Лаборантка. Глава 3: Соседи⁠⁠

Автор: Pulsar34

Это художественный рассказ во вселенной Atomic Heart. События происходят параллельно сюжету игры, но с другими героями. Здесь будут знакомые названия, роботы и фамилии — но сюжет целиком выдуманный. Это не пересказ, это отдельная история.

Формат: сериал. Глава третья — встреча.

Пролог

Лена сидит в тёмном подвале, прижавшись спиной к ржавой трубе. Вокруг тихо. Слишком тихо. Только капает вода где-то в углу да собственное дыхание, которое кажется оглушительным.

Она сует руку в карман халата и нащупывает там что-то тёплое. Мягкое. Пульсирующее.

Лена вытаскивает — маленький кусочек полимера, с голубыми прожилками, размером с монету. Он светится в темноте, и от него идёт слабое тепло.

Когда она его взяла? Она не помнит. Может, прилип, когда она убегала от Громова? Или тот осколок, что отлетел от образца, сам заполз в карман?

Полимер пульсирует чаще. Лена чувствует: где-то рядом опасность. Или, наоборот, — спасение? Она не понимает. Но одно знает точно: это не просто кусок пластмассы. Это живое. Основа для «Коллектива 2.0». То, из-за чего всё и началось.

Снаружи — шорох сервоприводов. Шаги. Металлические, но почти человеческие.

Лена зажимает полимер в кулаке и замирает.

1

Рассвет выползает серый, в дыму.

Лена выбирается из подвала. Общага стоит на месте, но выглядит иначе: стёкла выбиты, дверь сорвана с петель, на крыльце — тёмное пятно, похожее на кровь.

Она заходит внутрь.

В коридоре — труп. Мужчина в синем комбинезоне, знакомое лицо — кажется, из бухгалтерии. Лена отворачивается и идёт дальше, перешагивая через осколки.

На втором этаже — голоса.

— …я говорю, надо уходить! Здесь небезопасно!

— Куда уходить? Там роботы!

— А здесь что, лучше? Сидеть и ждать, пока придут?

Лена толкает дверь в комнату, где раньше жила Зина. Внутри — человек пять: Зина, Костя (с перевязанной рукой, но живой), две женщины из столовой и мужик в промасленной спецовке — видимо, слесарь.

Все оборачиваются. Зина вскрикивает:

— Лена! Ты жива!

Подбегает, обнимает. Костя улыбается, хотя видно, что ему хреново:

— А мы думали, ты того… в лаборатории сгорела.

— Я в подвале сидела. — Лена оглядывается. — Что тут?

— Да вот, — Зина разводит руками. — Собираемся. Кто живой. Решаем, что делать.

Мужик в спецовке — дядька лет пятидесяти, с прокуренными усами, представился Петровичем — хмуро говорит:

— Уходить надо. Роботы скоро весь посёлок перероют. Я по рации слышал: есть какой-то бункер «Заря». Туда людей эвакуируют. Говорят, через старые ангары можно пройти.

— Откуда знаешь? — спрашивает Лена.

— Рация же. Военные передавали. До того как… ну, вы поняли.

Костя кивает:

— Я тоже слышал. Надо прорываться. Здесь мы как в ловушке.

— А ты дойдёшь? — Лена смотрит на его руку.

— Дойду. — Костя морщится, но держится. — Не впервой.

2

Решают идти через дворы, в обход главной дороги — там, говорят, Беляши патрулируют.

Собираются быстро: вода, сухари, кто-то нашёл монтировку, кто-то кухонный нож. Оружия почти нет.

Перед выходом Зина отдёргивает Лену в сторону:

— Слышь, а чего это у тебя в кармане светится?

Лена машинально прикрывает карман:

— Ничего. Фонарик.

Зина смотрит с подозрением:

— Фонарик, блядь? Ну-ну.

Но лезть не лезет.

Выходят.

3

Дворы — как вымерший город. Крики где-то далеко, выстрелы, гул моторов. Но пока тихо.

Идут цепочкой, Костя впереди, Лена сзади. Полимер в кармане пульсирует, и Лена чувствует: он как будто подсказывает, куда идти. Когда опасность близко — пульс учащается. Когда чисто — затихает.

Она не говорит об этом никому.

В одном из дворов натыкаются на тело женщины. Лежит лицом вниз, рядом — раздавленная детская коляска. Петрович отворачивается, Зина всхлипывает. Костя матерится сквозь зубы.

— Не смотреть, — командует он. — Идём дальше.

Лена сжимает полимер в кармане. Пульс — ровный. Чисто.

Вдруг впереди, над крышами, мелькает тень. Летающий дрон — Шар. Он зависает на секунду, сканирует, и улетает.

— Нас засекли, — выдыхает Петрович. — Сейчас будут.

— Бегом! — кричит Костя.

Бросаются бежать. Сзади уже слышен тяжёлый топот Беляшей.

4

К вечеру выходят к общаге — той самой, откуда утром ушли. Заблудились. Дворы оказались лабиринтом, роботы загнали обратно.

— Пиздец, — выдыхает Костя. — Мы по кругу ходим.

— Надо здесь переждать ночь, — говорит Петрович. — А утром — снова.

Заходят внутрь. В коридоре всё тот же труп. Зина крестится.

Поднимаются на второй этаж. И тут — голос:

— Стоять.

Из комнаты напротив выходит человек. Мужик, в разорванном халате, с безумными глазами. В руке — монтировка, вся в крови. Лена узнаёт его — это техник из соседней лаборатории, кажется, Володя. Он всегда был тихим, незаметным.

— Володя, ты чего? — Костя поднимает руки.

— Не подходите. — Володя смотрит на них, и взгляд у него нехороший, плавающий. — Они внутри. Они шепчут.

— Кто шепчет?

— Полимеры. Они везде. Я слышу. Вы тоже слышите? — Он поворачивается к Лене. — Ты слышишь?

Лена чувствует, как полимер в кармане буквально взрывается пульсом. Жарко, больно. Она зажимает его рукой, но Володя уже смотрит на её карман.

— У тебя есть. — Он улыбается. — Ты тоже с ними. Хорошая девочка.

— Володя, положи монтировку, — тихо говорит Петрович, делая шаг вперёд.

— Не подходи! — орёт Володя и замахивается.

Петрович уворачивается, но монтировка скользит по плечу. Костя бросается на техника, валит с ног. Начинается возня. Женщины визжат.

Лена сжимает полимер так, что кости трещат. И вдруг — вспышка.

Яркий голубой свет вырывается из её кармана, заливает коридор. Володя кричит, закрывает лицо. Костя отшатывается.

Свет гаснет так же внезапно, как появился.

Тишина. Только Володя скулит в углу:

— Не надо… не надо…

Лена смотрит на свои руки. Они чистые. Но внутри — дрожь. Она вспоминает: полимер может модифицировать сознание. Неужели он уже начал влиять на неё?

— Что это было? — шепчет Зина.

— Не знаю, — отвечает Лена. И врёт. Знает.

5

Володю связывают, сажают в чулан — приходит в себя, бормочет что-то про голоса. Остальные сидят в комнате, молчат.

— Ты это… — Костя смотрит на Лену. — У тебя там что?

— Не твоё дело.

— Моё, если мы все тут из-за этого… этого… — он не договаривает.

Зина вступается:

— Кончай наезжать. Она не виновата.

— А кто виноват? — Костя зло сплёвывает. — Тот полимер этот ебучий. Из-за него всё и началось.

— Костя, заткнись, — тихо говорит Петрович. — Не время.

Снаружи — шум. Сначала гул, потом выстрелы, потом крики.

Все замирают.

— Роботы, — шепчет Зина.

В окно видно: со стороны главной дороги к общаге приближаются фигуры. Несколько Беляшей — тяжёлых погрузчиков — ломают заборы, за ними движутся человекоподобные фигуры — Вовчики, с красными сенсорами вместо глаз, вскинув встроенные стволы. В воздухе кружат Шары — маленькие дроны-разведчики, сканируют местность, передавая данные.

— Мать твою, — выдыхает Петрович. — Они нас ищут.

Один из Шаров зависает прямо напротив их окна. Красный луч скользит по стене.

— В подвал, быстро! — командует Костя.

Бросаются вниз. Лена бежит последней, сжимая карман.

В подвале темно, сыро. Сидят, прижавшись друг к другу, слушают, как наверху грохочут шаги, как скрежещут механизмы, как Вовчики переговариваются искажёнными голосами, как Беляши крушат мебель.

Вдруг — голос. Человеческий, хриплый:

— Эй! Кто тут живой?

Все вздрагивают. Из темноты выходят двое: капитан Щукин и прапорщик Михалыч. Усталые, злые, в копоти, но с оружием. За плечами у Михалыча — какой-то прибор, слабо попискивающий.

— Тихо, свои, — говорит Щукин. — Мы засекли сигнал. — Он кивает на прибор Михалыча. — Полимер фонит. У кого-то из вас есть образец.

Все смотрят на Лену.

Щукин подходит к ней:

— Опять ты, Нестерова.

— Я не специально.

— Знаю. — Он вздыхает. — Пойдёшь с нами. Тот, кто сейчас контролирует роботов, ищет носителей. Ты теперь мишень.

— Куда?

— В бункер «Заря». Там ответы. И, может быть, спасение.

— А они? — Лена кивает на остальных.

Щукин оглядывает их:

— Если дойдут — пусть идут. Дорога опасная. Решайте сами.

Зина встаёт:

— Я с вами.

Костя морщится, но поднимается:

— И я. Одному тут сдохнуть.

Петрович кивает:

— Куда мы без вас. Я на Предприятии двадцать лет отпахал, с самых первых дней, ещё при товарище Молотове. Каждый угол знаю. Может, сгожусь.

Щукин смотрит на Михалыча. Тот пожимает плечами:

— Лишние рты. Но и руки лишними не будут. Да и прибор мой на полимер реагирует — может, пригодится.

— Ладно. — Щукин поправляет автомат. — Выдвигаемся через час. До рассвета надо быть у старых ангаров. Там проход к бункеру. Главное — не суйтесь под «Маглев», там сейчас все пути перекрыты.

Все зашевелились, собираются. Лена стоит, смотрит на полимер в руке. Он пульсирует ровно, спокойно. Как будто ждал этого.

— Что ты такое? — шепчет она.

В ответ — только тепло. И смутное ощущение, что она теперь не одна. Или не совсем человек.

Эпилог

Рассвет.

Маленький отряд выходит из общаги. Впереди Щукин, за ним Лена, Зина, Костя (которого поддерживает Петрович), Михалыч замыкает, поглядывая на свой пищащий прибор.

Сзади остаётся догорающий посёлок. Впереди — зарево над комплексом «3826» и чёрный силуэт бункера на горизонте. Где-то там, в горах Усть-Каменогорской области, спрятана правда. В небе всё ещё кружат Шары, но пока не приближаются.

Лена идёт, сжимая в кармане тёплый кусочек полимера. Он ведёт её. Или она его — непонятно. Но выбора нет.

Щукин оборачивается:

— Не отставай, Нестерова.

Она ускоряет шаг.

Конец третьей главы.

Продолжение следует.

Подпишись, чтобы не пропустить следующую главу: t.me/pulsar3434