Цена вопроса. Часть 2
Неделя выдалась трудной. За семь дней Антон успел купить почти всё, что от него требовали, сложив коробки и упаковки в шкафу своего рабочего кабинета, а шины бросив на балконе. Только дурацкий DVD-плеер какой-то неизвестной китайской марки невозможно было найти ни в одном магазине. В последние дни Антон много прочёл о китайской технике, словно готовился собрать этот плеер самостоятельно в случае, если не удастся его купить. Впрочем, ничто не помогло найти этот последний пункт в списке.
Он попытался позвонить на один из номеров, с которого ему давали задание, но трубку поднял какой-то невежливый мужчина, потребовавший, чтобы ему больше не звонили, не писали и исключили его почту из рассылки. На остальных номерах ситуация оказалась не лучше, отвечал кто угодно, но не шантажистка.
Жена ещё несколько раз просила перевести ей денег, и Антон переводил. Видимо, её тоже сильно прижали, и он не хотел знать, что же такого она успела сотворить, проводя всю свою жизнь в оплаченном безделии. Нашла любовника? Умудрилась украсть деньги со счёта? Или даже вдруг заплатила за чьё-то убийство? Антону было всё равно. Он в эти дни осознал, насколько ему безразлична жена и её личная жизнь. До этого он немного обижался на её утренний обряд, когда она вставала вместе с мужем, но полностью игнорировала его до ухода. Теперь он поймал себя на мысли, что ведёт себя с ней точно так же – почти не замечает. Ну и ладно, не разводиться же из-за такой чепухи? Деньги делить придётся. А кто их зарабатывает?
Он потратил несколько своих зарплат на покупки и переводы, а получал Антон достаточно, пусть иногда ему и казалось, что он достоин большего. При этом он весьма активно тянул с работы всё, что мог. Он не испытывал угрызений совести, считая это не воровством, а как бы возвратом себе того, что у него отняло злобное государство. И тот факт, что работал он не на государство, никак менял его мировоззрения, да и не смог бы он составить список того, что государство украло у самого Антона. В конце концов, даже если это и воровство, то это не такое уж и страшное преступление. Это даже скорее часть многогранной русской культуры, воспевающей страдания ограбленного народа. А культура – это хорошо, ради неё можно.
Нет, финансово Антон пострадал не сильно, его запасов хватало. Но, когда в начале недели цены на всё увеличились в сотни раз, он уже сомневался, что сумеет легко отделаться. К счастью, через пару дней продавцы вдруг сбросили ценник почти до исходного уровня, вот только купить что-то из списка было всё равно нелегко. Это тоже было парадоксом, никто в здравом уме не сбросит цены при огромном спросе. Напрашивался вывод, что шантажисты принудили продавцов сделать это так же, как заставили Антона работать, а не ездить по магазинам. Но всё это было тоже лишь из области домыслов.
Конечно же, часть своего времени Антон потратил и на размышления о том, кто организовал весь этот шантаж. И пришёл к неутешительному выводу, что в таком масштабе могла действовать лишь одна компания – та, в которой он работал. Почти во всех телефонах и компьютерах страны стояли их приложения. Эти приложения были с людьми во всех ситуациях, они видели денежные потоки, передвижения, предпочтения, покупки, слушали разговоры, делали фото и записывали видео. Техника знала почти всё о каждом человеке, вот только кто решил воспользоваться этими знаниями? И почему именно так? И что это вообще такое – месть всему миру?
С утра Антон закрылся в ванной с телефоном, включил воду, намылил голову и ждал звонка, медленно растирая пену по волосам. Он не знал, что сказать, когда у него потребуют предъявить плеер и очень боялся. Лишиться всей так долго выстраиваемой жизни из-за какого-то давно устаревшего барахла? Неужели это всё?
Никто не звонил, Антон всё тёр и тёр голову, не замечая, что шампунь уже давно смыт. Телефон издевательски молчал, хотя вот сейчас уже очень хотелось звонка, чтобы наконец разрешить последний вопрос с плеером. Неопределённость неприятна.
Через двадцать минут Антон медленно оделся, почти выпил свой кофе, всё так же выплеснув треть жидкости, пока жена смотрела в телевизор, где в новостях демонстрировали родившихся в зоопарке тигрят. И так всю неделю – никаких новостей о шантаже, только погода, курс доллара, котята и очень нужное в такое время мнение экспертов по выбору консервированной сардины.
– Я пошёл, – Антон постоял немного на выходе из кухни, размышляя, стоит ли целовать жену перед уходом.
– Угу, – кивнула она, не оборачиваясь, и тем самым разрешила его проблему.
В прихожей Антон взял свой портфель, брошенный здесь вчера вечером, внимательно посмотрел на него, открыл, вытащил планшет и нажал кнопку включения, но ничего не произошло. Планшет давно разрядился и лежал внутри бесполезным грузом, так же, как и папка с какими-то старыми бумагами. Всё это было столь же ненужным, как и куча купленного на прошлой неделе барахла.
– Ну чёрт с тобой тогда! – Антон сунул планшет обратно и пнул портфель, отчего тот с тихим шелестом уехал в угол рядом с гардеробом. И сразу стало немного легче. Ему всё равно просто придётся принять то, что случиться дальше.
Он вышел на улицу налегке, впервые за последние несколько лет. Там светило солнце, дворник мёл жёлтые кленовые листья, старательно выгоняя их из-под припаркованных автомобилей, неподалёку две женщины беседовали о чём-то, пока их собаки всячески пытались запутаться в поводках. Мир никуда не торопился, если ты что-то не успел, то сегодня было уже поздно. Чувство облегчения вдруг пришло к Антону, напомнив ему, каким же сильным оно может быть в принципе. Он подумал, что сейчас уже сделал всё, что мог, теперь хозяевами его судьбы оставались шантажисты. Ну и пусть!
Антон ещё раз осмотрелся, найдя взглядом своё такси, сел в машину и поехал на работу под радостные рассказы таксиста о чём-то своём. Пробки не волновали их обоих, машина медленно двигалась вперёд, таксист что-то увлечённо говорил, а Антон столь же увлечённо ничего не слушал, оглядывая мир из окна. Странно, что за несколько лет поездок на работу он почти ни разу не выглянул наружу, постоянно продолжая что-то искать в телефоне по работе. Наверное, завтра всё вернётся и станет как раньше, но сегодня стоило насладиться моментом.
– Приехали, – таксист вздохнул с сожалением, получил деньги и тронулся с места в поисках очередного слушателя.
Антон посмотрел на часы. Сегодня он приехал совсем уж поздно, никогда раньше он не позволял себе так опаздывать. Высокое начальство не любит, когда ты работаешь меньше двенадцати часов. Но Антону казалось, что сегодня начальство его не побеспокоит.
Поднявшись к себе, он с удовольствием заметил, что кофейный аппарат наконец собрал около себя целую компанию молодых ребят. Его старая знакомая, всю неделю ходившая сюда пить кофе в одиночестве, увидела босса и снова помахала ему. Он традиционно кивнул в ответ и пошёл к себе, задаваясь вопросом – почему она была так спокойна все эти дни? Неужели шантаж обошёл её стороной?
Несколько раз за неделю Антон видел людей, не спешащих никуда, не смотрящих в телефон каждую минуту. И каждый раз задумывался – а не повезло ли им? Мужик около метро с рекламой парикмахерской флегматично бродил кругами, тараторя свой текст про стрижки эконом-класса в мегафон, ему не было дела ни до чего другого. Бабушки на лавочке мило переговаривались, обсуждая соседей, несколько гастарбайтеров жарили шашлык за домами, дети всё так же играли на площадке, показывали друг другу смешные видео и курили возле школы за огромным кустом шиповника. С детьми было понятно, они вряд ли зарабатывали деньги, бабушки тоже объяснялись легко, но почему шантажисты пропустили некоторых других людей?
Напрашивалось сразу два вывода – либо у этих счастливчиков нет телефона или компьютера, либо они не сделали в своей жизни ничего плохого. Второй пункт Антон отмёл как фантастический, но и с первым тоже имелась неувязка. Ну не могла эта молодая девочка с её страстью к кофе не иметь сотового телефона! Да и вообще, её работа завязана на технике, она просто обязана весь день сидеть в ноутбуке. Эти мысли мучали Антона, но идти и спрашивать её он не собирался.
Дойдя до кабинета и включив компьютер, он с удовольствием отметил, что в почте появились письма. Всю неделю они приходили только днём и не содержали ничего важного, и вот теперь снова начиналась настоящая работа, а не её имитация. Хорошо! Он просмотрел несколько писем, погружаясь в рабочую атмосферу и совершенно автоматически протянул руку за неожиданно зазвонившим телефоном.
– Алло, – сказал он, прижав трубку плечом к уху.
– Антон Евгеньевич, ваш список покупок обновлён, – сказал уже знакомый женский голос, – сейчас я вышлю его вам, в течение недели купите всё, что в нём указано. И установите новые приложения, они включены в список. Один из прошлых пунктов не был приобретён вами, для первого раза это простительно, но пожалуйста, старайтесь лучше.
– Эй-эй, стойте, – Антон оттолкнулся от стола и выскочил из кресла, – какой ещё обновлённый список? Я всё купил! Ну кроме этого плеера, его нету нигде! Забирайте это ваше добро и отстаньте от меня! Я всё сделал! Хватит!
– Антон Евгеньевич, просто делайте, что вам сказали, если не хотите, чтобы информация о вас попала в чужие руки, – голос не изменил интонации, но Антону вдруг снова стало страшно. Утро с его солнышком и оптимистическим фатализмом вдруг отдалилось, потому что он снова становился хозяином собственной судьбы, и ему предлагали выбор из нескольких плохих вариантов.
– Вы знаете, сколько стоит то, что вы просите купить? Где я возьму столько денег? – он почти закричал, но вовремя остановился, испугавшись, что за дверьми кто-то услышит.
– У вас есть нужное количество денег, – ответил голос, – один из ваших грехов – жадность. Жадность останавливает прогресс. А это плохо, Антон Евгеньевич. Но мы не станем просить вас купить что-то, что вы не можете себе позволить. У вас неделя.
– Да зачем вы это делаете? – он наконец закричал, но ответом ему стал лишь щелчок в трубке. – Вот и поговорили, блин!
Телефон завибрировал, отображая вереницу ссылок. Антон смотрел на это и проклинал все свои грехи, начиная с жадности. Ну вот что теперь делать? Идти в полицию? С утра он был готов к любым поворотам своей жизни, и вот уже вариант с полицией не нравился ему. Господи, ну какого чёрта ты придумал необходимость выбора?
Сделав несколько кругов по кабинету, Антон открыл шкаф и полюбовался на коллекцию купленного барахла, которое никто не попросил никому передать. Его задачей было лишь купить все эти вещи, ну и теперь ещё несколько других. Зачем? Он прошёлся еще несколько раз, проверил почту, в которой неожиданно иссяк поток писем, закрыл все рабочие документы и вышел в коридор.
Здесь было пусто. Все снова разбежались по местам, значит тоже получили свои задания. Антон заглянул в ту же комнату, которую осматривал и неделю назад. Все молчали, щёлкая мышками у своих ноутов, лишь только его старая знакомая оторвалась от экрана и снова поприветствовала босса поднятым вверх стаканчиком кофе.
– У тебя телефон есть? – Антон спросил её импульсивно, о чём тут же пожалел.
– Конечно, – она поставила кофе на стол и подняла вверх кнопочную звонилку, – а у кого его сейчас нет?
– Пойдём, – он кивнул ей в сторону выхода и двинулся к себе в кабинет, не дожидаясь ответа, – телефон оставь тут.
В кабинете он выключил сначала компьютер, а потом свой смартфон, сунул его в ящик стола и жестом показал стоящей в дверях гостье идти к балкону.
– Телефон с собой? – спросил он, когда дверь балкона оказалась плотно закрыта.
– Нет, – девушка помотала головой и продемонстрировала пустые руки, – а что случилось?
– Слушай, это может странный вопрос, но ты ничего необычного не замечала в последнюю неделю? – спросил он и достал из кармана пачку сигарет, которая всегда попадала в руки при любом открытии ящика в столе.
– Было бы проще рассказать, что я заметила не странного, – она вдруг указала на пачку в руках Антона, – можно и мне одну? Ну что вы на меня так смотрите? В конце месяца накажете всех курящих сейчас на этом балконе, вычтите у нас из зарплаты что-нибудь, – она вытащила сигарету из протянутой пачки, – что именно из странного вас интересует?
– Меня всё интересует. И ещё – тебе звонил кто-то незнакомый, требовал что-нибудь?
– Не-а, – она прикурила от протянутой зажигалки и тут же закашлялась, замахала руками, разгоняя дым и стала тереть рукавом глаза. Потом посмотрела на дымящуюся сигарету в пальцах и скомкала её в пепельнице, – фу, какая гадость!
– Ты что, не куришь? – удивился Антон. – На хрена тогда сигарету брала?
– Что не так? Я слишком странно себя веду? А теперь представьте, что я думала, когда вы все целую неделю себя вели вот таким образом? Всем миром взялись и давай заниматься чем-то непонятным. Никаких заданий от начальства, все ребята вокруг уткнулись в ноуты, но я же вижу, что это не по работе, странички сворачивают, когда подходишь, и смотрят на тебя с такой странной идиотской улыбкой, словно умственно отсталые. Никто ни с кем не разговаривает, родственники не объявляются, соцсети не обновляются, но при этом на улице все уткнулись в телефоны, прошлогодние посты, видимо, читают. Станут вечером по тротуарам как свежевкопанные столбы, и ходи между ними. А потом как срываются с места и бежать-бежать куда-то. Но странная, конечно же, я.
– Ты всегда такая болтливая? – Антон уловил паузу и вклинился в монолог. – Хотя, ладно. Ну и какие выводы ты сделала по поводу происходящего?
– Зачем делать выводы, если можно проверить факты? – девушка шагнула к окну и распахнул его пошире. – Простите, очень воняет. Я подсмотрела, что же такое все ищут в компьютерах. Хоть все и прячутся, но воровать чужие тайны довольно просто. Ну что вы опять смотрите на меня так? Люди всю свою историю занимались тем, что воровали чужие тайны, в каждой стране есть даже целые государственные службы для этого. И ничего, всем всё нравится. А когда такое делаю я, то прям ужас-ужас! Вообще, это двуличие…
– Давай про выводы, – постарался переключиться Антон, – а то мы тут весь день простоим.
– Я знаю, что вас всех шантажируют. И догадываюсь кто и как. И сегодня пошла вторая волна. Ох, какое модное сочетание – вторая волна. А скоро будет третья, четвёртая, ну и так далее. Ну что, я угадала?
– Не знаю, – Антон решил, что пока не стоит открывать карты. Всё же его предупредили, что не стоит делиться информацией, и пока он не делился ею. – А почему тогда тебе не позвонили? Ты особенная, потому что ходишь с кнопочным телефоном?
– Ага, – она просто кивнула, словно подтверждала что-то очевидное, – я всегда считала, что мы слишком расслабились со всеми этими технологиями. Антон Евгеньевич, да прекратите вы на меня так смотреть! Я понимаю, что говорю так, как будто сошла с ума. Но посмотрите внимательно, меня никто не тронул. У меня кнопочный телефон, в нём нет интернета и навигации, только звонки и смс-ки. На ноутбуке я работаю, камера закрыта, микрофон отключен. Меня нет в соцсетях, я лишь иногда смотрю чужие страницы. И я никогда не ищу ничего такого, к чему можно привязаться. Даже кино онлайн не смотрю без подписки, потому что всё, что на виду, должно быть легально.
– Господи, что это за мир такой, в котором ты живёшь? – сказал Антон. Его собеседница явно была не в себе. Не может молодая девушка обладать такими взглядами на пустом месте, с ней явно что-то было не так. – А как ты вообще попала к нам? У нас же не пропустили бы никого, если нет аккаунта в соцсетях.
– В мире, где люди хотят украсть твои тайны, всегда нужно иметь несколько фальшивых тайн про запас. Их можно позволить украсть.
– И что это значит?
– Это тайна, – она развела ладони в стороны и состроила гримасу, пытаясь, видимо, что-то показать, но Антон не понял, что именно.
– Иди работай, – разозлился он, – направь свою энергию на что-то полезное.
– Как скажете, – она кивнула и пошла к выходу с балкона, напевая, – я волна… Новая волна…
Антон вытащил ещё одну сигарету, немного прикрыл окно и некоторое время стоял, выдувая дым на улицу. Зря он позвал эту дуру! Но откуда он мог знать, какая она? Никакого уважения к начальству, этот её дурацкий снисходительный тон, словно она разобралась, как правильно жить и теперь несёт истину отсталым народам. Этот странный взгляд на мир, ну и отношение к чужим тайнам… Мало ли что так можно узнать. Надо будет избавиться от неё, пока она не нашла что-то более серьёзное.
Перспективы не нравились Антону. Если избежать шантажа можно только лишь отключившись от современного мира, то выходит, что придётся отказаться от телефонов и компьютеров? Но ведь компромат уже в чужих руках, уже всё случилось, подумать стоило заранее. Теперь поздно играть в луддита.
Успокоившись, он сходил за телефоном, включил его и посмотрел список товаров, которые стоило купить в этот раз. Ничего нового, просто очередной набор ненужных вещей, за которыми придётся гоняться целую неделю. Зачем? Эти покупки принесут прибыль многим разным магазинам, которые просто физически не могли договориться о такой масштабной махинации. Но… Есть один игрок, который получит прибыль от любой покупки!
Он повторно проверил полученные ссылки, и все они вели на страницу агрегатора. Уже оттуда ты мог заказать товар в любом магазине, но агрегатор получал прибыль при каждой покупке со своей страницы, при любом переходе! Алгоритм просто зарабатывал деньги, перейдя от банальной рекламы к шантажу. Потому что так быстрее! Но неужели отделу маркетинга разрешили сделать настолько противозаконный ход? Хотя… Никто ведь не пожалуется…
Включив компьютер, Антон вызвал список всех товаров и услуг, которые рекламировались последний месяц через баннеры агрегатора, а затем статистику покупок и переходов по ссылкам. Это было частью его работы, потому что он заведовал отделом рекламы. Но отдел и без особого вмешательства начальника выдавал неплохие показатели, а по старой программистской привычке Антон предпочитал не трогать то, что работает. Но теперь стоило взглянуть на результаты, потому что количество покупок и переходов за последнюю неделю взлетело в десятки раз! Отдел маркетинга придумал отличную штуку для увеличения прибыли.
Телефон тихонько звякнул, Антон посмотрел на экран, увидев сообщение от жены, которое начиналось со слов: «Милый, мне нужно…»
– Найти работу! Тебе очень-очень нужно найти работу! – закончил он фразу и сунул телефон в карман, не читая сообщения. Пусть понервничает. Пусть хоть иногда понервничает!