Военный дневник Тани Вассоевич
Книги с детства мои друзья. Встреча с новой книгой, как с человеком: какую-то хочется перечитывать, от другой хлебнешь горя и больше не захочешь возвращаться, а иную отложишь, потому что пустая и неинтересная. Знаете, это покажется смешным, но «пустышки» даже весят мало. А есть «самородки», которые приходят как-то сами и остаются в твоей жизни. Сегодня я познакомилась с такой книгой. Я узнала о ней раньше и мне страстно захотелось её заполучить. Это казалось почти невозможным: она выпущена ограниченным тиражом в 1500 экземпляров в Санкт-Петербурге в 2015 г. и её не нет в свободной продаже. Вернее, уже нет. Кто хочет — тот добьется, кто ищет — тот всегда найдет! И я нашла. Последнюю. Самую последнюю. И заказала. И она пришла. И солнце светило ярко в этот ноябрьский серый день, а самая строгая тетя на почте не нагрубила (как это обычно бывает), а была вежлива и учтива. Раскрыла я её прямо там, на почте, читать начала уже в автобусе. Это не просто книга! Это исторический документ, военный дневник Тани Вассоевич. В блокаду она похоронила маму и брата. Сама. В 13 лет. Выменяла на хлеб для них гробы и полулегально захоронила, уговорив сторожа вырыть могилы. Сильно!? До дрожи и онемения. В дневнике она нарисовала план кладбища (смотрите фото) и отметила места захоронения близких, пообещав себе, что, если выживет, обязательно установит на могилах памятники. Обещание она свое выполнила уже после войны и эвакуации. Все это время она вела дневник. Да, я же не сказала! Таня – талантливая художница, свою послевоенную жизнь она посвятила преподаванию изобразительного искусства. Страницы своего дневника она дополняла рисунками. И знаете, что поразило меня больше всего? Её воспоминания не отчаяние и смерть, а надежда и жизнь. Она старалась радоваться малому и замечать казалось бы незначительную красоту. А еще верить в чудо. И чудо случилось: в её опустевшей квартире стояла глыба льда — подарок брата, замёрзший аквариум с застывшими во льду рыбками. Когда лёд растаял, с ним оттаяла и одна золотая рыбка и вновь начала плавать. Это не только метафора блокады, но и, как мне кажется, всей нашей истории.
