«Оставайтесь дома». Глава четвертая
«Оставайтесь дома». Глава четвертая. Робкая искорка гребаной надежды. © Гектор Шульц
Такое себе удовольствие сидеть в четырех стенах, не имея возможности выбраться на волю, пока за дверями безумствует орда зараженных. И если мы с Фунтиком еще какое-то время вздрагивали, когда в металлические ворота гаража, в котором мы засели, кто-то врезался, то странная парочка, казалось, не обращала на это внимания.
Роман устроился в грязном кресле времен Брежнева и дремал, нахмурив лоб. Асисяй сидела на столе, болтала ногами и с лукавой улыбкой посматривала на Фунтика. Тот иногда нервно улыбался в ответ, потом переводил умоляющий взгляд на меня и тяжко вздыхал, надеясь вывести карликовую девицу из себя и перестать пялиться.
Я же нашла крепкий ящик и, поставив его под маленьким зарешеченным окошком, принялась наблюдать за тем, что творилось снаружи. Впрочем, в этом нужды не было. Орда все еще ошивалась поблизости и, как говорил Фунтик, впала в привычное им состояние покоя, если свежего мяса на горизонте не наблюдалось. Поэтому я, вздохнув, заткнула окошко грязной тряпкой и, спустившись с ящика, подсела к Фунтику, который облокотился на мое плечо и, открыв рюкзак, вытащил из него две толстые банки «Кильки в томате».
Консервный нож нашелся на столе и вскоре банки были вскрыты, а наши животы издали голодную трель. И не только наши. Посмотрев на кресло, я увидела, что Роман давно уже не спит, а голодными глазами смотрит в нашу сторону. Да и Асисяй перестала лыбиться и теперь задумчиво следила за нашими действиями.
- Так и будете корчить из себя потерянную невинность или присоединитесь к скромному столу? – тихо буркнула я, расстилая на полу газету и выкладывая из рюкзака еще провизии. – Еды немного, но подкрепиться хватит. Фунтик, каждому по куску хлеба.
- Ага, - давясь слюной, ответил тот. Адреналин, как обычно, уступил место жуткому голоду, и мы сейчас были готовы сожрать что угодно.
- Вы с нами поделитесь? – спросил бритоголовый, словно думая, что я над ним насмехаюсь. – Просто так?
- А чего бы и нет, - пожала я плечами. – Хотя твой брат нас с Фунтиком в детстве знатно погонял, но, как говорится, «кто обиду затаил, тот просто конченный дебил». Хватит слюни глотать. Подсаживайтесь. Асисяй… или как там тебя… тебе особое приглашение нужно?
- Не-а, - улыбнулась та. – Мне что? Есть еда – хорошо. Нет еды – тоже хорошо. Похудею.
- Спасибо, - кивнул Роман, подсаживаясь и беря в руки кусочек хлеба. Он зачерпнул немного консервов и, намазав все на хлеб, с блаженством запихал кусок себе в рот, после чего расплылся в блаженной улыбке. Мы с Фунтиком снова переглянулись.
- Вы сколько не ели?
- Дня два-три, наверное, - ответил бритоголовый с набитым ртом. – Вы не единственные выжившие, кого мы обнаружили. Но те… те, короче, делиться не захотели.
- Отобрали наши запасы, - добавила Асисяй, высунув язык. – Хладные пидоры…
- Почему «хладные»? – переспросил Фунтик.
- А мы на них орду навели, - рассмеялась карлица. Я поперхнулась своим куском и, вытаращив глаза, уставилась на неё. Асисяй вздохнула и покачала головой. – Да, шучу я, ебанушечка ты моя. Но то, что еду у нас отобрали, эт правда. Ромка попытался из них говно выбить, а они чуть из него не выбили.
- Ничего не выбили. У них оружие было, - мрачно ответил тот. – Ешь, давай. Лилипутка.
- Я тебя тож люблю, - осклабилась та, но приглашение приняла и, вооружившись вилкой, принялась выуживать из банки кильку, напевая себе под нос очередную странную песню: - «Таня плюс Володя» мелок выводит. Сердце со стрелою лучше всяких слов…
- Она всегда такая? – спросила я Романа, когда Асисяй, намазав на свой хлеб кильки, принялась корчить Фунтику рожи.
- Как я её встретил, - усмехнулся тот и, с хрустом потянувшись, взглянул на меня. – Знаю, странно. Я и какая-то карликовая чурка…
- Чурка? – удивился Фунтик, на что Асисяй, незаметно переместившаяся к нему, буквально пропела моему товарищу в ухо ответ.
- Конечно, сладенькие щечки. «Асисяй» - это погоняло. Ты реально думал, что меня Асисяй зовут, тучный мой пропердолька? – я, не выдержав, рассмеялась, а чуть погодя ко мне присоединился и Роман. Асисяй это не смутило и она, с невероятной грацией, откусив от своего хлеба кусок, запечатлела на щеке Фунтика томатный поцелуй. – Меня Ася зовут. Но так меня только родители называли. А весь Питер зовет меня Асисяй. Вы тоже зовите. Ну или Ася на крайний случай.
- Ты из Питера? – спросила я. – А что в Москве забыла?
- А мы в Москве? – вытаращила глазенки девушка. – Во, бля, чудо-грибы как вставили. А может, это водка была. Или вино. Или яичница. Я-то думаю, места какие-то странные, солнце светит…
- Она забудет об этом через пару часов, - хмыкнул Роман, наклоняясь ко мне. – Я её в Люблино нашел. Зашел в магазин за сигаретами, а она там между рядов от тухлого продавца бегает и ржет.
- Панку похуй, где его дом. Даже если это мусорный бак! – авторитетно заявила Асисяй, прижавшись к испуганному Фунтику. – Ути-пути, сладенькие щечки. Сметанный животик…
- Ну, хоть от меня теперь отвяжется, - улыбнулся бритоголовый.
- А ты сам откуда? С Люблино?
- Ага. Утром проснулся, за сигаретами пошел, а тут вон что… - он взмахнул рукой, словно показывая размер бедствия и, поняв, как это глупо выглядит, ухмыльнулся. – Ну а вы?
- Я с Кузьминок. Фунтик с Волжской, - пояснила я. – Сюда за оружием поперлись. Фунтиков дядька – охотник, думали, может найдем тут что-нибудь.
- С оружием туго, - буркнул Роман. – Мы с Асисяем к ментам зашли, а там тухляков тьма ебучая. Еле сбежали.
- Это ты еле сбежал, гитлеролюб, - вставила Асисяй. Роман кивнул и слабо улыбнулся.
- Ну да. Этого гнома даже орда не догонит. Она их отвлекла, пока я укрытие не нашел. Шустрая кроха. Знали бы пацаны, что я с еврейкой-карлицей задружусь…
- Отпиздили б тебя, как сидорову козу, рыгало, - снова встряла Асисяй. Фунтик, сидя рядом с ней, не шевелился и, казалось, тоже впал в ступор. – И анально покарали б.
- Угу. Короче, магазины разграблены. Те, что не разграблены, в тех тухляки сидят. Вот мы и пытаемся найти тот, где есть…
- Бутылка! – заорала Асисяй и тихо добавила. – Шоб на неё сесть…
- Ничего, привыкнете. Я её чуть в первую ночь не убил, - Фунтик вздрогнул и посмотрел на девицу, которая пялилась на него с выражением безразмерного обожания на лице.
- Истинный ариец и слабак, - резюмировала Асисяй, а потом вдруг обратилась ко мне. – Сестренка. А у тебя выпить есть?
- Фунтик, дай своей подружке портвейн, что мы нашли в сторожке, - устало бросила я. Асисяй тихо взвизгнула, когда Фунтик вытащил бутылку и протянул ей.
- Сладенькие щечки, пухленький животик… Я тебя уже люблю, мой нежный котик, - мой товарищ отпрянул, когда безумный гном вдруг засунул ему в ухо свой язык. – Ладно. Ласкам пока подвергать не будем. Тихо, тихо, солнышко. Асисяюшко хорошая, Асисяюшко добрая.
- Мить, я её боюсь, - серьезно ответил Фунтик.
- Ну так отойди от нее, - буркнула я.
- Не могу. У нее знаешь, какие пальцы сильные? – прошептал тот.
- Что делать планируете? – спросил Роман, когда я снова повернулась к нему.
- Не знаю. Вроде где-то на севере Москвы есть лагерь для выживших…
- Ага, я тоже о нем слышал. Но это через всю Москву чесать, - задумчиво бросил он. – Тут рядом есть магазин продуктовый. Мы туда шли, когда на орду напоролись.
- Да, нам тоже припасы нужны, - я зевнула. Усталость накопилась и обрушилась моментально. – Переночуем и двинем…
- Знаешь, я за лишний груз никогда не был… но вы вроде адекватные, - хмыкнул Роман. – Можем вместе двинуться. Э… да ты вообще квелая.
- Устала просто, - пробормотала я. Бритоголовый кивнул и, повернувшись к своей подруге, повысил голос.
- Я первый дежурю.
- Да вот еще, - вскинулся Фунтик. – Я первым дежурю. Вдруг ты ночью дверь откроешь, чтоб нас безумные сожрали, а сам наше добро прикарманишь?
- Ох… он еще и умный, - проворковала Асисяй, прижимаясь к плечу Фунтика. – И смелый… Слышь, ариец поиметый. Ты его не тронь, а то я тебе член откушу, пока ты спишь! Сечешь?
- Ладно, ладно, - усмехнулся он и, вернувшись в кресло, устроился в нем поудобнее. – Разбудите через три часа.
- А я с тобой посижу, малыш. Ты мое сердечко волнуешь, - прошептала Асисяй, снова прижавшись к Фунтику.
- Вижу, - кисло ответил тот, смотря на меня. Я улыбнулась и, закрыв глаза, моментально отрубилась. Мне не снилось ничего, я не слышала ничего, я не думала ни о чем. Была лишь чернильная пропасть, в которой я витала.
Проснулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Открыв глаза, я уставилась на Романа, который одной рукой зажимал мне рот, а второй показал на дверь. Когда я моргнула, он убрал руку и отошел в сторону.
- В окошко особо не видно, но вроде тухляки разошлись, - прошептал он. – Надо валить, пока тихо.
- А если нет? Если мы сейчас щеколду сдвинем, и они на скрип ломанутся? – так же шепотом ответила я. Роман пожал плечами и вздохнул.
- Не попробуем – не узнаем. Я пока остальных разбужу, а ты поищи оружие, за которым приходили.
- Фунтика надо спрашивать. Это же его дядьки гараж, - я хмыкнула, увидев, что Фунтик храпит, лежа на столе, а Асисяй, положив ему голову на грудь, блаженно улыбается.
Первое время после пробуждения Фунтик не осознавал, где находится. Потом не понимал, что мы от него хотим. И окончательно проснулся только после того, как Асисяй лизнула его щеку и ущипнула за ухо.
- Ну я что сделаю? – картинно вздохнула я, переглянувшись с улыбающимся Романом. – Нравишься ты ей. А теперь давай, думай. Где сейф дядьки твоего?
- Очень-очень нравишься, щекастик, - подтвердила Асисяй, не сводя влюбленного взгляда с Фунтика. – Ты же умный, и храбрый, и сисястенький. Я люблю таких.
- Ага, - кивнул Фунтик, потом, нахмурившись, осмотрелся и, увидев, большой металлический ящик, ткнул в него пальцем. – Наверное это.
- Тут кодовый замок. Старый еще, кнопочный, - буркнул Роман, осматривая ящик. – Кнопки не стертые, код не подобрать.
- Попробуй день рождения дяди Кости, - посоветовал Фунтик и получил в ответ яд, облаченный в слова.
- А я в душе не ебу, когда у твоего дяди Кости день рождения, - прошипел Роман. Асисяй тут же спрыгнула и, подойдя к товарищу, двинула того кулачком в бедро. – Ай!
- Не обижай его, а то урою! – угрожающе проскрипела она и, повернувшись к Фунтику, растеклась в улыбке. – Простоквашинка моя, попробуй сам, а?
- А… да, конечно, - Фунтик спрыгнул со стола и, подойдя к ящику, принялся подбирать комбинации. Но день рождения дяди не подошел. Не подошли и стандартные варианты, и диковинные. Мы втроем сгрудились возле ящика, пытаясь угадать, а Асисяй, скучая, принялась напевать свои странные песни вполголоса и шататься по гаражу. Спустя полчаса воз был все там же.
- А если по диагонали? – предложила я. Фунтик покачал головой.
- Не. Пробовали уже.
- А если пылью на кнопки посыпать? – предложил Роман. Мы недоуменно на него посмотрели в ответ. – Ну, кнопки, к которым прикасались чаще жирные, пыль к ним прилипнет.
- А то, что мы полчаса уже тыкаем их, не смущает? – ехидно спросил Фунтик. – Они теперь все жирные.
- Ох, да съебитесь же отсюда, - мы вздрогнули от визгливого голоска, раздавшегося позади. Асисяй распихала нас и, присев на корточки, скорчила рожицу, после чего внимательно посмотрела на кнопки и быстро пробежалась по ним пальцами, сопроводив бибикающими звуками. – Пу-бу-пу-пу-бу-пум.
- Это что вообще произошло? – тихо спросила я, когда замок негромко щелкнул и дверца шкафа приоткрылась. Повернувшись к сияющей крохе, я повторила вопрос. – Как тебе удалось угадать код?
- Волшебная магия мастурбирующих карликов, - пояснила Асисяй и, не выдержав, рассмеялась, после чего показала, зажатую в левой руке пачку папирос «Прима», на которой жирной шариковой ручкой были написаны цифры.
- Я ж говорил, - прыснул в кулак Роман, когда Асисяй задорно улыбнулась. – У гнома в рукаве тьма козырей. Ладно, есть там что в ящике?
- Херь какая-то, - пробормотала я, открыв дверцу и вытаскивая прямоугольную коробку. – Пустая…
- Ну хоть ружье есть, - пожал плечами Фунтик, доставая из недр шкафчика двустволку, потрепанную временем и пьяными руками расплющенного телевизором дяди Кости.
- Не просто ружье, - усмехнулся Роман. – Легенда, ебть. «ИЖ». Пятьдесят восьмой вроде. Не развалится он в руках?
- Без патронов оно бесполезно, - протянул Фунтик. Затем, покопавшись в недрах ящика, вытащил четыре патрона. – И у нас их четыре.
- Можем закончить наше приключение прям сейчас, - хохотнула Асисяй, а когда в её сторону повернулись с удивленными глазами, фыркнула. – Шучу. Ебобо, вообще? Повоюем еще.
- Не густо. За воротами орда в сто человек, а у нас престарелое ружье и четыре патрона, - резюмировала я. Роман, тронув меня за плечо, указал рукой в сторону полки над столом, где спал Фунтик. – О, мыло… заебись. Хоть чистыми будем.
- Это не мыло. Это динамит кустарный. Дядька его, видать, сам делал, - обрадованно воскликнул Фунтик, увидев три неровных куска, внешне похожих на хозяйственное мыло.
- Ага. Или спиздил, где плохо лежало, - согласилась я. – В любом случае, берем. Мало ли, что разнести понадобится. Короче, обыщите гараж. Все, что подойдет, как оружие, в центр складывайте. Разберемся по ходу дела.
- Есть, таа-рищ начальник! – Асисяй отдала честь и, взяв бледного Фунтика за руку, потащила в темный угол. – Пойдем, сладенький. Я там видела тааакую кучу оружия…
После часа, проведенного за разбором многочисленных ящиков и инспектирования темных углов, в центре гаража, на полу, возникла довольно солидная куча, включающая массу интересных вещей.
Среди них обнаружилась престарелая бензопила, от которой мы решили отказаться. Никто не знал, работает она или нет, а шум, производимый ей, наверняка привлечет не одну сотню безумных. Две сломанных кирки, один топор, который сразу же забрал себе Роман. Пять дисков от циркулярки, три тяжелых металлических прута, грабли, тяпку и отполированную саперную лопатку, острую, как бритва. Лопатку забрала себе Асисяй и долго любовалась на свое искаженное отражение в металле.
- Не густо, - пробормотала я, осматривая кучу. Отцовский топорик я менять на что-то другое не хотела, поэтому он остался при мне.
- Шутишь, дорогуша? – спросила Асисяй. – Шикарный лут!
- Гном прав, - кивнул Роман. – Сейчас и такого хер найдешь. От тухляков самое то отбиваться.
- А у меня ничего нет… - прошептал Фунтик, растерянно осматривая кучу металлолома.
- Глупышкин мой, - Асисяй прижалась к нему и трогательно взяла за руку. – У тебя есть я!
- Даже не знаю, что пугает больше, - ответил мой синеволосый товарищ. Вздохнув, он вытащил из кучи тяпку и, пару раз взмахнув ей, кивнул. – Сгодится на первое время. Но я тогда и ружье понесу.
- Ага. И будем тебя потом от стены соскребывать, если ты выстрелить из него надумаешь, - фыркнул Роман, но увидев под носом кулачок влюбленной в Фунтика крохи, махнул рукой. – Ладно, бери, что хочешь, пухлый. Но учти, я за тебя нести ничего не буду. Кроме ружья, конечно.
- Не дождешься, - скривился Фунтик, вызвав очередную волну томных восклицаний. Асисяй по-прежнему смотрела на него с небывалым обожанием.
- Ну и славно. Экипируемся и в путь, - поставила я точку в спорах и, забрав из кучи более-менее нормальный охотничий нож, улыбнулась.
Однако выходить на улицу никто не торопился. Мы встали у дверей с каменными мордами и сосредоточенно смотрели на металлический засов – единственное, что стояло между нами и шляющейся за порогом ордой зараженных. Молчали все, кроме Асисяя. Кроха мурлыкала себе под нос очередную шизофреничную песенку из двухтысячных и периодически пощипывала Фунтика за бок, а когда тот косился на неё, мило улыбалась и вздыхала.
- Асисяй, тебе вообще не страшно? – тихо спросила я. Кроха пожала плечами, улыбнулась и покачала головой.
- Нет, сестричка. Ни капельки.
- Но почему? Нас могут сожрать в любой момент. В любой момент орда может снести эти ворота и размазать нас по стенам?
- Солнце, я три «Нашествия» пережила, - устало пояснила Асисяй, подойдя ко мне и, встав на цыпочки, положила крохотную ручку мне на плечо. – За мной две ночи подряд десять пьяных говнарей гонялись и орали попутно, что «тот, кто выебет Лепрекона в жопу, получит горшочек с золотом». Так что эти зомби мне вообще до пизды.
- Ага. Только зомби тебя в зад драть не будут, - пискнул Фунтик. – Сожрут без соли и не крякнут.
- Все мы когда-нибудь умрем, зефиринка моя, - промурлыкала Асисяй. – И если загонятся насчет этого, то враз с ума сойдешь. Лучше прожить жизнь так, чтобы перед порогом потом стыдно не было. Так мы идем или еще немного попугаемся?
- Идем, - кивнула я и, вздохнув, осторожно потянула на себя щеколду. Дверь с тихим скрипом, показавшимся нам невероятно громким, открылась.
Я выглянула первая и, не найдя ни одного безумного, выдохнула. Затем, махнув рукой остальным, вышла на улицу и вдохнула полной грудью прохладный утренний воздух. Солнце только-только показалось на горизонте и воздух еще согреться не успел, что взбодрило наши измученные тела и влило в них капельку сил.
Асисяй, по договоренности, вновь залезла на крышу гаража, чтобы осмотреть окрестности, а мы медленно двинулись к выходу из второй секции. Сейчас надо было восполнить припасы и только потом думать, что делать дальше.
По пути к магазину, о котором говорил Роман, мы нашли круглосуточную закусочную. Но из продуктов там нашлись только пирожки, начавшие пованивать, и пустые кеги из-под пива. Зато орешков и сухой рыбы было вдосталь, да и весило все это немного, поэтому каждый набил себе карманы под завязку. Асисяй и вовсе сразу раздербанила одну пачку и, сунув сушеный рыбий хвостик себе в рот, умчалась вперед. Маленькая, быстрая и тихая, она идеально подходила на роль разведчика. Но стоило нам выйти на главную дорогу, рядом с которой находился спуск в метро, мы увидели вдалеке еще одну орду. Та, которую мы видели ранее, была мелочью. Каплей воды в ебаном океане…
- Вы это видите, блядь? – прошептал Роман, когда мы спрятались за покореженной «Тойотой».
- Видим, видим, - кивнула я, рассматривая огромную толпу, плещущуюся вдалеке, где на горизонте горело яркое слово «Москва». Толпа заполняла собой дорогу и все видимое пространство. – Там минимум тысячи три безумных. Откуда их тут столько?
- Рынок «Москва» же, - махнул рукой Роман. – Если туда попал один зараженный, то делов-то.
- Китайских зомби нам только не хватало, - буркнул Фунтик, содрогнувшийся от мысли, что снова придется куда-то бежать и где-то прятаться. – Не привлекайте их внимание.
- Ты ж мой плюшевый стратег! – вновь восхитилась Асисяй, прижавшись к мясистому плечу Фунтика. Тот нервно улыбнулся в ответ.
- Они далеко. Нужно вести себя очень шумно, чтобы они услышали, - ответила я. А потом вздрогнула, когда услышала чей-то рев и звуки ударов. – А это что еще за ебань?
Через дорогу от нас располагалась церковь. Небольшая, обшитая пластиковыми панелями и непохожая на кирпичную громадину, которых полно в центре Москвы. Но наше внимание привлек странный мужик в черном, размахивающий чем-то с безумной скоростью, и троица зараженных, пытающихся его достать.
Переглянувшись, мы быстро перебежали дорогу и, спрятавшись за брошенной машиной для мойки дорог, принялись наблюдать за странной битвой во дворе церквушки.
- Изыдите, каннибалы клятые! – ревел мужик, размахивая огромным молотом. Описав широкий полукруг молот вдруг соприкоснулся с головой одного из зараженных. Голова карающего прикосновения не выдержала и, лопнув, забрызгала дворик детской площадки рядом с церковью и оставшихся двух нападающих.
- Мощно он экзорцизмы проводит, - восхищенно прошептал Фунтик, жадно смотря за действиями крепкого мужика.
- Погодь, это поп? – спросил Роман.
- Ага. Походу поп, - подтвердила я.
- Брутальный так-то поп, - вставила свои пять копеек Асисяй. Она хихикнула, когда мужчина снес голову второму, а третий, растерявшись, замешкался на минуту и тоже был повален на землю, где жесточайшим образом убит огромным молотом. – «По ком звонит колокол», чувак.
- Может, ну его нахер? – спросил Фунтик, когда мужчина залился радостным смехом и, закинув молот на плечо, уселся на лавочку рядом со зданием. – Безумный какой-то.
- По крайней мере, он – живой. Как мы, - ответил Роман.
- Эй, дяденька! – я покинула укрытие и медленно пошла ко входу во двор церкви. Мужчина, увидев меня, тут же вскочил с лавочки и направился в мою сторону, волоча свой чудовищный молот по земле. – Не, не! Мы нормальные. Живые, в смысле. Мясо не едим. Только курячье.
- Ходют тут всякие, - мужчина подошел ко мне, поморщился, осмотрев с ног до головы, и перевел безумный взгляд на моих товарищей. Его брови поползли наверх, когда он увидел Асисяя, и мужчина, не сдержавшись, осенил себя размашистым крестом. – Чудные вы отроки. Страшные, аки бесы. Но вроде свои, родные что ли. Ладно. Дом открыт для каждого, кто душу свою спасти желает. Кто я такой, чтобы противиться этому…
- Не нравится мне этот мужик, - буркнул Фунтик. Он вздохнул, когда Асисяй, взяв его за руку, потащила за собой. – Иду, иду. Но он мне все равно не нравится.
- Главное, что ты мне нравишься, сладенькие щечки, - промурлыкала кроха, заставив Романа вновь улыбнуться. – Пусть только попробуют тебе бо-бо сделать. Сразу ка-ка им на голову обрушу…
- Не свезло пухлому, - буркнул бритоголовый и, вытащив топор, направился вслед за нами.
Внутри церкви было тихо и пахло святостью. Я церкви особо не жаловала, Фунтик тоже побаивался в них заходить. Особенно после случая призыва одного из Маркизов Ада, из-за которого ему пришлось покрасить себе волосы. Поэтому мы настороженно следовали за бормочущим мужчиной и не забывали смотреть по сторонам. Но, судя по всему, в церкви кроме нас и странного дядьки никого больше не было.
Он уселся на скамью, положил рядом молот и, хитро прищурившись, посмотрел на нас. Мы ответили ему той же монетой, только Асисяй, до этого хихикавшая и корчившая всем рожи, почему-то надела маску преувеличенной серьезности и внимательно следила за каждым движением странного мужика.
- Откуда и куда бредете, отроки? – спросил он рокочущим басом, когда молчанию надоело висеть над нашими головами и оно стало неловким.
- С разных концов Москвы, а идем, наверное, на север, - буркнула я. Мужчина мне тоже почему-то не нравился.
- А! Так вы в энтот… как его… лагерь выживших идете? – уточнил он. Все, кроме крохи, кивнули. Та, по-прежнему, не сводила с него черных, блестящих глаз.
- Значит, это не вранье? – спросил Роман. Мужчина потянулся до хруста и покачал головой.
- Нет, отрок, не вранье. На северо-западе Москвы лагерь действительно есть, только от лукавого он. Там на людей ярлыки вешают с числом Зверя, служить заставляют…
- Ага. Это работа называется, - встрял Фунтик. Мужчина зло на него посмотрел, но тон его голоса не поменялся. – Хочешь есть и быть защищенным? Работай на благо общества. Старая песня.
- Истинно так и есть, синевласый отрок.
- А ты чего не в лагере, человече? – спросила Асисяй, прижавшись щекой к плечу Фунтика. Мужчина скривился, будто ему в лицо плюнули и, справившись с эмоциями, нехотя пояснил.
- Мой дом здесь, дьяволица.
- Чёй-та дьяволица? – проскрипела кроха.
- Вижу, что не наших ты кровей. Гнутая диаволом, глаза чернющщие и злыя.
- И пезда прогорклая и чернющщая! – прошипела Асисяй, буравя мужика черными глазенками. Роман и я, не сдержавшись, рассмеялись.
- Слушайте, - улыбаясь, перебила я кроху. – Мы не ищем проблем. Нам бы водой разжиться и едой. Да уйдем. Тут рядом орда зараженных кучкуется и если они все сюда нагрянут, то мы хотели бы быть от этого места, как можно дальше.
- Пойду посмотрю, что есть в кладовой, - буркнул мужчина. При этом его глазки как-то странно блеснули, а губы тронула ехидная улыбка. – Вы тут сидите и ничего не трогайте.
- Куда уж нам… - пропела Асисяй. – Ёбла мигом обуглятся…
- Стремный он какой-то, - громко сказала она, когда мужчина исчез в глубинах церкви. Я пожала плечами.
- Ну, нам много не надо. Главное, что лагерь реально есть, и там нам могут помочь. Сейчас припасами разживемся и двинем на поиски машины. Задолбалась я пешком шляться, - ответила я.
- А вдруг лагерь… ну, того… - высказал предположение Фунтик.
- Наверняка другие есть. Вряд ли только один лагерь эвакуации на всю Москву… - Роман не договорил. Слова застряли в горле, когда воздух зазвенел от колокольного звона. Мощный, ухающий звук заставил сердце сжаться в страхе и даже глаза крохи округлились от ужаса.
- Пиздец, - резюмировала Асисяй. – Он в колокола звонит!
- Орда… - пискнул Фунтик, побелев, как мел. Роман, сорвавшись с места, взлетел по небольшой лесенке наверх и приник к окну, а затем обернулся и посмотрел на нас безумными глазами.
- Они сюда несутся, други!
- Изыдите, бесы! Изыдите! – вопил откуда-то сверху рокочущий бас сошедшего с ума мужчины. – Все предстанут пред Им. Все получат то, что заслуживают…
До нас донесся вой зараженных. Стекла в окнах слабо позвякивали, а мелькающие в щелях дверей тени говорили о том, что кто-то из них уже во дворе. Через минуту, а то и меньше орда хлынет сюда и нам придет конец.
- Что делать будем? – растерянно спросила я, сжимая отцовский топорик.
И снова пора делать выбор. На этот раз добавим интриги. Варианта будет три:
- Бежать, пока есть возможность.
- Попытаться спрятаться в церкви и подождать, пока орда не уйдет.
- Принять бой.
Помните, выбор вроде бы простой, но на деле – нет. Кто-то из героев может погибнуть или заразиться. Поэтому думайте, представляйте и делайте выбор. Голосование закончится завтра, в 09:00 по Мск, а новая глава появится в понедельник или вторник.