Пожалуй, стоит рассказать, как так получилось, что активно лечиться я начал в 2022 г., а о диагнозе узнал в 2018 г.
Естественно, без женщины не обошлось. Мы познакомились на работе и общались два года, как коллеги с какими-то общими темами для разговоров. Потом меня сразил туберкулёз, и я на некоторое время ушёл в общество людей, с которыми не стоит играть в карты на интерес. Впрочем, социальный статус имел значение, поэтому меня быстро определили в палату, где не было зэков. Там были люди с обратной стороны - бывший следак и бывший опер. Было забавно наблюдать за их спорами. Жаль, что я не записывал, потому что перлов было много. Не помню, в чём конкретно опер обвинял следака, но тот отвечал, что "вечно привезёте без разбору кучу хлама как вещдоки". Суть не в этом. Главное было, что с этими людьми можно было играть в карты и не лежать потом на спине с открытыми глазами всю ночь.
Через полгода меня признали социально-безопасным и отправили на лечение в дневной стационар, где я регулярно получал коробки таблеток и капельницы. Я периодически приходил на работу в гости, и в какой-то момент наш разговор закончился предложением встретиться на выходных. И дальше был трогательный конфетно-букетный период, закончившийся тем, что мы стали вместе снимать квартиру.
Через три года я сделал предложение, она ответила "да", и мы поженились. Это были по-настоящему здоровые отношения, в которых мы дополняли друг друга, наслаждались друг другом, и были счастливы. Мы прошли через съёмные квартиры, три переезда, инсульт моего отца, смерть её дедушки. Мы даже преодолели ремонт, а уж это точно можно считать проверкой отношений. Между нами всё было прекрасно до момента, когда решили завести ребёнка.
Через какое-то время мы поняли, что что-то не так и пошли к врачу. Он сказал, что только после года неудачных попыток зачать ребёнка нужно обследоваться. Мы решили обследоваться раньше, и первые же анализы показали, что у меня по нулям. Сперма чиста как слеза младенца. Просто ни следа.
И после этого начался мрачный период, когда все свои деньги и нервы мы тратили на анализы, обследования и консультации. Мне делали ревизию протоков с двух сторон. Нашли полуживых засранцев, но выяснилось, что вариант заморозки моего материала не подходит. Полуживые засранцы его не переживут.
Мы пробовали разные варианты, но ничего не получалось. Ситуация усугублялась тем, что у бывшей жены была обострённая фиксация на детях. Мы могли приехать из магазина, и она плакала, потому что там было много пар с детьми. Меня глодало чувство вины, что я не могу сделать любимую женщину счастливой.
Это сейчас я понимаю, что всеми своими сомнениями нужно было поделиться с женой и сходить вместе к специалисту. Возможно, всё сложилось бы иначе. Но получилось так, как получилось.
В 2018 г. я лёг на профилактическую терапию по бронхоэктазам, и врач отправил меня сдавать потовый тест. Потом был генетик. Насколько я помню, у меня нашли две распространённые мутации. Я в принципе отсёк мысль, что у меня могут быть собственные дети. Но постепенно ко всем сомнениям добавилась мысль, что даже если у нас и получится завести детей от донорского материала, то через десяток лет жена может остаться без меня с технически чужим (понимаю, формулировка так себе) ребёнком на руках. А следом пришла другая мысль, что у неё ещё есть время найти мужчину, который сможет дать то, что сделает её счастливой.
В общем, всё вышло очень некрасиво. Я до последнего старался отгонять эти мысли. Мы планировали сделать ЭКО, и нужно было подписать документ, юридически защищающий ребёнка от отказа от него в будущем. Мол, я сделал эксперизу, и смотрите-ка, он не мой, алиментов не будет. И я не смог подписать этот документ. У вас было такое, что собственное тело вас не слушается? Это одно из самых жутких ощущений в жизни. Моя собственная рука не двигалась. Я смотрел на неё и не мог понять, что со мной происходит. В итоге я положил ручку и сказал, что не хочу.
Это было по-настоящему чёрное время. Естественно, мы сразу разошлись. И мне стало всё равно на себя. Когда началась пандемия Ковида, у меня были мысли не соблюдать никаких мер и будь, что будет. Мы смогли сохранить дружеские отношения с бывшей женой, и она мне очень помогала в период пандемии. Просила, чтобы я был очень осторожен и даже расплакалась от мысли, что я могу заразиться и умереть. Пожалуй, это меня и уберегло от вируса. Я провёл на самоизоляции пять месяцев. Потом вышел на работу со всеми мерами предосторожности, выбрал из двух зол и вакцинировался. В общем, вернулся к социальному образу жизни.
Когда мы развелись - а произошло это больше, чем через год после расставания - я перебирал вещи и наткнулся огромную толстую кипу медицинских документов. Все наши усилия, нервы, слезы, огромное количество денег проглядывали между строк этих бесконечных анализов и заключений. Там же были и результаты анализов по муковисцидозу. Когда я в какой-то глупой ярости сжигал все эти бумажки, то об этом совершенно не подумал. Поэтому сейчас пришлось сдавать кровь на генетическую диагностику, и я жду результат, какие именно у меня мутации.
В этом году у моей бывшей жены родился сын. Я надеюсь, что она счастлива. Мы остались друзьями, но практически не общаемся. В целом, мой план сработал. Она успела найти мужчину, который сделал её счастливой. Но после этой новости я был совершенно потерян. Будто всё это время рождение её ребёнка было смыслом моего существования. Я не понимал, что мне делать дальше. Для чего всё это. Есть ли у меня цели. Зачем они нужны. Будто остался лицом к лицу с хладнокровной действительностью.
Этот кризис удалось преодолеть. Я уже был научен горьким опытом и без всяких выпендриваний пошёл к специалисту, который уже вытаскивал меня из ямы чувства вины после расставания с бывшей женой. Ну, а что? Сам Тони Сопрано ходил к мозгоправу!
В общем, благодаря Марку Аврелию, рецептурным препаратам и психотерапии мне удалось принять себя и работать с тем, что есть. А у меня есть муковисцидоз, и я стал активно заниматься своим здоровьем.
Естественно, без женщины не обошлось. Я думал, что уже не смогу полюбить так, чтобы дух захватывало. Но мне очень повезло встретить такую девушку. Теперь есть причина задержаться тут немного дольше.
