13 постов
Всех фантазия подводит —
Так и есть, увы.
Смотришь, кто к тебе подходит:
«Это ведь не вы?»
«Как не я? Стою как дура.
Должен был прийти
Мужичёк один с фигурой
Стэтхэма почти».
«Подошёл. Эт ты-то что ли?..
Эка располнел».
«Ну зато волос поболе».
«Это беспредел».
Я помню день, когда тебя запомнил.
Не полюбил — любовь случилась позже.
Мой микрокосмос был тогда огромным,
И твой, пожалуй, был не меньше тоже.
Я помню день, когда тебя забрали.
Уже мы вместе жили с год, кажись.
Ты мне сказала: «Не живи в печали,
Найдёшь кого, не жди меня, женись».
Все эти дни — на памяти зарубки.
Прошло два года, вдруг звонок: дзынь-динь.
Я вдруг услышал в телефонной трубке:
«Эй, я уже свободна. Ты один?»
Время совершенствует машины,
Время портит здорово людей.
В паутине будничной рутины
Люди увязают всё сильней.
Где-то мусор плавает, как остров, —
Не Лапута, нет, увы и ах.
Жаль, не из говна и палок просто, —
Хорошо ещё бы, если б так.
По паролю я открыл пароли,
Чтоб войти с тобою в личный чат.
Люди-то давно не в главной роли,
Потому, быть может, и молчат.
Личных встреч не будет, — ты сказала, —
Это невозможно, и зачем?
Без любви я просто заскучала,
Но не так, чтобы искать проблем.
У меня украли книгу —
Я обрадовался даже:
Тектоническому сдвигу —
Что грустить такой пропаже?
Кто-то возжелал искусства
В этом сумасшедшем мире.
А потом мне стало грустно:
Я нашёл её в сортире.
Где-то интенсивно тает лето,
Я сижу на мостике удю.
Ласточки летают низко — это,
По приметам, к скорому дождю.
Закурил, вздохнул и матюкнулся —
Ни одной поклёвки битый час.
Головой крутнул и взгляд уткнулся
В женщину — она несла матрас.
В голубых глазах огромных
Как маршмэллоу в кипятке
Флот моих желаний скромных
Растворился налегке
Если сходят к нам с небес богини,
То, должно, она одна из них.
И на ней бикини, синий, мини.
Я, так, словно клюнуло, притих.
Подошла к воде и огляделась,
Как косуля, что пришла попить.
И тихонько, нет, блин, не разделась —
Что-то стала к речке приносить.
Чёрные для мусора пакеты,
Что в них было — и теперь не знаю.
Слышал только: «Вот уже в реке ты,
Всё, прощай, и я тебя прощаю».
И они тихонько уплывали,
Дождь маленько капать начинал.
Волны тёмных вод легко скрывали,
Только это не был ведь финал.
«Эй, иди сюда», — и обернулась.
Я пошёл, тянуло, как магнит.
Виновато перед ней сутулюсь,
Только вдруг она мне говорит:
«Вы мужчина, видели такое?
Что на мне обязаны жениться,
Чтоб и дальше я жила в покое,
А не то придётся нам проститься.
С вами мне, а вам — со всем на свете.
Выбирайте, буду вас любить.
Любите детей?» — «Да». — «Будут дети.
Или прямо здесь вас утопить.
Вижу, что кольца на пальце нету.
Я твой самый здоровский улов.
А тропою уходящих в Лету,
Думаю, уйти ты не готов».
Вот живём, десятку разменяли.
До сих пор боюсь её чуток.
Девка и пацан — мои медали,
И жена — прекраснейший цветок.
Той порою в Петербурге где-то
Запропал финансовый магнат.
Я её люблю, и верю: это
Не сгодится мне как компромат.
Кто очкушник? Я люблю, понятно!
Повезло, как никому из вас.
Вы там все смотрите аккуратно:
У меня кольцо уже сейчас.
Я упёрся в указатель: «Дуракам — туда».
Ни развилка, ни распутье — что за ерунда?
Тут же нет другой дороги, просто поворот.
Раз ты здесь уже в итоге — ты дурак, и вот.
Проходи, не будь бараном, не смущай других.
Согласитесь, презабавно: много нас таких?
Я шёл, спотыкался и падал.
Вчера, это было вчера.
Я и боль, и досаду прятал,
Но повылезло всё с утра.
Дорогим принимали гостем,
Но всего пять часов спустя
Выгоняли даже со злостью,
Уже словно за что-то мстя.
Просто спрятать следы на теле,
Оправдать свой помятый вид,
Но не просто на самом деле
Не хранить на душе обид.
Я не прав лишь по правил своду,
Да и трезвым бы вот — ни в жизнь.
А тут дал прям рукам свободу —
Хозяйке по жопе - тыдысь.
Ну такой комплимент немножко...
Своеобразный, быть может.
Не она, однако, — «Хорош-ка!» —
Сказала тогда ведь тоже.
«Мэйк май бэд, мама», — я запел и...
Нет, ну вру, может быть, завыл.
Нервы Сашкины не стерпели:
— Выучи английский, дебил...
Горем луковым,
Цветом липовым,
Морем ласковым,
Счастьем кликаным.
Сладким голосом,
Гладким волосом,
С микрокосмосом,
Мегаполисом.
Гадят гадкие,
Верят верные,
Кисло-сладкие,
Безразмерные.
Листья падают,
Мысли радуют,
Запечатают
И скомандуют:
«Не кручиниться,
Не печалиться,
Оскотиниться».
С этих станется.
Гладят гладкие,
И, наверное,
Ловят ловкие
Всё кошерное.
Синим пламенем,
С красным знаменем,
Гостем каменным,
С сердцем пламенным.
Всё ни сходится,
Ни расходится,
Не заводится —
Уж как водится.
Серут серые,
Правят правые.
Кто не верует —
Суть лукавые.
