Могильник в посёлке. Ч. 8
Завершающий день на раскопе, а потом и в лагере — всегда немножко напряжный. Все уже немного уставшие и на взводе.
На раскопе в последний день два противоположных напряжения. Начальство старается ничего не забыть: сделать все фотки, ещё раз пройти по материку, осмотреть стенки — чтобы, не дай бог, не упустить что-нибудь важное.
С другой стороны, копатель уже мысленно «дома». Все эти проверки и сверки действуют ему на нервы. Хочется уже завершить.
Ну вот, отмашка дана. Руководство даёт добро на последний героический подвиг: закопку раскопа. Вся земля, которая неделю бережно вытаскивалась, должна быть возвращена на место. Рекультивация называется.
Вот эта рекультивация — самое пакостное в археологии. Мне очень не нравится. Уже нет сил, и даже лопату держать не хочется. А надо. Надо всё вернуть взад. Надо, чтоб было как и было. Спина категорически против этого безумства. Но надо.
Вот этот отвал - все туда. Все обратно надо закидать. В конце её больше
В конечном итоге, пару-тройку часов страдания — и раскоп закрыт. Для нас, копателей. У начальства-исследователей всё ещё только впереди. Им ещё обрабатывать, описывать, составлять отчёт, отправлять находки в музей, и пр., и т.д.
Вечер перед отправкой домой — это тоже особое священнодействие. Веселье, кутеж, если можно так выразиться. Поздние посиделки у костра. Кто был — тот знает.
Вот это все надо собрать и компактно закрутить. Хотя тут только часть. По факту вещей больше
Ну а утром — опять суета. Надо срочно сворачивать лагерь, потому что «автобус уже подъезжает!!». Надо ещё ничего не забыть. И, как обычно, когда всё собрано, сидим пару часов, ждём — потому что автобус ещё далеко и неизвестно, когда он приедет. Автобус всегда опаздывает. Ибо потому что.
Автобус приехал. Начинается игра в тетрис. Надо ничего не забыть. Надо всё разместить и никого не забыть…
Обратная дорога домой, в отличие от заезда, всегда сонная. Все устали. Хочется нормально поспать в кроватке и помыться. Даже неизвестно, чего больше…
А дома уже ждут. Семья, дети. Начинается рутина быта — и потом обратно потянет туда. Но не всех. И не всегда.