РассКузик про бой с Невидимкой⁠⁠

На кафедре сценического движения работал преподаватель Андрей Петрович Олеванов.

На четвертом курсе мы должны были сдавать «драку», я все время пропадал в театре, много играл мелких ролей, репетировал... К экзамену оказалось, что все распределились, а у меня нет пары. Олеванов сказал, что выпустит меня только в «общей драке». На самом деле, это означало тройку «автоматом». Мне не хотелось получать тройку. Я был очень гибким и пластичным, хотелось пятерку, не меньше!

Думал я , думал, что же делать, ночью мне приснилось, что  я должен показать бой с Невидимкой, отрепетировал вот такой пластический этюд: я один в зале, вдруг открывается дверь, слышны шаги, ко мне подходит человек-невидимка, начинает бить меня по лицу, под дых, я скручиваюсь, он перекидывает меня через себя. В это время  открывалась дверь, вбегал сокурсник: «Витька, там стипендию дают!», получал пощечину от Невидимки, отыгрывал, Невидимка выходил, хлопала дверь.

Педагогу драка понравилась, меня выставили на зачёт, приглянулся мой бой и Мастеру курса — Игорю Петровичу Владимирову и он выставлял меня показывать его в театре, на встречах со зрителями. Их было много. Полгода я показывал. Побился весь... прошло много лет, жена моя — Полина, на 24 года моложе меня, рассказывает, что когда она училась в институте, через двадцать лет после меня, то Андрей Петрович Олеванов, уже седой профессор, заведующий кафедры движения рассказывал им, что он придумал как-то «Бой с невидимкой»... я сначала взревновал, но потом подумал и решил, пусть все, кто учился у Олеванова тоже будут рассказывать, мой бой обрастёт подробностями и превратятся в настоящую легенду Театрального института, а то в неоготическом красивом здании нет страшноватых, красивых легенд, всех пугают только сетки в пролетах лестницы, сетки натянуты от самоубийств, пусть соединятся легенды, как талантливый студент кинулся в пролёт и стал Невидимкой.

И это, господа студенты, не фантазия Герберта Уэллса, ходил тут этот Невидимка, даже зачеты сдавал, «дрался» со студентом одним, Виктор Бычков его звали...