Продолжение поста «Чёрный мечник»5
Глава 3
Продолжение поста «Чёрный мечник» - Вторая глава.
Ответ на пост «Чёрный мечник» - Первая глава
Лес встретил их тишиной.
Не той тишиной, какая бывает в осеннем лесу, когда птицы уже улетели, а звери затаились перед зимой. Здесь было тихо так, будто сам воздух замер, боясь дышать. Даже шаги по прелой листве звучали глухо, будто земля нехотя принимала чужие следы.
Сергий оглянулся. Город скрылся за первым же поворотом тропы, и теперь со всех сторон были только деревья — старые ели с обвисшими лапами, голые березы, похожие на скелеты, осины, дрожащие последними листьями. Небо сквозь ветви казалось серой тканью, которую кто-то неаккуратно порвал на лоскуты.
— Давно вы охотой промышляете? — спросил Сергий, чтобы нарушить молчание.
— Давно.
— И много... тварей разных встречали?
— Много.
Сергий вздохнул. С этим человеком было трудно разговаривать. Слова из него приходилось вытягивать клещами, а ответы получались короткими, как удары плети. Но летописец в Сергии пересилил страх и обиду.
— А самую страшную какую помните? — не отставал он. — Ну, чтобы до сих пор в памяти стояла?
Мечник остановился. Так резко, что Сергий едва не налетел на него.
— Самую страшную, — повторил охотник, не оборачиваясь. — Я ее еще не встретил. Но чую — близко.
И пошел дальше.
Сергий перекрестился и зашагал следом.
Через час ходьбы лес начал меняться.
Сначала Сергий подумал, что ему мерещится. Деревья стали выше — намного выше, чем те, что росли у города. Их стволы в три обхвата тянулись к небу, а кроны смыкались так плотно, что даже серый свет едва пробивался сквозь них. Воздух сделался холоднее и влажнее, пахло прелью и еще чем-то — сладковатым, приторным, как от перестоявшихся грибов.
— Здесь не рубят, — сказал мечник, будто прочитав его мысли. — Вековой лес. Никто не приходит.
— А почему?
— Боятся.
Тропа, по которой они шли, давно исчезла. Мечник двигался уверенно, будто видел дорогу в этой тьме, а Сергий просто старался не отставать. Несколько раз ему казалось, что между стволами мелькает что-то — тень, или зверь, или просто игра света. Но когда он поворачивал голову, там никого не было.
— Отче, — неожиданно спросил мечник. — Ты в чудеса веришь?
Сергий опешил. За весь день охотник впервые обратился к нему сам.
— В чудеса? — переспросил он. — Как не верить? Господь наш Иисус Христос воду в вино превратил, слепых исцелил, мертвых воскресил...
— Я не про те чудеса. Я про другие. Про те, что от Бога не идут.
Сергий замолчал. Он понял, о чем речь.
— Всякое чудо — от Бога, — сказал он осторожно. — А если не от Бога — то не чудо, а бесовское наваждение. С ним бороться надо.
— А если наваждение сильнее тебя? Если оно как дождь или снег? Тоже бороться?
Мечник обернулся. В полумраке его лица было не разглядеть, только глаза блеснули странно — будто отразили свет, которого не было.
— Тогда, — ответил Сергий, — тогда надо понять. Понять и записать. Чтобы другие знали.
— Другим это не нужно, — мечник отвернулся. — Другим нужно, чтобы корова доилась и баба рожала. А то, что под землей шевелится... им лучше не знать.
— А вы? — Сергий вдруг осмелел. — Вы знаете. И живете с этим.
— Я не живу. Я существую.
И снова пошел вперед, оставляя Сергия наедине с его мыслями и страхами.
К вечеру они вышли к поляне.
Сергий сначала обрадовался — после лесного полумрака открытое пространство показалось спасением. Но радость длилась недолго.
Поляна была мертвой.
Трава здесь не росла — только серая плесень покрывала землю пятнами, будто лишайник на больной коже. В центре поляны торчал огромный валун, серый, с рыжими прожилками, и от него во все стороны тянулись глубокие борозды — будто кто-то тащил по земле тяжелые цепи. Или корни. Огромные корни, которые вросли в камень и пытались его утащить под землю.
— Твори Господи волю Свою, — прошептал Сергий и перекрестился.
Мечник подошел к валуну, провел рукой по бороздам.
— Свежие, — сказал он. — Недели две, не больше.
— Что это?
— Следы. Того, что здесь было.
— А что было?
Мечник не ответил. Он обошел валун кругом, остановился с другой стороны и долго смотрел на что-то, чего Сергий не видел.
— Иди сюда, — позвал он. — Только не кричи.
Сергий подошел.
За валуном, в небольшом углублении, лежало то, что когда-то было человеком. Теперь это был мешок с костями, обтянутый серой кожей. Одежда истлела так, что нельзя было разобрать ни цвета, ни покроя. Но лицо...
Лицо сохранилось. И смотрело прямо на них.
— Господи Иисусе... — выдохнул Сергий и отшатнулся.
Глаза мертвеца были открыты. И в них застыл такой ужас, какого Сергий не видел никогда — даже на образах Страшного суда. Рот распахнут в беззвучном крике, щеки ввалились, но главное — кожа на лбу была стерта до кости, и на белой кости кто-то выжег знак.
Мечник присел на корточки, разглядывая знак.
— Что это? — Сергий заглянул ему за спину. — Какой-то символ?
Мечник молча сдвинул ворот плаща, обнажая затылок. — Сравни.
Сергий взглянул на черное пятно на шее охотника, потом на выжженную кость на лбу мертвеца. — Они одинаковые...
— Похожи. Но не одинаковы, — Мечник провел пальцем по лбу мертвеца. — Мне жгли здесь, — он ткнул себя в шею, — чтобы связать с силой. Чтобы я был её проводником. А ему... — он поворошил обугленную плоть на лбу, — ему выжгли печать. Чтобы отметить жертву.
— Зачем?
— Чтобы я увидел. — Мечник встал, вытер руки о плащ. — Они знают, что я приду. Они оставили его здесь специально. Это послание: «Твой черед следующий».
Сергий похолодел. — Кто они?
— Те, кто сделал меня таким. И теперь они решили, что я слишком долго жил.
— Отец Никодим, — прошептал Сергий. — Это он. Старец, про которого я тебе читал. Господи, упокой душу раба Твоего...
— Не упокоится, — мечник присел на корточки, разглядывая знак. — Пока тот, кто это сделал, жив — не упокоится. Видишь? — он указал на грудь мертвеца. — Сердце вырезано. Аккуратно так, будто ножом. Жертва.
— Кому?
— Тому, кто под землей.
Мечник встал, вытер руки о плащ.
— Хоронить некогда. Да и не надо — земля здесь не примет. Пойдем дальше.
— Куда? — Сергий все еще не мог отвести взгляд от мертвых глаз.
— Туда, откуда он пришел. Или откуда его принесли. Следы должны быть.
— А ночь? Ночь скоро. В лесу ночью...
— В лесу ночью то же, что и днем. Только виднее, кто тут хозяин.
И мечник решительно направился в противоположный от валуна край поляны, туда, где деревья расступались, открывая узкий проход.
Сергий перекрестился еще раз, прочитал краткую молитву за упокой и, стараясь не смотреть на страшную находку, пошел следом.
Ночь настигла их в распадке между двумя холмами, где протекал ручей — узкий, мелкий, но с удивительно чистой водой. Мечник выбрал это место не случайно: с трех сторон склоны, с четвертой — ручей, значит, подойти незаметно трудно. Костер разжег маленький, почти без дыма, и велел Сергию сидеть тихо и не высовываться.
— А вы? — спросил Сергий, когда охотник собрался уходить в темноту.
— Осмотрюсь. Если услышишь шум — не выходи. Что бы ни случилось.
— Но...
— Сказал — не выходи.
И исчез между деревьями так бесшумно, будто его и не было.
Сергий остался один.
Костер потрескивал, отбрасывая пляшущие тени на склоны оврага. Вода в ручье журчала однообразно, убаюкивающе. Где-то далеко ухнула сова. Обычные ночные звуки. Нормальные. Такие, как везде.
Но Сергий не мог отделаться от чувства, что за ним наблюдают.
Он оглядывался, вглядывался в темноту, но видел только стволы деревьев да редкие звезды, проглядывающие сквозь тучи. Никого. Ничего.
Тогда он достал из котомки маленькую тетрадку — свою, личную, не монастырскую летопись — и походную чернильницу со стилусом. Писать при свете костра было трудно, но он привык.
В лето 7055, месяца ноября в 8 день. Ушли мы с охотником в лес, что за Черноградом. Нашли тело отца Никодима, убитого неведомо как, со знаком на лбу. Охотник говорит — жертва. Кому? Тому, кто под землей. Он знает больше, чем говорит. Но молчит. Я записываю, что вижу. Ибо если не я, то кто?
Он спрятал тетрадку, когда ветки хрустнули совсем рядом. Рука метнулась к топору, но из темноты вышел мечник.
— Спи, — сказал он. — Я покараулю. Завтра тяжелый день.
— А вы? — спросил Сергий. — Вам тоже отдыхать надо.
— Я отдохну, когда дело сделаю. Спи, отче.
Сергий хотел возразить, но усталость взяла свое. Он завернулся в рясу, подложил под голову котомку и закрыл глаза.
Проснулся он от холода.
Костер почти погас, только угли тлели в золе. Мечника рядом не было. Сергий сел, огляделся — и замер.
На противоположном склоне оврага, среди деревьев, стояла девка.
Молодая, в белом платье, босая. Волосы светлые распущены по плечам. Стояла и смотрела прямо на него.
Сергий протер глаза. Девка не исчезла. Она улыбнулась и поманила пальцем.
— Эй... — позвал Сергий хрипло. — Эй, ты кто? Заблудилась?
Девка не ответила. Только поманила снова и шагнула ближе к ручью.
— Стой! — Сергий вскочил, забыв про страх. — Стой, там вода холодная, простудишься!
Он сделал шаг к ручью — и в этот момент чья-то рука мертвой хваткой сжала его плечо, останавливая.
— Не ходи, — голос мечника. — Это не девка.
Сергий рванулся, но хватка была железной.
— Пусти! Там же человек!
— Там не человек. Смотри.
Мечник поднял с земли головешку, раздул угли и швырнул горящую ветку через ручей.
Ветка упала рядом с девкой. И в свете пламени Сергий увидел.
У девки не было лица.
Точнее, лицо было, но не живое. Оно походило на маску, натянутую на пустоту. Глаза — две черные дыры. Рот — провал. И под платьем, которое колыхалось на несуществующем ветру, ничего не было. Только тьма.
Девка зашипела — не по-человечески, звериным шипением — и отшатнулась в темноту. Ветка погасла.
— Что это? — прошептал Сергий, чувствуя, как кровь отливает от лица.
— Навья, — мечник отпустил его плечо. — Дух умершей, которую не отпели. Или которую убили неправильно. Их здесь много. Они манят путников в болота, в овраги, в звериные норы. Ты бы пошел.
— Я... я думал, она живая...
— Затем и манят. — Мечник подошел к костру, подбросил веток, раздул пламя.
Сергий сел, обхватил плечи руками. Его трясло, хотя от костра уже шло тепло.
— Господи... Господи, прости меня, грешного... Я же поверил... Я же хотел спасти...
— Ты человек, — мечник говорил будто сам с собой. — Люди верят глазам. Потому и гибнут. В этом лесу глазам верить нельзя. Ни глазам, ни ушам. Только чутью. И вере. — Он помолчал. — Твоя вера тебя и спасла.
— Как? — не понял Сергий.
— Ты перекрестился, когда встал? Утром, после сна?
— Да... всегда крещусь, когда просыпаюсь...
— Вот. Поэтому она не смогла подойти близко. Твой крест ее жег. Ей пришлось манить издалека. А если бы ты подошел к воде...
Мечник не договорил, но Сергий и так понял.
Они сидели у костра до рассвета. Сергий молился шепотом, перебирая четки. Мечник молчал, глядя в огонь, и только под утро, когда небо начало светлеть, сказал:
— Запомни эту ночь, отче. Такие будут не последними. И чем дальше мы уйдем, тем страшнее станут.
— Я запомню, — ответил Сергий. — И запишу.
— Записывай. Может, и пригодится кому.
Утром они двинулись дальше.
Сергий чувствовал себя разбитым — ночь беспокойного сна давала о себе знать, но жаловаться было стыдно. Мечник шагал так же ровно, как вчера, будто и не бодрствовал всю ночь. Только под глазами залегли тени, да скулы заострились сильнее.
Лес вокруг становился все гуще, все темнее. Исчезли березы и осины — остались только ели да сосны, огромные, в два-три обхвата. Под ногами хлюпал мох — зеленый, бурый, даже какой-то красноватый, как запекшаяся кровь.
— Тут никогда не бывает солнца, — сказал Сергий, глядя вверх, где вместо неба была сплошная хвоя.
— Бывает. Но редко.
Они шли молча. Сергий думал о ночной навье, об отце Никодиме с его выжженным знаком, о том, что ждет их впереди. Мечник думал о своем, и лучше было не спрашивать о чем.
К полудню они вышли к болоту.
Оно лежало перед ними — огромное, насколько хватало глаз, покрытое ряской и редкими кочками. Над ним висел туман, густой, желтоватый, с запахом гнили. Торчали иссохшие деревья, похожие на скелеты, и что-то тяжело и редко плескалось в глубине.
— Дальше пути нет, — сказал Сергий. — Надо обходить.
— Нет, — мечник смотрел на болото не отрываясь. — Здесь.
— Что — здесь?
— Вход. Туда, под землю.
Он указал рукой. Сергий присмотрелся и увидел: в центре болота, там, где туман был гуще всего, из воды торчали верхушки огромных камней. Они стояли кругом, будто остатки древнего строения.
— Это же капище, — прошептал Сергий. — Языческое капище.
— Было. Теперь это гнездо.
— Чье?
Мечник повернулся к нему. В глазах охотника Сергий впервые увидел то, чего не замечал раньше — страх. Глубокий, древний, спрятанный на самом дне.
— Помнишь, ты спрашивал, что под землей? — тихо сказал мечник. — Сейчас увидишь.
Он снял с плеча меч, проверил, легко ли выходит из ножен. Потом посмотрел на Сергия.
— Дальше я пойду один. Ты жди здесь. Если до заката не вернусь — уходи. Бегом, не оглядываясь. Расскажешь в монастыре все, что видел. Пусть знают.
— Я с вами, — Сергий шагнул вперед, перекрывая путь к воде. — Писание гласит: не оставляй ближнего в беде. Если ты скончаешься там, во тьме, без покаяния… душа твоя погибнет. Я должен быть рядом, чтобы отчитать.
— Мне не нужно покаяние, отче. Мне нужно, чтобы кто-то рассказал людям, что здесь происходит.
— Это не тебе решать, а мне! — голос Сергия дрогнул, но он не отступил. — Я монах. Моя доля, стоять до конца. Если ты умрешь один, на мне будет грех попустительства.
Мечник посмотрел на него долго, потом тяжело вздохнул:
— Тогда слушай мою волю как приказ. Твой грех — остаться живым. Твой подвиг — не сгинуть здесь зря. Молись за мою душу здесь, на берегу. Там, внизу, твои молитвы не услышат.
Сергий хотел возразить, но мечник уже шагнул в болото.
Вода зашипела, коснувшись его сапог. Мечник скрипнул зубами, схватившись за затылок. Клеймо пульсировало жаром, выжигая путь. Вода перед ним расступилась. Не как в сказке, не до дна, но ровно настолько, чтобы можно было идти, не проваливаясь по пояс. Ряска сворачивалась, открывая черную торфяную жижу, и в ней виднелись ступени — грубо вытесанные из камня, уходящие вниз, прямо в толщу болота.
— Господи, спаси и сохрани... — прошептал Сергий и перекрестился.
Мечник сделал шаг, второй, третий. Вода позади него смыкалась, скрывая путь.
— Постойте! — крикнул Сергий. — Как вас хоть звать-то? Не все ж охотником кликать!
— Мечник... — голос его прозвучал глухо, будто из-под земли.
Мечник остановился, не оборачиваясь. — Имя это крюк, отче. Кто знает имя, тот может вытащить. А там, внизу, много тех, кто хочет дернуть меня чтобы убить.
— Но я должен знать! Для летописи!
— Для летописи, Мечник, у таких как я нет мирских имён. А для души... — он помолчал. — Если не вернусь, пусть умрёт вместе со мной.
Он едва договорил и шагнул вниз, в черноту, и исчез.
Сергий остался один на краю болота.
Туман сгущался. Из глубины, из-под земли, донесся глухой удар — тук. Потом еще один — тук. Потом еще.
Будто огромное сердце билось там, внизу.
Сергий сел на кочку, достал тетрадку и начал писать. Рука дрожала, но буквы ложились ровно, как учили в монастырской школе.
В лето 7055 ноября в 9 день. Пришли мы с охотником что Мечником прозывается к болоту, где древнее капище. И ушел он вниз, под землю, а мне велел ждать и записывать. И слышу я, как земля дышит. И стучит сердце под землей. И страшно мне, Господи, как никогда в жизни не было страшно. Но я останусь. Я дождусь. Я запишу все до конца. Ибо на то воля Твоя, или испытание, или...
Он не дописал.
Потому что из болота, из того самого места, куда ушел Мечник, донесся крик.
Короткий, страшный, обрывающийся.
А потом тишина.
И сердце под землей забилось чаще. Громче. Будто проснулось.
Книжная лига
31.3K постов83.2K подписчика
Правила сообщества
Мы не тоталитаристы, здесь всегда рады новым людям и обсуждениям, где соблюдаются нормы приличия и взаимоуважения.
ВАЖНЫЕ ПРАВИЛА
При создании поста обязательно ставьте следующие теги:
«Ищу книгу» — если хотите найти информацию об интересующей вас книге. Если вы нашли желаемую книгу, пропишите в названии поста [Найдено], а в самом посте укажите ссылку на комментарий с ответом или укажите название книги. Это будет полезно и интересно тем, кого также заинтересовала книга;
«Посоветуйте книгу» — пикабушники с удовольствием порекомендуют вам отличные произведения известных и не очень писателей;
«Самиздат» — на ваш страх и риск можете выложить свою книгу или рассказ, но не пробы пера, а законченные произведения. Для конкретной критики советуем лучше публиковаться в тематическом сообществе «Авторские истории».
Частое несоблюдение правил может в завлечь вас в игнор-лист сообщества, будьте осторожны.
ВНИМАНИЕ. Раздача и публикация ссылок на скачивание книг запрещены по требованию Роскомнадзора.