Коллекционирование книг как игра. Эдвард Ньютон⁠⁠

Выражаю благодарность редакторам журналов Atlantic Monthly, Ladies' Home Journal и Saturday Evening Post за разрешение перепечатать статьи, опубликованные в их изданиях; президенту и моим коллегам из клуба Rowfant за разрешение использовать текст и иллюстрации из главы «Формат английского романа», а также многим друзьям за советы, без которых эта книга была бы менее ценной, чем она есть.

А. Э. Н.

Предварительный набросок (проездка лошадей перед бегами)

Коллекционирование книг. Это отличная игра. В неё может играть любой человек со средним уровнем интеллекта: есть, конечно, и те, кто считает, что для этого совсем не нужны мозги; их мнение можно игнорировать. Не требуется больших денег, если только не проявлять чрезмерную амбициозность. В неё можно играть дома или за границей, в одиночку или в компании: в неё можно играть даже по переписке. Каждый игрок может устанавливать свои собственные правила и изменять их по ходу игры. В других играх это считается «не спортивным».

Меня много раз спрашивали о моих правилах: на этот вопрос легко ответить. Я ограничился несколькими прекрасными образцами книжной иллюстрации, печати и переплета, и, как правило, шедеврами английской литературы в первых изданиях. Это действительно грандиозная задача: пятьдесят лет назад я запряг свою повозку в звезду(Это метафора, восходящая к знаменитому высказыванию американского поэта и философа Ральфа Уолдо Эмерсона:

«Hitch your wagon to a star» («Запряги свою повозку в звезду»).), но мне потребовалось двадцать лет, чтобы по-настоящему набрать ход.

Многие коллекционеры залетели куда выше меня (добились большего чем я), но ни у кого не было более скромного старта. Сегодня у меня есть — и я высоко ценю — книги, которые обошлись мне в пятнадцать центов, и я хорошо помню времена, когда потратить доллар на книгу казалось непозволительной роскошью. Когда у меня было несколько сотен томов, я с гордостью называл это «моей библиотекой»; теперь же, когда книг у меня восемь или десять тысяч, я понимаю, что это не библиотека — это всего лишь собрание книг.

Я не могу понять, как люди могут обходиться без книг, и, сколь бы полезны они ни были, я не назову каталог Sears Roebuck и телефонный справочник КНИГАМИ. Я твёрдо убеждён, что большинство людей не умеют жить: как же им это удастся, если они маршируют под звуки: «Я не знаю, куда иду, но я в пути»? Игра под названием «жизнь» гораздо сложнее для успешного ведения, чем эта игра — «Коллекционирование книг». Хорошее правило — читать как можно больше, но если уж приходится говорить, то говорить о чём-то стоящем. Держись подальше от идиота, который настаивает на рассказе о том, сколько миль он проезжает на галлоне бензина, или от гольфиста, который вечно проходит заданную трассу за семьдесят ударов. Кто-то сказал, что большинство дружб — это лишь союзы во пороке или лиги в глупости. С нами всё иначе: мы, играющие в благородную игру авторов, знаем, что побочным продуктом книгособирательства является ДРУЖБА.

У Томаса Дж. Уайза, великого английского коллекционера, на его книжном экслибрисе есть девиз, характерный для этого человека: —

Книги приносят мне друзей, где бы я ни был, Утешение или одиночество - узы общества.

Сколько же и как разнообразны друзья, которых я обрёл благодаря книгам! Если разнообразие — это изюминка жизни, то события в жизни коллекционера книг многочисленны и разнообразны. «Вижу, вы любите книги», — говорит посетитель с ухмылкой; кто бы мог подумать: «Я знаю ваш тайный поступок». «Я вырос среди книг и просто без ума от них. Хотел бы я, чтобы вы увидели мой экземпляр «Рождественской песни»; думаю, это первое издание: иллюстрации Крукшанка» (неграмотные всегда считают Крукшанка главным иллюстратором Диккенса) «и переплетен в красную марокканскую кожу, с портретом Диккенса, написанным от руки на слоновой кости, вставленным в обложку», «Запустите этого человека в космос, по возможности безболезненно, но запустите». «Фиксируй убытки и позволяй прибыли расти» — хороший совет, даже если он исходит от биржевого маклера

(«Cut your losses and let your profits ride» (Фиксируй убытки и позволяй прибылям расти) — Фундаментальное правило инвестирования. В контексте коллекционирования это метафора: «избавляйся от ненужного (скучных людей, плохих книг) и цени то, что приносит истинную радость (общение с понимающими, редкие издания)».).

Немного найдется удовольствий тоньше и невиннее, чем ОБСУЖДАТЬ КНИГИ С ТЕМ, КТО ПОНИМАЕТ. На небесах, говорят, тоже есть радость — но доказательства неубедительны, а я предпочту получить свою здесь, в моей библиотеке. И как интересна бывает почта! Мне требуется услуги крепкой и сообразительной молодой женщины, чтобы справляться с ней.

.........

ЭТА ИГРА ПО СОБРАНИЮ КНИГ

Во-первых, позвольте мне сказать, что наши английские кузены не поймут это название. Для них слово «игра» означает нечто совершенно иное, чем для нас; для них оно подразумевает нечто хитрое. Лондонский полицейский, увидев на углу улицы двух или трех подозрительно выглядящих типов, ведущих себя подозрительно, подойдет к ним и спросит: «В чем ваша игра?» Он может ответить «игра», но в любом случае попросит их уйти или уйти. Мы же, напротив, говорим, что человек, окончивший колледж, собирается заняться электротехническим бизнесом, то есть он выбрал электротехническое дело своей профессией и намерен играть в него, используя свои навыки.

Я играю в эту игру коллекционирования книг уже сорок лет; это, пожалуй, единственная игра, которая мне действительно доставляет удовольствие. Я прекрасно помню, как это произошло. В детстве я был прилежным читателем: в школе, до того как сбежал оттуда и больше никогда не возвращался, я читал Наполеона, а в юности уже проглотил книги о Ролло, «Швейцарскую семью Робинсонов», Сэндфорда и Мертона, «Робинзона Крузо» и «Большие надежды». Но Наполеон в исполнении Эббота очаровал меня, и в конце концов у меня собралось около двадцати или тридцати томов о нем — довольно много для мальчишки. Затем однажды я очнулся от своего транса и увидел Наполеона таким, каким я его до сих пор считаю, — чудовищем в человеческом обличье; после чего я отправился в «Лири», тот знаменитый букинистический магазин в Филадельфии, продал все книги и был готов начать, как мне казалось, заново свою интеллектуальную жизнь.