Нетрезвая повесть.⁠⁠

- Представляешь, она ругается, когда я прихожу поздно… Ругается, когда видит меня с другими кошками… Ей не нравится, как я ем, разбрызгивая молоко вокруг миски… - жаловался взлохмаченный, непотребного вида кот. – Ее раздражает даже то, как я умываюсь…
«Боже мой, неужели я разговариваю с животными?» - думал я. «До какой степени деградировал мой рассудок, если мне слышится такое?!»
-Она даже не понимает, что я люблю ее… Несмотря на все ее морщинки, несмотря на ее сварливый характер… - продолжал кот. Облизнув губы, он тяжело вздохнул, перекатил клубок нитей от одной лапы к другой и с укором посмотрел на меня. –Тебе не понять. Ты никогда не любил и не сталкивался с таким черствым отношением к себе. Чего молчишь?
«Действительно. Бред какой-то.» Рот кота двигался в такт словам, и я вместо мяуканья слышал нормальную человеческую речь. «Может, это сон? Ну конечно же сон! Животные не умеют разговаривать.»
- Скучный ты… я тебе тут душу свою излагаю, а ты молчишь… - обиженный моей неучтивостью, кот встал, гордо поднял хвост, и направился в сторону двери. Возле порога он обернулся, и, не сдерживая ехидства в голосе, буркнул – И с этим человеком мне приходится жить!, - затем, громко мяукнув, грациозно ускакал на кухню, оставив меня в полном недоумении.
"Восхитительный сон. Меня обвиняет собственный кот. А я даже не заводил домашних животных. Что за шутки подсознания. Тьфу." Я помотал головой, опустил на пол ноги, нащупал тапочки, мокрые ввиду обиды кота, и босиком направился в ванную. С кухни раздавались звуки копошащегося в холодильнике животного, неизвестно каким образом открывшего металлический сейф еды, но я, ничему не удивляясь, продолжил свой поход. "Ну что ж, подыграем моему больному рассудку".
Спустя двадцать минут, включающих в себя и нежное томное чувство, когда горячая вода стирает все тревожные мысли, и привычку на автомате чистить зубы, хмуро глядя в запотевшее зеркало, я решил пройти на кухню приготовить себе завтрак. Сон сном, а обед по расписанию, как говорится... На кухне, как оказалось, меня уже поджидали.
- Жрать пришел? Иди отсюда, на работу опоздаешь... - из угла кухни на меня кричало нечто, похожее на взлохмаченную сову. Впоследствии я понял, что это голубь, причем поистине огромных размеров. Сидел он не в клетке, а прямо на конфорке древней, советской плиты. "Странно, вроде плиту-то я менял" - на автомате отмечаю я, не удивившись голубю.
- Он сегодня не в духе,- мурчит кот, вылизывая из стакана дурно пахнущее пойло.
- Да он постоянно не в духе! - начинает вопить голубь, взлетает с конфорки и кружит возле меня, так и норовя клюнуть. - Бездельник! Тунеядец!
- Кыш, - ленивым взмахом я отправляю голубя на пол, открываю холодильник и упираюсь взглядом в повесившуюся мышь. Нет, холодильник полон разнообразных яств, включая бутылку без этикетки с темно-синей жидкостью, которую, видимо, и лакает кот. Но посреди всей этой снеди, в прямом смысле слова на тонкой капроновой нити висит мышь. Увидев меня, она подмигнула, и, ловко извернувшись, перекусила нить, убежала, спрятавшись за арбуз.
- Восхитительно. Кот на кухне приводит себя в нетрезвое состояние и упрекает меня в угрюмости, а в холодильнике со мной флиртует мышь. - говорю я вслух.
- Зато ты уверен, что спишь и не опаздываешь на работу. - произносит голубь. - И, кстати, я не он, а она. Тоже мне, зоолог. - и гордо так, знаете, цокает коготками по паркету.
Пожевывая бутерброд, сочетающий в себе кусочки колбасы со следами маленьких зубов и черного, подозрительно пахнущего, хлеба, я наблюдал за котом. Тот, в свою очередь периодически поглядывая на меня, и, как матерый алкоголик, уминал рюмку за рюмкой. Милое, знаете ли, зрелище, смотреть, как мохнатой лапкой он опрокидывал в себя стопочку, нахмуриваясь и фыркая.
- Ну что, хозяин, смотришь?
- Ни разу в жизни не видел кота-пьянчугу.
- Будто тебя никогда не пилила женщина...- многозначительная пауза, когда зеленые глаза, будто оценивающе, сканировали мое лицо, - хотя да, ты же из этих...
- Из кого из этих? - искренне удивляюсь я.
- Ну из тех самых, боишься заговорить с понравившейся девушкой. И, даже если осмелишься, то начинаешь нести ересь. А, когда встречаешь ту самую, что сама рвется к тебе, то застенчиво отводишь взгляд, не в силах произнести что-либо помимо несвязного бормотания. Застенчивый тип, понимаешь?
"Однако мне попался кот-философ". Я аж чуть бутерброд не выронил.
Вспышки здравомыслия в моей голове на повышенных тонах вопили "ущипни себя, этот сон пройдет". Но, черт возьми, мне нравился этот абсурд.
- С чего такие выводы?,- как ни в чем не бывало, я продолжаю разговор, выхватив из цепких когтей голубя, чашку с чаем. Тот, возмущенный моим поведением, уже собрался высказать нечто нелицеприятное в мой адрес, но был перебит кошачьей породой.
- Да ты вспомни ту девушку в цветочной палатке. Уж каких намеков она только не делала, к каким средствам не прибегла, а ты - ноль внимания.
"Какая девушка... Какие намеки... Да и откуда кот об этом узнал?"
- Да от нее духами "ай лайв ю" тянет на весь район!- продолжает кот, доставший из холодильника бутылку. - Ты вообще кому цветы у нее покупаешь?
- Да никому...- на автомате отвечаю я,- даже не знаю, зачем туда захожу...
А у самого в голове "да что за цветочная палатка? Я последний раз цветы покупал на первое сентября в выпускном классе. Да и то, не я. Так, всучили букет, сказали надо".
- Да что ты ему мозги вправляешь? Конченый тип!- каркает голубь.
"Разве голуби умеют каркать?"
- Жаль мне его. Даже не то, что столько лет без милой, как то, что упускает все шансы в жизни.
Голубь, только сейчас я замечаю ярко зеленые перья в его синей окраске, только фыркает на это, и пытается все-таки клюнуть меня в руку. На этот раз реакция меня подводит, и следующую минуту я провожу в погоне за неуемной птицей, под одобрительное мяуканье мохнатого. На удивление, голубь-попугай оказывается гораздо шустрее меня. Перевернув так некстати поставленную вазу с цветами на полу, я бросаю глупое занятие.
- Вот! Такой букет от поклонницы перевернул!- голосом победителя издевается пернатое, покачиваясь на люстре. - И кому ты только сдался? Вот, помнится, дрючил я одну синичку...
- Что, простите, делал? - голосом учительницы, подкараулившей школьников-курильщиков возле школы, вопрошает кот.
"Поразительно, но птицы способны краснеть!"
- Ну... Потчевал... Молодость...
- Ну-ну.- ухмыляется усатый, опрокидывая еще одну рюмку. Он аж хвостом от удовольствия завилял, как заправский пес. Не выдержал тут я, заржал, как конь, глядя на мнущуюся птицу. Как оказалось, рановато.
- Смешно? У него хоть какая-то личная жизнь складывается,- мурчит кот. Вот только лапой по столу не постукивает.
- Да ну, эту личную жизнь! Как только начинает мне кто-то указывать, я тут же крылом по клюву! И, вжик, улетаю!
- Ты просто еще не встретил ту самую.
- Зато ты, гляжу, каждую весну ту самую встречаешь.
- Без скандалов нет любви. - многозначительно говорит усатый.
"Интересно, а в какую палату меня определят, когда я расскажу им эту перепалку животных?"
- Так и у меня скандалы каждый день, только с разными...- не унимается голубь. - Правда, заканчиваются одинаково. Знаешь, что мне говорят?
- Вали отсюда, гриль недожаренный?- посмеиваясь, вставляю я.
И вот тут я готов был провалиться от уничтожающего взгляда птицы. Будто меня прямо за душу крюком подцепили и терзают в разные стороны. И кто бы подумал, что голуби могут так смотреть.
- Нет, молодой человек. Меня просят вернуться, прощают все мое некультурное, недостойное орлиной породы поведение! Лишь бы только вновь почувствовать прикосновение моего оперения!
"Какая мерзость. Порно-птица какая-то".
- Орлиное поведение? - удивляется кот.
- Да! Я орел! И пусть вас не обманывают столь малые размеры моей натуры и нелепый окрас!
"Кот-философ, голубь-поэт... И человек-шизофреник"
- Орел, орел... - задумчиво произносит мохнатый, потирая лапой подбородок. Отодвигает бутылку, кидает рюмку в раковину. - слышишь, хозяин, тебе все-таки на работу надо. А то опять уволят.
- В сто двадцать шестой раз...
- Куда на работу то?- непонимающе вопрошаю я. Мало ли, кем я тут во сне работаю?
- Как куда? На студию, конечно!
И вот тут я все-таки подавился бутербродом. Надо отдать должное голубю, который кое-как крыльями бил меня по спине. Не скажу, что именно это мне помогло, но от смеха я не умер, представляя себе эту картину со стороны, что уже хорошо.
- На какую студию?
- Музыкальную, какую же еще. Опять ни черта не помнишь. Потому и увольняют. Вали уже отсюда.
Даже не успел опомниться, как, подгоняемый всей говорящей домашней живностью, оказался уже одетый возле лифта. Машинально нажимаю кнопку, жду тесной провонявшей кабинки, оглядываю этаж, который похож на реальный только планировкой. Вот тоже окно, выходящее на детский сад, тот же мусоропровод в виде удивленной рожицы, те же заслонки лифтов – большого и малого. Но… скажите, какой больной человек покрасит стены в красный цвет, потолок в желтый и покроет пол ковролином ярко синего оттенка? Нет, возможно, босиком сюда приятно выходить вечером покурить, смотреть в окно на случайных прохожих, пытаться представить, откуда и куда они спешат… И чем занимается этот маленький ребенок возле дорогого авто… Благо покрытие пола явно чистится не менее одного раза в день. Но окраска… Мерзость какая-то. И где этот чертов лифт? Вроде большой гудит-работает, катается где-то между этажами… Маленький молчит. Я еще раз совершенно бесцельно нажимаю на кнопку и подхожу к окну, пытаясь скоротать время ожидания.
Вот тут мое подсознание, видимо, решило ничего нового не изобретать или же попросту кончилась фантазия, и вид из окна почти ничем не отличался от настоящего. За исключением, высоты. Я вроде живу на седьмом этаже, а сейчас где-то на шестнадцатом. Кстати, гораздо лучше смотрится…