Меч Халифа. Часть 9⁠⁠

- Вот и конец степной дороге, - все встревожено смотрели вдаль, туда, где пролегали, еще не видимые пустыни.

Что может передать монотонность путешествий от колодца к колодцу по бесплодной пустыне? Редко встречающиеся колодцы и небольшие озерки прятались в тени вечнозеленых деревьев и разросшегося гигантского папоротника. Поселения ребятам не попадались, хотя в каждом оазисе ощущалось присутствие людей. Источники были расчищены, колодцы имели следы аккуратной починки, в каждом оазисе заготовлено топливо для костров, чтобы путники не рубили бесценные в пустыне деревья.

На первой стоянке Назим изготовил фляги из диких продолговатых тыкв, вырезал из них всю мякоть и семена. Никогда не видевшие таких плодов Огниша с Алимом попробовали сочную аппетитную мякоть. Потом под шуточки спутников, долго отплевывались. Впрочем, лошадям отдающий гнилью плод пришелся по вкусу. Несмотря на все усилия, вода из самодельных фляг вытекала. Приходилось следить, чтобы драгоценная влага не проливалась. Дорогу ребята не знали, блуждали по солончакам и песку, стараясь не пропасть в этих гиблых местах. Хорошо, что выносливые степные лошадки тарларов могли подолгу обходиться без воды. Запасы давно подошли к концу, дичь по дороге встречалась нечасто. Развести костер в пустынных землях было невозможно. Сырое мясо и жесткие корни не лезли в горло. Назим вновь выручил, вспомнив старинный способ вяления. Нарезанное тонкими полосками мясо складывали между спиной лошади и потником. За день оно пропитывалось лошадиным потом, и становилось мягким. Назим, пояснил, что так готовили в отряде его деда в дальних переходах, когда воины сутками не слезали с лошадей. Огниша сперва морщилась, но голод не тетка.

- И зачем только Великие Боги создали эти проклятые пустыни, - Эмике, сыну тропических лесов было явно неуютно в унылых краях, - только люди, согрешившие перед всеми Девятью Богами, могут жить в этом аду. Здесь не растет ничего. Тени нет. Даже зайцы не водятся. А есть всяких змей, гадов и насекомых…. Надоело….

Прошел еще один безрадостный день, ребятам казалось, что они заблудились окончательно. Вода, несмотря на жесточайшую экономию, подходила к концу. Завернувшись в плащ, Алим пытался согреться и заснуть. Он никак не мог привыкнуть к резкой смене температуры в этих краях. Днем жаркое солнце высушивало землю, а ночью все живое пряталось в убежища, спасаясь от холода. Хотелось пить, сухие губы обветрились. Дрожь сотрясала тело. Не сон, а мука горькая.

Назим хмурился, разглядывая ребят. Когда со скудным завтраком, состоящим из остатков вчерашней гигантской ящерицы и нескольких глотков воды было покончено, Назим заговорил.

- Не знаю, что вы думаете, но мне кажется, пора прекратить шарахаться от собственной тени. Идти с каждым днем все сложнее. Мы не знаем расположения оазисов и колодцев. До сих пор нам просто везло. Но по дороге к последнему колодцу мы блуждали три дня. И вышли на источник только чудом, когда вода во флягах уже закончилась. Если так будет продолжаться, мы погибнем в пустыне. Здесь должны жить пустынные кочевники. Следы людей постоянно встречаются в оазисах. Надо искать. У них мы сможем узнать дорогу, купить припасы….

- Я согласна, - кивнула Огниша, - Вчера вечером у меня было страшное чувство, что мы стоим на краю обрыва. Надо выходить к селениям, спрашивать дорогу. Мы далеко уехали от степей. Не думаю, что здесь нас найдут люди султана.

Эмика согласно кивнул. Алим промолчал. Зачем возражать, если большинство уже решило. Мальчика не покидали дурные предчувствия. Что если неведомые жители пустынь позарятся на скудное имущество путников? Хотя бы на лошадей…. Немало купцов и странников сгинуло в этих краях. И кто знает от чего…. От жары и безводия пустыни…. Или от рук местных жителей….

Напоив лошадей и набрав воды в дорогу, ребята стали кружить вокруг оазиса. В полудне пути показались пестрые тканные шатры. Гортанный окрик заставил остановиться. Кочевник сидел на странном животном. Несуразные длинные голенастые ноги, большая голова с небольшими аккуратными рожками. На спине возвышался горб. Сейчас, когда хозяин натягивал лук, странный зверь невозмутимо хватал большими отвислыми губами редкую, жесткую траву. Всадник выглядел тоже весьма необычно. Голову закрывал светлый платок, над которым сооружен матерчатый козырек. Алим, несколько дней страдавший от слепящего солнца, по достоинству оценил эту защиту. Поверх длинной рубахи без рукавов надета кожаная жилетка. По черной коже которой струилась замысловатая вышивка из красных и синих нитей. Мускулистые загорелые руки покрывала такая же замысловатая сине-красная татуировка. Широкие штаны и кожаные потрепанные сандалии завершали наряд незнакомца. Мужчина что-то спросил. Назим недоуменно покачал головой. Затем вопрос прозвучал на языке страны Великого Халифа.

- Кто вы? Куда лежат ваши пути?

Эмика быстро перевел вопрос для Назима. И тут же ответил

- Мы ищем страну Великого Халифа и хотели бы пройти по вашим тропам. Мы не причиним вреда вашим стадам и шатрам.

Позже Алим спросит, откуда Эмика знал слова гостеприимства кочевого народа.

- Все просто, - рассмеялся ифеец, - среди Вольных охотников кого только нет. И первое, что объясняют новичкам, это как общаться с детьми разных народов. Вольным охотникам приходиться путешествовать по всем странам. Настоящих тайн мне не доверили. Я не давал клятву верности охотникам. Но это-то как раз не тайна.

Но это было вечером. А сейчас кочевник, не сводя с ребят подозрительного взгляда, все-таки опустил лук. На призывный свист непонятно откуда появились еще два всадника. Под этим эскортом ребята въехали в небольшое селение. Оно напомнило Алиму родной аул. Шатры похожи на юрты. Но на жердях натянуты не шкуры, а куски ткани, богато украшенные вышивкой.

Селение явно жило в непрерывной осаде. У всех мужчин в руках оружие, не видно ни стариков, ни маленьких детей. Немногочисленные женщины сновали между шатров.

Старейшиной небольшого племени к удивлению ребят оказалась женщина. Высокая, не толстая, а крепко сбитая. В мужской, удобной для походов и сражений одежде. Лицо и руки украшала татуировка, как и у всех жителей. Она приняла путников с истинно царским достоинством, хотя сидела не на троне, а на вытертой кошме. Выслушав ребят, она согласилась предоставить им фляги, продовольствие и даже проводника. Но за все требовалось золото.

- Что нам делать, - Огниша растерянно смотрела на ребят, - у нас не осталось золота. Даже серебра нет.

- Говори только за себя дорогая, - покровительственно улыбнулся Эмика, - Я немного заработал у Вольных Охотников. Да и от всех грабителей сохранил. Сейчас…

Мальчик быстро распорол подкладку своей замызганной в бесконечных странствиях рубахи. На черной ладони сверкнули серебряные кругляши.

- Прибери деньги. Они нам пригодятся в более цивилизованной местности, когда без золота никак не обойдемся, - жестко сказал Назим, - попробуем договориться. Услуга за услугу.

Утро ребята встретили возле небольшой скалы. Где-то в стороне, невидимые, скрывались кочевники пустыни. Пласты земли в агонии древнего землетрясения выбросили на поверхность огромные камни. В маленькой пещерке прятались от дневного жара хищники, терроризировавшие стойбище. Старейшина говорила про нескольких конгамото и олгой-хой. Мальчишки осторожно двинулись к пещере. Огниша туго натянув лук, приготовилась их прикрывать. Пещерка совсем небольшая. Назим швырнул в темноту горящий факел. В ответ захлопали крылья. И хотя Алим внимательно прочитал описание конгамото, такого ужаса он не ожидал. Крылья, хоть и прикрыты перьями, имели пальцы с острыми когтями. Во все стороны хлестал голый, как у крысы хвост. Щелкали зубастые пасти.

- Берегись зубов, - едва успел крикнуть Назим. Алиму показалось что, стая обрушилась со всех сторон.

Меч завибрировал в руке Алима, потянув за собой. На протяжении всего боя мальчишка чувствовал себя приложением к волшебному оружию. Клинок как будто жил своей жизнью, и мальчик чувствовал недовольство его, Алима, медлительностью. Первую тварь пропустил, едва отмахнувшись от летающей пасти. Просвистел кинжал Эмики. Конгамото, с пробитым крылом запрыгал по земле. Тяжелый сапог Назима пригвоздил тварь к земле, раздробив голову. Алим сосредоточился на подлетавших чудищах, забыв о друзьях. Короткий удар и безголовое туловище забилось в конвульсиях. Падение на землю, в попытке увернуться. Удар мечом разрубил тварь пополам. Отмахнулся, развернулся. Снова взмахнул. Еще одна тварь упала со стрелой в глазу. Меткий выстрел Огниши был как нельзя вовремя. На землю упали тела еще трех конгамото. Потом атака прекратилась. Хищники отступили разом, точно по сигналу.

Назим протирал меч, заляпанный кровью чудовищ. Эмика вырывал из тел тварей метательные ножи. Огниша вытаскивала из колчана новые стрелы. Девочка научилась стрелять удивительно метко. Ни одна стрела не пролетела мимо. Стряхнув капли зеленой крови с меча, Алим осмотрел поле боя. На земле валялось больше десятка конгамото.

- Смотрите! – взвизгнула Огниша, показывая луком куда-то в сторону пещеры. Оглянувшись, Алим с трудом сдержал подступившую к горлу тошноту. Из пещеры выползло нечто огромное бесформенное, напоминающее кроваво-красного червя. Конец этого ужаса поднялся над землей. И мальчик увидел круглый рот, несколько рядов острых зубов. Глаз не видно в складках кожи.

- Что это?! – лицо девочки исказил ужас.

Пользуясь всеобщим замешательством, олгой-хой быстро пополз к ребятам. Вместе с ним в новую атаку бросились конгамото. Меч ожил в руках Алима. Потянул мальчика в сторону червя-переростка. Алим бросился на землю, ощутив затылком струю воздуха. Земля ушла из-под ног. Меч едва не выпал из рук. Увидев перед собой склизкую, красную, морщинистую кожу твари, Алим подпрыгнул. Оседлать олгой-хой оказалось посложнее, чем дикого жеребца. Мальчик скользил по вонючей слизи, с трудом удерживаясь на хищнике. Мечом он вслепую отмахивался от нападавших на него конгамото. Потом, вспоминая этот бой, Алим понял, что победу принесло не его мастерство, а волшебные свойства меча. Клинок точно знал куда наносить удар. Сколько длился этот бой, мальчик не мог сказать. Он полз вверх по извивающемуся туловищу, стараясь не свалиться вниз. Друзья отвлекли на себя большинство летающих тварей, но несколько раз Алима весьма чувствительно хватали за плечи и спину. К счастью, серьезных ранений удалось избежать. Вот и голова олгой-хоя, совсем маленькая в сравнении с огромным туловищем. Развернув меч острием вниз, Алим ударил из всех сил. Пронзительный визг заглушил шум на поля боя. Тело олгой-хой изогнулось так, что Алим уже не мог удержаться. Горло разорвал крик. И мальчик погрузился в темноту.

По лицу стекали капли воды, попадая в рот и нос. Алим закашлявшись, открыл глаза. Чья-то рука поднесла к губам флягу с водой. Мальчик, приподнялся на локте. Солнце садилось за горизонт. Рядом на земле сидели Огниша и Эмика.

- Хвала Матери Земле, ты жив! - на глазах девочки были слезы, - мы так испугались!

- Назим умчался за помощью, - Эмика с тревогой смотрел на друга, - ты так долго был без сознания. Мы уже не знали что делать. Представляешь, кочевники всего пару человек в засаду отправили. Даже не в засаду, а в качестве разведчиков. Нас на острие удара выставили, а сами наблюдали кто кого. Или мы тварей. Или они нас… Мол, чужаков не жалко если что….

- А где чудовища? - язык во рту двигался с трудом.

- Ты убил олгой-хой. Большую часть конгомото мы перебили. Правда, несколько крылатых паршивцев улетели в сторону пустыни. Но они уже неопасны.

Когда вдали раздался топот копыт, Алим с помощью друзей уже немного пришел в себя и смог встать на ноги.

- Как ты?! – Назим спрыгнул с коня, – сможешь ехать верхом?

Алим осторожно кивнул. От каждого движения в голове разливалась боль. Все выглядело расплывчатым, как в тумане.

- Зачем приехали кочевники? – Огниша с любопытством оглянулась.

- Вырежут ядовитые зубы конгомото. Из них выйдут великолепные стрелы. А потом сожгут тварей. Огонь все очистит.

Проснулся Алим только через сутки. Во всем теле была слабость. Но мальчик чувствовал себя намного лучше.

- Ну, наконец-то, спящий герой очнулся, - ехидно приветствовал Алима Эмика, - благодаря твоему подвигу мы получим помощь кочевников пустыни. Теперь можем не бояться сбиться в путь. Пообещать проводить и доставить в лучшем виде прямо к столице Великого Халифа.

- Ну что? Теперь ты все еще сомневаешься, что меч волшебный? – Эмика в упор посмотрел на Алима, - Мы все видели… В бою клинок жил своей жизнью. Характером, личностью и собственной волей обладают только Великие мечи. Обычным мечом ты бы не смог с одного удара убить олгой-хоя.

Алиму нехотя пришлось согласиться с доводами друзей. Он вынул меч из ножен. Повертел. Но клинок наотрез отказывался проявлять необыкновенные свойства. Заурядный меч, каких много в этом мире.

- Ничего не понимаю, - Эмика щелкнул ногтем по лезвию, - Обычная железка. Никаких признаков волшебства. Может он проявляет себя только в бою? Или только в бою с чудовищами?

С проводником из кочевого народа путешествие стало гораздо комфортнее. Не нужно плутать в поисках колодца или оазиса. В каждом лагере путников ждал гостеприимный шатер, костер и угощение. До страны Великого Халифа добрались без особых приключений. И возле ворот простились со своим проводником.

Столица Царства Великого Халифа – Эр-Руада потрясала воображение. Стены города поднималась на высоту пяти человеческих ростов. По всей поверхности тянулись великолепные рельефы, изображающие животных и людей. Воины мчались на колесницах, охотники натягивали тугие луки, пугливые олени уносились прочь, грозные львы грозили противнику. Ребята застыли перед воротами, пораженные этой красотой.

- Ну! Что встали! Или входите в город или убирайтесь отсюда! После захода ворота закроют. Дайте пройти, щенки! – грубый оклик одного из въезжающих заставил ребят поторопиться.

- И что теперь? – заплатив въездную пошлину, Назим оглядел спутников, - куда нам идти?

- Туда, - уверенно показал Алим на башню, сверкающую золотом в жарких лучах полуденного солнца. Она была похожа на башню из его сна. Из сна, который он видел давным-давно в родном ауле на краю леса и степи.

Они шли по улицам, вымощенным кирпичами. Мимо домов, украшенных яркими мозаичными картинами, арок, статуй, садов и фонтанов. Друзья восхищались городом. Но Алим… Алим недоумевал. Он был готов поклясться, что уже видел этот город. Наверно во сне. И там, в сновидении город выглядел богаче. Да, здесь тоже много людей . Уличные артисты и жонглеры забавляют трюками толпу на торговой площади. Снуют торговцы с лотками, спешат по своим делам жители, несутся гонцы. Вот из лавки следом за покупателем выскочил торговец, крича, что готов уступить еще несколько монет. Пробегают мимо ребятишки, кидая друг другу деревянный мяч. Спешит женщина с полной корзиной фруктов….

В красивых садах отдыхают, играют в странные игры, гуляют. Ветви деревьев сгибаются под тяжестью фруктов, кругом яркие, дурманящие своим ароматом цветы. И все наполнено волшебством…. Но в этой красивой картинке была какая-то фальшь, какая-то червоточинка. Некоторые дома зияли заколоченными окнами. Часть скульптур сломана. В мостовой видны дыры. Наверно, ее давно не чинили. Кое-где торчали остовы высохших без воды деревьев. В нарядной толпе сновали оборванные нищие, воришки, попрошайки всех мастей. Везде видны следы упадка. Что произошло? Куда исчез сияющий город из сна? А может, этого города никогда и не было?

Башня, сверкающая белизной и золотом поднималась над ребятами. Она была частью внутренней крепости. По всей поверхности стены виднелись раскрашенные барельефы. Старые, очень старые. Намного старше города. Глядя на эти странные нечеловечески изогнутые фигуры, с вытянутыми головами, Алим почувствовал, как закружилась голова. Огниша вообще старалась не смотреть на стены. Эмика, отшатнулся назад и долго тряс головой.