Схемка⁠⁠

- И далеко еще ползти?

Генерал-майору Сусликову было тяжело и непривычно ползти по грязи в бронежилете. Каска постоянно съезжала на лоб, над головой вечно что-то очень неприятно жужжало, а в какой-то момент вдруг громыхнуло так, что Сусликов вжался в землю абсолютно весь, хотя в его случае это было почти невозможно.

- Да это "Гиацинт" в километре от нас, - сказал сопровождающий, ползущий в метре от него, крайне загадочная личность в темных очках и камуфляжной одежде без знаков различия; Сусликов все гадал, из какого он ведомства, но личность была слишком загадочна. - Мы уже почти на месте. Еще метров двадцать проползти, вон на тот пригорок... Вы не бойтесь, все нормально.

Сусликов вздохнул, вытер грязь с лица и пополз дальше. Мысли его тяготили тревожные и печальные. Ведь совсем недавно не было ни этой грязи, ни этого жужжания над головой, ни этого странного человека из незнакомого ведомства, а был уютный кабинет в стиле цыганского барокко, грудастая помощница и схемки, схемки, схемки... Больше всего на свете Сусликов любил схемки. И поэтому теперь он здесь.

- Но что мы там вообще будем делать? - не унимался Сусликов. - Я же, это... Не умею...

- Никто не умел, - срезал человек из незнакомого ведомства. - Тише. Мы на месте.

Человек из незнакомого ведомства вручил Сусликову бинокль и жестом указал смотреть прямо перед собой.

Сусликов напрягся, вглядываясь.

В бинокле он увидел опорник ВСУ, расположившийся в руинах бывшего села, изрытый окопами, залитый бетоном, с желто-голубыми флагами и бойцами, перетаскивающими ящики с БК. Вот пулеметная точка, вот минометный расчет... У Сусликова неприятно похолодело в животе.

- Ну что, - сказал человек из незнакомого ведомства. - Готовы искупить?

- В смысле искупить?.. - Сусликов проглотил слюну.

- Слушайте, не бойтесь вы так. Новый приказ министра обороны. Использовать самые лучшие навыки максимально эффективно. Просто делайте то, что умеете.

- Это как?

- Ну вам лучше знать, это же вы умеете. Смотрите на опорник. Смотрите внимательно.

Сусликов уткнулся лицом в бинокль.

- Смотрите еще внимательнее. Сосредоточьтесь... Вы знаете, что делать.

Действительно, Сусликов начал вспоминать.

- Сосредоточьтесь. Вспомните, кто вы есть. Вспомните, что вы лучше всего умеете. Почувствуйте, как в вас пробуждается это знание. Эта сила...

Сусликов почувствовал. Какое-то странное, но очень знакомое, жгучее ощущение вдруг затрепетало в его животе, что-то стало вдруг проясняться...

- Вспоминайте схемки.

Схемки! Бесчисленные, безудержные схемки вдруг закрутились в голове Сусликова. Перед глазами все поплыло, как будто в тумане, он резко зажмурился, и...

- Получилось! - услышал Сусликов.

Он открыл глаза.

Опорника перед ними больше не было. Только ровное, чистое поле, не тронутое войной, и девственно чистая лесопосадка вдалеке.

- Как так... - бормотал Сусликов, ничего не понимая.

Он осмелел и привстал на одно колено. Нет, это не обман зрения - опорник действительно попросту исчез, будто провалился сквозь землю. Сусликов не верил своим глазам.

- Я его что... Я его что, СПИЗДИЛ?!

...в это время в московском кабинете высокий беловолосый мужчина листал свежий доклад и хитро улыбался.

Кучка развалин со странными грязными людьми в камуфляже, внезапно материализовавшаяся на кипрском побережье, еще долго будоражила местные СМИ.

Автор: Александр Пелевин