BassEastIrk

1915 год.
Три сотни русских против адских ворот.
7000 против России сыновей.
Вставайте мужи - враг у дверей.

Приказано стоять 48 часов,
Но спустя полгода ворота на засов.
Ни сантиметра земли врагу не отдать,
Пусть знают, как стоит русская рать.

Как мы пришли, как удержались,
Как мы любили и как мы сражались,
Как пал на поле Пересвету подобный,
Но зато мой сын будет свободный.

Арт-подготовка, тяжелые бомбы
Стены крушат с рыком утробным.
"Русский сдавайся, Мы дадим тебе жизнь!"
"Да пошли вы все к черту. Братья! Держись!"

ПР.
1915 год.
Три сотни русских против адских ворот.
7000 против России сыновей.
Вставайте мужи. Враг у дверей.
Как ранее 300 в горах Фермопил,
Мы будем стоять пока хватит сил.
Умереть за семью и родных это честь,
Но мы даже завтрак в Аду будем есть.

В боли и страхе, за неделей неделя
Воины стояли, хоть запасы доели,
Но никто не скулил, никто не сдавался.
Когда было надо - вставал и сражался.

Шестое восьмое пятнадцатый год
Четыре утра. Крутой поворот.
Ветер задул в сторону крепости
И мир осознал эталон доблести.

Облако зеленое - хлор и бром
Против тех, кто защищал дом.
Желтеет трава, с неба падают птицы,
Тем, кто уцелел будет долго сниться.

Из зеленого желтым все стало на глазах
И от боли кричат, даже, на небесах.
Бронхи выхаркивать с кашлем и кровью
Заставил Аид, проведя рукой.

ПР.
1915 год.
Три сотни русских против адских ворот.
7000 против России сыновей.
Вставайте мужи. Враг у дверей.
Как ранее 300 в горах Фермопил,
Мы будем стоять пока хватит сил.
Умереть за семью и родных это честь,
Но мы даже завтрак в Аду будем есть.

"Есть кто живой? Да что это, Боже?"
Кругом только трупы и рядом тоже!
Мужчины не плачут? Скажи это солдату,
Что видел смерть, но не стал ренегатом.

"Есть кто живой?" 70 душ.
Рано врагу еще чувствовать куш.
"Ну что, братишки, мы и так мертвы
Сегодня зверью здесь хватит жратвы.

Тряпки мочите, мотайте на лица.
Штыки на голо. Пора проститься."
В далеке за туманом победный вой.
"ХМ-м-м ненавижу! Все в бой!

Веди за собой тех, кто отстал!"
Вот еще один мертвый рядом с хрипом упал.
7000 маршем на Осовец,
Чувствуя долгой осады конец.

Им на встречу из тумана, без единого звука,
В крови, искалечены, терзаемы мукой,
Воины вышли, да что там трупы.
Из оружия - ножи, зубы да руки.

Враг закричал "Бежим все назад!
Здесь открыли ворота в Ад!"
Победа героев и храбрецов
Записана, как "Атака мертвецов".

ПР.
1915 год.
Три сотни русских против адских ворот.
7000 против России сыновей.
Вставайте мужи. Враг у дверей.
Как ранее 300 в горах Фермопил,
Мы будем стоять пока хватит сил.
Вечная память павшим в бою,
За жизнь родных отдавших свою.


Мое. 2010г.
Сегодня годовщина этого боя.

Пришел он к нам. Был день столь давний.
Нёс песни в мир — как судный гром.
Смеялся дьяволу в лицо, как равный
Металл ковал своим челом.

Он пил со смертью, сидел "хмурым",
В шатрах и в ямах был вождём.
Итог таков, не избежал он тюрем
Летал в дыму. Был награжден.

Твой день пришёл. Концерт последний.
И сцена, чтоб сказать "Прощай".
Мир стал чуть тише в день наш летний.
О Оззи, ты нам там снизу помахай.

Где ты теперь? За чёрным солнцем?
С кем пьёшь в аду — с Куртом, с ДитрИх?
"I'm comming home" звучит в оконце
Чтоб голос твой навек не стих.


мое.

Я в землю вжался, в тень камней,
Весь мир – лишь оптика прицела.
Два силуэта – мать и сын,
И зверь в мундире цвета пепла.

Он шёл спокойно, не спеша,
Как будто мир ему обязан.
В её глазах жила мольба,
А в нём – лишь холод. Безобразен.

Я мог… нет! я не мог! нельзя!
Приказ – разведка, не охота.
Один рывок – и смерть моя.
Один патрон – и смерть работы.

Она кричала. Мальчик – нет.
Его прижала, сжав так крепко.
И звук короткий… вспышка, свет.
Два тела в пыль. Два сердца – в пепел.

Но ночь спускается на лес,
Шаги друзей скользнули рядом.
Я рассказал. Лег гнева вес.
И выступаем мы отрядом.

Мы шли без слов, без лишних дум,
В глазах пылали злые тени.
Мы знали – смерть зовёт нас в круг,
Мы знали – ей мы станем сенью.

Укромный стан, чужой костёр,
Там кто-то спит. Чужие шутки.
Мы подошли почти в упор.
Я на ногах вторые сутки.

И вспыхнул бой – короткий, быстрый,
Без лишних слов, без уговоров.
За мать. За сына. Еще выстрел.
За кровь, пролитую в позоре.

И вот – лишь пепел, тишина,
Кругом следы недавней свары.
Но эта боль – моя война,
И этот день – мои кошмары.

Под свист снарядов, гул орудий,
Под вой металла, пламя гроз,
Он — среди боли, среди судеб,
Где смерть шагает в полный рост.

В его руках – бинты и шины,
Кругом лишь грязь и гнили вонь.
А в сердце — мужество мужчины,
Что выбрал жизнь, а не огонь.

Бежит сквозь пыль, сквозь страх и стоны,
Бежит быстрей, готовя жгут.
Ведь знает он: под гул бетона
Есть те, кто жив. Есть те, кто ждут.

Кровь сохранив внутри солдата,
Поправив перья на крыле,
Ругаясь матом, тащит брата,
Чтоб сердца стук звучал в тепле.

Тут вновь рассвет, и вновь снаряды,
И та, что с острою косой,
И он – усталый ангел ада,
Спасает жизни за чертой.

Стоит без званий и награды,
Врач, что сдаваться не привык.
Смерть говорит: «Тебе, док, надо?»
Но он идет сквозь боль и крик.

мое.

Усталый солдат в пыли и в броне,
Сидел на бетоне в разбитом окне.
КАМАЗ с провиантом пришёл на рассвете,
Привёз он солдатам еду и пакеты.

Раздали коробки, тюки и мешки,
Всё нужно — аптечки, консервы, носки.
Но взгляд его вдруг зацепился за цвет —
Фантик знакомый любимых конфет.

Он взял их скорее, привычной рукой,
Закрыл на мгновенье глаза за войной.
Вкус детства, из дома далёкого, милого,
Свет звёзд за окошком, улыбка счастливая,

И тот сладкий момент, когда за столом
Любимая кружка одарит теплом,
Рот наполняет вкус любимых конфет
Глаза открывает... каска, жилет.

Он молча дрожал, не в силах сказать,
Сжимая в ладони конфету опять.
Держа в руке лучик далекого света,
Он осознал - не убито все это.

Почему нажраться до соплей в клубе - это культурно посидеть, а интеллегентно употребить дома в одиночестве - это алкоголизм?

присылайте с чем сейчас сидите. Давайте выпьем вместе.

Привет!
Ниже будет личный опыт, что ждет вас, если вдруг на досуге решите пополнить ряды нашего дружного клуба "9,5 пальцев".

И так, поехали.
1. Поорать, поматериться. Особо не больно, но торчащая кость и висящий на коже и мясе обрубок особо романтического настроения не добавляет. Чувствуется сильное жжение. Кровотечние несильное. 10 капель на полу. 10 в повязке. Из вены больше берут на анализы. Не ссыте.
2. Промыть чистой прохладной водой. Обработать хлоргексидином. Спиртом или перекисью не стоит. Получите хим.ожог. Аккуратно нетуго обмотать чистой тряпкой/бинтом, проложив ватный диск. В саму рану вату не кладите. потом волокна гнить начнут.
2.1. решительно приложить обрубок к ране и плотно замотать подорожником, предварительно поплевав на него.
3. Если палец полностью отделили, то класть на лёд, чтобы потом пришили смыла нет, если у вас нет на счету пары сотен тысяч баксов на операцию руками супер-пупер хирурга, который будет 6 часов сшивать вены, капилляры, сращивать кость шинами и пр. Лучше сразу в спирт и на полку. Вы будете сильно скучать по нему. Любые попытки пришить обрубок назад в местной больнице дежурным врачом может закончиться гангреной.
4. Добраться до ближайшей травмы. Лучше всего если вас отвезут те, кто сейчас рядом или вызвать такси. Скорая будет ехать долго, это если дозвонитесь. Трясет от выброса адреналина так, что сам вряд ли нормально за рулем доедешь.
5. Дальше рентген, чтобы понять, где переломаны суставы, а они переломаны, к бабке не ходи, ну и в принципе, узнать богатый внутренний мир. Если кость не разрезана, то ампутации не будет. Просто сошьют мясо и все. Если кость разрезал - про гитару забудь года на 2.
6. Дальше будет укол местного обезбола и операция. Напомню, пришивать обрубок, если отрезана кость чревато гангреной. Убедитесь, что извлекли все осколки костей и пр. из пальца.
7. на перелом наложат шину из располовиненного шприца. На саму культю лучше попросить наложить самоклеющуюся сетку для послеоперационных манипуляций, типа Неофикс. Потом спасибо скажете.
8. Дальше неделю цифран ст, кардиомагнил, троксевазин, аэрнатал (можно подсесть, если увлечься) и омез. Не мочить.
9. Перевязки. Делать регулярно по назначению врача в травме. Тут вы познаете новые ощущения. Никогда раньше вы не были так тактильны. С другой стороны, когда еще появится возможность поорать матом в людном месте так, чтобы вас не считали быдлом и мудаком? Конечно можно принять или поставить обезбол перед этой чудесной процедурой, но тогда не будет столь ярких воспоминаний.
10. Если сохранить корни ногтя, то через недельку ноготь начнет отрастать по мясу, ране и швам. Это на несколько недель продлит ваше знакомство с местной процедуркой. Ноготь отрастет полностью месяца за 1,5 - 2, вытянув за собой культю, внутри которой нет кости, а значит палец потеряет в функционале, но внешне будет почти как нормальный. Тут сами решайте, что важнее.
11. После того, как снимут шину, разрабатывайте палец. Массируйте его. Пробуйте сгибать. Купите массажер-пружинка-кольцо для пальцев. ХЗ как правильно называется. Вам должно понравиться. Главное в первые разы уйдите подальше, чтобы не пугать своим ревом родных и близких. Лично я умею принимать боль, но молчать при этом у меня не выходит.
12. Разрабатывайте палец!!! Массаж, сгибания, массажер, печать на клавиатуре, дрочка. Помогает. Через год-полтора барэ на гитаре сможете брать.
13. В культе будет бить током, как от пезоэллемента. Это нервная система пытается понять, чего ты-мудак натворил. Так и должно быть.
14. Будет мерзнуть, пока капиляры не восстановятся. Это нормально.

На этом все. Не болейте и чтите ТБ. Всем жму пятюню.

ПыСы.
1. некоторым (многим) пальцы пришивают. очень многие операции успешные. есть неуспешные с отмиранием пришитого. доверьтесь врачу, но и сами бдите.
2. про авторство - я это на соседнем сайте 01.12.21 написал. назвать не буду. а вот на остальных ресурсах - это копипаст уже без моего участия. теперь я тут торчу.
3. Идея с пальцевухой хороша. Даже гениальна. Надеюсь никогда не придется пробовать.