Случаи из практики 195⁠⁠

Женщина 36 лет

— У меня просто замечательная семья: муж, двое детей и кот, - все что нужно для счастья. Плюс к этому вполне спокойная работа – я заведую архивом на большом заводе. Со здоровьем все в порядке, во всяком случае ни меня, ни родных ничего особо не беспокоит.

— Хотите сказать, что вам можно только позавидовать?

— Вроде того, - усмехнулась Наталья, нервно теребя футляр от очков. – Но где-то шесть лет назад у нас случилось несчастье – в дом, где мы жили, на всей скорости влетел грузовик с полным кузовом песка. Он протаранил дом, пристройку с летней кухней, снес теплицу и гараж. К счастью, в тот момент вся семья находилась у моей мамы в гостях, иначе это была бы стопроцентная смерть.

— Должно быть, для вас это была ужасная потеря?

— Это мягко сказано, - заметно помрачнев, ответила она. – Какое-то время мы с детьми жили у родителей, пока шла реконструкция. Нам повезло, что получилось взыскать деньги с конторы того водителя, который, как оказалось, просто уснул за рулем, после нескольких дней работы без отдыха. Мне очень повезло с мужем – у него не только золотые руки, так еще и терпения хватило восстановить все, что было разрушено.

— Он у вас строитель по профессии?

— Вроде того, - кивнула женщина, ненадолго сосредоточив свое внимание на картине, висящей у меня за спиной. – Он занимается монтажом в компании, специализирующейся на строительстве каркасных домов. Так что мы буквально через год вернулись обратно и снова зажили, как ни в чем ни бывало.

— Но что-то все-таки изменилось, не так ли? – догадалась я.

— После того случая, у Кости, моего мужа, в голове начали появляться странные мысли. Он начал рассуждать о превратностях судьбы, что мол у тебя вроде бы все есть, а потом бац – и все, ты голый стоишь на улице. Его постоянно терзали мысли о том, что он никак не контролирует течение нашей жизни. Что в любой момент может повторится инцидент с грузовиком или еще что-нибудь, похуже.

— Мне доводилось встречаться с подобными случаями. Особенно часто такое бывает с людьми, пережившими автокатастрофы. Они начинают бояться переходить дороги, садиться за руль и вообще приближаться к автомобилям. Ведь ты никогда не знаешь, что происходит с водителем машины, едущей тебе навстречу. Всегда есть шанс что именно в этот момент у него зазвонит телефон, случится сердечный приступ, или камень залетит в окно - человек резко дернет руль и все, конец.

— Это как раз то, о чем он говорит со мной последние лет пять. Его словно грызет изнутри эта неуверенность в завтрашнем дне. Костя перестал улыбаться и радоваться, то есть, он, конечно, улыбается, когда я его обнимаю или дети делают что-то приятное, но потом он снова становится серьезным. В какой-то момент мне это стало надоедать, а он понял это и начал делать вид что все нормально – вот такой он у меня заботливый. Но ведь я же знаю, что он не в порядке и ему плохо от того, что он не может ничего изменить.

— Должно быть он строил какие-то планы по этому поводу – обычно, мужчины не сидят на месте, сложа руки, а пытаются что-то сделать.

— О да, он придумал как исправить ситуацию… - судя по внешнему виду, Наталья была настроена крайне скептически. – Он начал копать – прямо рядом с домом. Приходил с работы, ужинал, брал детей и шел копать – сказал, что хочет сделать погреб для хранения овощей и закруток. В выходные он грузил землю в багажник и куда-то ее отвозил. Затем все продолжалось по новой. Первые полгода я сильно не переживала, даже наоборот – радовалась, мол дети вечно с отцом, на свежем воздухе, трудятся, а значит физически развиваются. Нет, вы не подумайте – никакой там эксплуатации детского труда, они скорее составляли ему компанию, чтобы веселее было ковыряться в земле.

— Но через полгода этот процесс не закончился?

— Костя забетонировал стены, сделал перекрытия, поставил что-то вроде крыши и провел электричество, чтобы можно было копать и зимой. Прошло еще полгода, и котлован стал в два раза глубже и снова стены из бетона, камней и ненужного железа, привезенного с работы. У меня действительно появилось место для хранения продуктов, а у детей дополнительная площадка для игр. Он им даже огромный по детским меркам домик соорудил - радости было полные штаны.

— Пока что все звучит так, будто ваш супруг пытается обустроить быт как можно лучше. Есть какой-то подвох?

— Подвох обнаружился после того, как у нас появились подземный гараж, мастерская и бойлерная. Когда я спросила – почему, имея участок в четыре сотки, он начал строить все это под землей? И знаете, что он ответил?! Сказал, что там мы все будем в безопасности: там нас не задавит машина, там нам будет прохладнее летом и теплее зимой, а еще, если вдруг начнется война или что-то вроде этого, подземный дом станет отличным убежищем!

— Интересно…

— Я, конечно, понимаю, что он в чем-то прав и не стану отрицать пользу от этого дома, говорить, что устала от того, что он все свободное время тратит на копание в земле и так далее. Но меня пугает, что он постоянно живет в страхе – когда я задала вопрос, сколько еще нужно строить, чтобы почувствовать себя в безопасности, он показал мне план на компьютере. Там было нечто, напоминающее бункер в четыре этажа глубиной – он по площади был немногим меньше старого советского бомбоубежища у меня на заводе. И он собирается строить все это ближайшие лет двадцать…

— И вы хотели бы отговорить его от этого?

— Я как бы не против строительства – более того, я всегда ему во всем помогала и буду помогать. Но меня беспокоят его мотивы – они пропитаны страхом, а не желанием сотворить что-то хорошее и полезное. Боюсь, что с каждым метром прокопанной земли, Костя все глубже и глубже погружается во что-то очень плохое! Помогите мне, пожалуйста – поговорите с ним, попробуйте понять почему он это делает. Может быть, у вас получится найти для него другой путь…