Кошка Симка⁠⁠

— Заходите, — сказала ветеринарный врач.

В кабинет зашла молодая женщина, чуть больше тридцати лет, хорошо одетая, поставила переноску на смотровой стол, открыла её. Оттуда грациозно вышла кошка, почти вся белая, только на спине и боках разноцветные пятна и хвост серый в чёрную полоску.

— Ух, ты! Семицветная, — сказала ветврач и спросила: — Что с ней?

— Ничего, — ответила женщина, — на усыпление.

— На усыпление? — удивилась ветеринар. — Зачем? Есть показания?

— Нет, но это гуманней, чем выбросить её на улицу, — женщина посмотрела на бейджик врача и добавила: — Наталья Юрьевна.

Кошка толкнула головой руку врача, и Наталья Юрьевна её машинально погладила, кошка замурчала.

— Гуманней, — согласилась ветеринар, — но почему вы хотите от неё избавиться?

— А куда её? Я переезжаю, её девать некуда.

— А на новом месте? По обычаю, в новый дом кошка заходит первой.

— Я переезжаю на старое место, к маме, а она в доме никакую живность терпеть не может, даже рыбок. Кошку в дом бывший муж приволок, а теперь у него новая женщина, и у неё аллергия на шерсть.

Женщина теребила ремень дамской сумки, сжимала губы и готова была расплакаться.

— Понятно. Возраст кошки?

— Полтора года.

— Молодая. А зовут как?

— Сима. А вам зачем, Наталья Юрьевна? Ей осталось жить несколько минут.

— Вообще-то я и вас должна записать, — сказала ветврач, — порядок такой.

Она взяла толстенную тетрадь, записала данные хозяйки и кошки.

— С вас полторы тысячи.

— Что так дорого? Это потому что показаний к усыплению нет?

Кошка тёрлась об руку ветеринара и мурчала.

— Не поэтому, хотя, конечно, нарушаю. Не я цены устанавливаю. Если дорого, то не усыпляйте. Всё равно усыпить? Ну, тогда распишитесь вот здесь. Сколько в ней? Килограмма три?

Наталья Юрьевна взвесила кошку, оказалось, что она весит два с половиной килограмма, набрала в шприц препарат для усыпления кошек.

— Вам помочь? — спросила женщина.

— Чем? — не поняла ветврач.

— Кошку подержать, пока вы ей укол делать будете?

— Нет, спасибо, справлюсь. А вы, кстати, сами её закапывать будете?

— Да вы что? — с возмущением сказала женщина.

— Тогда с вас ещё пятьсот рублей.

— За что?

— А вы думаете, что утилизация бесплатно? Платите пятьсот рублей и можете быть свободны, без вас уколют, сожгут и закопают.

Женщина с неохотой открыла кошелёк и выложила на стол ещё пятьсот рублей.

— До свидания, — сказала она холодно и направилась к двери.

— До свидания, — безразлично сказала ветврач и нагнулась к кошке.

Левой рукой Наталья Юрьевна гладила кошку, а в правой держала шприц с препаратом для усыпления.

— Понимаешь, Сима, я должна это сделать, уж извини. Хотя показаний к усыплению тебя нет, но хозяйка твоя не захотела, чтобы ты ей о муже напоминала. Мне некому тебя отдать, Симка, и я тебя к себе взять не могу. Если я буду брать домой всех беспризорных кошек, то моя квартира превратится в кошкин дом.

Кошка мягко упёрлась своим лбом в лоб ветеринарного врача. Свою совесть Натальи Юрьевне усыпить не удалось.

— Что же с тобой делать? Может быть, в «Кошкин дом» позвонить?

Ветеринар набрала номер телефона.

— Это приют «Кошкин дом»? А Вадика можно? Привет, Вадик, это Наташа из ветклиники. Тут кошка, здоровая, полтора года, семицветная, усыплять жалко, может быть, возьмёшь? Мест нет и кормить нечем? К вечеру, может быть, место освободится, а? Усыпить я её всегда успею. Вадик, я вечером позвоню, а вдруг?

Ветеринарный врач убрала шприц с препаратом в стеклянный шкаф, а кошку подхватила под грудь у передних лап и отнесла её в комнату отдыха, она же раздевалка.

— Будешь сидеть тут, Симка, до вечера, а там посмотрим.

В обед Наталья Юрьевна поделилась с кошкой сосиской. Пока ветврач резала сосиску, кошка тёрлась о её ноги. Кусочки сосиски Наталья Юрьевна высыпала на бумажную салфетку, Сима с мурчанием стала поглощать их, проголодалась.

— Это очень вредно, — вздохнула ветеринар, глядя на кошку, — но тебе не повредит. Тебе осталось жить несколько часов. Если Вадик не позвонит и не скажет, что место освободилось, то вколю тебе в восемь часов дозу дроперидола, и сердечко твоё остановится, Симка.

Кошка услышала своё имя, оглянулась, посмотрела на Наталью, ничего не дождалась и продолжила есть сосиску, съела, облизалась, прыгнула на подоконник, свернулась клубочком и заснула.

В конце рабочего дня пришли посетители, папа с дочкой, и принесли полумёртвую серую кошку. Наталья Юрьевна помнила эту кошку и этих людей. У кошки рак желудка, и ей уже ничего не поможет, она тихо стонала и глаз не открывала.

— Помогите Муське, пожалуйста.

У девочки на глазах слёзы.

— Ей никто не поможет, деточка, — вздохнула ветврач.

— Прекратите её страдания, — попросил папа девочки. — Сколько?

— Полторы тысячи. Это вместе с утилизацией.

Мужчина кивнул и вынул купюры из кошелька.

— Мусенька, — девочка погладила ещё живую кошку и расплакалась.

Кошка была старше девочки года на два, то есть для неё Муська

была всегда, и вот вдруг её сейчас не станет.

— Выйдите, пожалуйста, из кабинета, — попросила Наталья Юрьевна.

Мужчина закивал и стал подталкивать дочку к двери.

— Пойдём, я тебе мороженое куплю, сколько хочешь, — пообещал папа девочки.

— Не надо мне ваше мороженое! Мусенька!

В коридоре девочка прижалась к отцу и горько зарыдала, он гладил её по голове, но дочка рыдала ещё больше и никак не хотела успокаиваться.

— Ребёнка надо чем-то отвлечь, — задумчиво сказала ветврач. — Подождите меня здесь.

Она прошла по коридору и открыла дверь комнаты отдыха.

Кошка Сима сидела на табуретке и вылизывала спину. Она прекратила своё занятие и смотрела на Наталью Юрьевну, забыв убрать розовый язычок.

— Ну-ка, подруга, пойдём со мной, — сказала ветврач.

Она подхватила кошку и понесла её по коридору, оторвала девочку от отца и вручила ей кошку. Девочка инстинктивно прижала кошку к себе, а кошка охватила её лапками за шею, ткнулась мокрым носом в щёку и усами залезла в ухо. Девочка невольно улыбнулась.

— Вот, это — кошка, ей полтора года, зовут Сима, Симка. Ей срочно нужна хозяйка. Хочешь, возьми её сама или найди кого-то другого.

— Как же я её возьму? Если я её возьму, то предам Мусю.

Девочка и кошка смотрели на ветврача широко открытыми глазами.

— Чем же ты предашь Мусю? Ты же её любила?

Девочка кивнула.

— Ты её будешь помнить?

— Всегда.

— Вот и помни. Если забудешь, то это и будет предательство. А Симка — это просто другая кошка. Ты возьмёшь её, если папа разрешит?

Девочка и кошка посмотрели на мужчину. Мужчина растерялся, мотнул головой из стороны в сторону, потом закивал.

— Возьмём, что же делать. Сим-карта, Сим-кошка.

— Симка семицветная, счастливая. На самом деле у кошек только три цвета волосков: белый, рыжий и чёрный. Но их сочетание даёт такую палитру.

Посетители ушли счастливые, по крайней мере, девочка и кошка.

Ветврач усыпила серую кошку, рабочий день закончился.

В комнате отдыха ветеринар вынула из кармана две тысячи и переложила их в свой кошелёк. Все интересы соблюдены: ветеринарной клиники, кошки, девочки. Все должны быть довольны. Наталья Юрьевна посмотрела на часы. Сейчас уже поздно, а завтра у неё выходной, она обязательно на две тысячи купит кошачьего корма и отвезёт его в приют «Кошкин дом», чтобы и там тоже были довольны. И вообще, рекламу приюта надо повесить в коридоре ветеринарной клиники, пусть Вадик этим озаботится.

  04.04.2023 г.