем крохой, отдыхая с родителями на базе отдыха - пристала к петуху. "Ко-ко-ко, да ко-ко-ко", ходила за ним хвостом. Петух оказался с норовом, не выдержал, да и накинулся на меня. Сбил с ног и оставил царапины на груди и животе. Даже шрамик был какое-то время.
А ещё, стоило маме отвернуться, на этой же базе, я сорвала лопух и засунула руку по локоть корове в глотку, оглашая окрестности весёлым криком: "На корова листок!". Мама начинала седеть.
Ну, и был у бабули ризеншнауцер, грозный с виду, огромный пёс. А я была мелкая, и глупая. И снова мама в последний момент увидела, как я хватаю бедолагу пса за коки, с криком "МЯЧИКИИИ!". Повезло, что он был трусливым, убежал просто, а не сожрал.
О любви к экстриму.
То, что я, проводя время у бабушки, где мне разрешалось гулять во дворе одной (дома такая роскошь была непозволительна, тотальный контроль, и всё такое), я избегала все стройки, гаражи и прочие дикие места, которые так манят ребёнка. Естественно, в компании пацанов. И решили мы как-то остаться во дворе и покачаться на качелях. Ну, вверх-вниз, садишься на попу, держишься руками и отталкиваешься ногами. И друг мой решил меня проверить, не забоюсь ли. А я ничего не боялась. Скорость нарастала, каждый толчок от земли был всё сильнее и всё более резким. Всё закончилось моим феерическим сальто и приземлением спиной на асфальт. Даже не плакала.
Уже в более осознанном возрасте я была в детском лагере. На территории стояла карусель, обычная, 4 сидения, между ними дуги, внизу тоже дуги. Крутишься себе по кругу, а если вас больше 4-х - рассаживаешься на эти самые дуги. И придумала я развлечение, во время раскрутки - свешиваться вниз головой, будто кувырок назад делать на турнике, только не до конца. Свесилась я, кайфую, волосики развеваются... И слышу, все резко замолчали. Я поднимаюсь резко, а ровно там, где сейчас должна была быть моя голова - огромный острый булыжник. Никто не догадался сказать мне, растерялись. Может, и к лучшему, успела бы я сообразить?
О любви к людям.
А как-то, уже учась в школе, после уроков я ждала маму. Работа у неё была серьёзная, иногда она задерживалась. К этому я привыкла, поэтому мы с подружкой гуляли, придумывали, как бы сварить зелье из "Зачарованных", да в ус не дули. Телефонов сотовых ещё у нас не было. Гуляя вокруг школы мы заметили, что за нами идёт какой-то мужчина. Ну мужчина и мужчина, их там полно ходило. Но он всё шёл, и шёл. Запаниковали мы и решили ускориться. Мужчина не дурак, ускорился тоже. Мы в бег, летим, он бежал за нами, но мы выбежали на оживленную улицу.
Постояли, отдышались и решили, что стоять тут негоже, мама же меня искать будет! И не нашли ничего лучшего, чем почти обратно. Добрались до школы, а он тут-как-тут! И к нам, а мы от него. А темно уже, зима, к шести вечера близится. И народу тут, как назло, не было. Мы бежим, поскальзываемся, падаем, встаём. Он почти догнал, но сообразили мы в садик забежать. Туда он, естественно не пошёл. Какие-то родители довели нас до школы, а там и мама подоспела. Рассказала я ей это уже потом, когда немного успокоилась.
Историй разных было ещё море, это то, что на первый взгляд вспомнилось. Мамины мечты о принцессе сменились мечтами: "Хоть бы не убилась!". Мам, я не специально.
