История торфодобычи, взгляд с другово ракурса. Часть 1⁠⁠

История торфодобычи в Московской губернии начинается с аферы, причем государственной аферы, поэтому всё по закону. Удельное ведомство Российской Империи присваивает себе все бесхозные болота в московской и соседних губерниях, по дешёвке скупает болота, находящиеся в частной собственности. Все это делается или втихаря или под благовидными предлогами - ну зачем вам болото, одни убытки, продайте государству и не парьтесь. А потом раз, и выкатывает высочайшее повеление о защите (детей) лесов. И если еще вчера ты топил печку дровами, которые рубил в соседнем лесочке, то сегодня только сунься туда - порубят уже тебя. Но чтобы челядь не сдохла от холода, а то в кого ж аристократы тогда будут палкой с какашкой на конце тыкать))), разрешают добывать торф. Где добывать? А вот, пожалуйста, у нас тут болота по сходной цене. Ну да, дороже чем мы их у вас покупали, но если не нравится никто вас не держит, можете купить у других. Нет других? Ну так это не государства проблеммы
Совок кстати леса потом рубил как не в себя, в том числе и под Москвой. И знаете что? Я был в подмосковье, и там не степь и не пустыня, леса хоть опой жуй. Значит помогло высочайшее (нагибалово) повеление
В московской губернии первыми за добычу торфа берутся мануфактуры «Саввы Морозова и Ко» : Никольская, Реутовская и Богородско-Глуховская. И первое болото, которое они покупают - Рюминское болото. Для тех, кто не знаком с историей, для тебя короче, поясню: первый Савва Морозов был крепостным крестьянином помещика Николая Гавриловича Рюмина. На самого Рюмина Морозовым было не залупнуться добраться. До детей тоже - там сплошные девки, а из двух парней один уже помер к тому времени, другой женат был на княжне. И они решили мстить через имущество - типа дед был твоим имуществом, а теперь мы его потомки, купили твою дачу да вдвое дороже чем ты её продал, да еще и наваримся с этого. А может и другая причина была, правды мы никогда не узнаем, но домыслам это не мешает, потому что историю пишут историки.
Первый торф добывался по простому - лопатами вырубали торфяные кирпичи, складывали в корзины и на своём горбу тащили к месту сушки. Там расскладывали, ждали пока он высохнет, потом либо грузили на телеги, либо в вагонетки, которые руками толкали до фабрики.

Условия работы торфяников тогда были сродни каторжному труду: работали часто по колено в воде по 12-16 часов. Болезни были настоящим бедствием этих людей. Малярия, чахотка, цинга выкашивали целые артели. Однако рост фабричного производства требовал все больше и больше торфа.
На добыче появились простейшие элеваторы и  формовочные машины,  Однако они не намного улучшили условия труда. Как правило, двенадцать-четырнадцать ямщиков лопатами выбирали торфяную залежь на глубину 3-4 метра и лопатами бросали торф на элеватор. При этом вода на дне ямы могла доходить до пояса или груди. После формовки вагонщики вручную откатывали вагонетки с торфяными кирпичами на поля стилки, где они просушивались. Торфяные поселки Морозовых - старейшие в России.

Сезонные рабочие жили там в бараках, спали десятками на нарах, о постельных принадлежностях и речи не было, а даже там где они и были - в них тут же заводились клопы и вши.
Питались рабочие поартельно, а продукты получали в хозяйских лавках. Во главе каждого участка стоял участковый торфмейстер, или смотритель. В одном лице он соединял бухгалтера, администратора и кладовщика, то есть был полновластным хозяином. Мы можем только догадываться, что такая безраздельная власть делала с человеком, и какого было от этого рабочим, которые итак были на положении каторжан.
Кстати, полностью перейти на торф не смогла ни одна крупная мануфактура - во первых его не успевали добыть столько, чтоб хватило до следующего сезона. Во вторых его не успевали весь вывозить с полей сушки. В третьих сухой торф очень гигроскопичен, то есть легко впитывает воду, и даже слегка отсыревший торф уже не горит, а тлеет, выделяя много удушливого дыма. Поэтому дрова все равно приходилось заготавливать, только ездили за ними дальше, а качество древесины было хуже, значит и нужно было её больше.
Кстати, местное население избегало работы на добыче торфа, а если кто и шел, то редко работал больше одного сезона. Поэтому рабочих набирали по соседним губерниям - Владимирской, Рязанской, Тверской. И даже из них половина работала по одному сезону, потому что понимали что любой следующий сезон может стать для них последним.

Для первой серии достаточно. А в следующей серии я расскажу вам как хитрый немец придумал жечь Землю Русскую, построил посёлки на болотах, где люди умирали от болезней, а так же заставил нас дышать дымом даже спустя 90 лет после его смерти.