История картины Корги и пицца
А вот как я эту картину писала, расскажу. Был у меня заказчик — мужик такой, тихий, в очках, с бородой. И собака у него — корги. Рыжий, лапы короткие, а морда — ну чисто человек! Сидит, смотрит на тебя, будто всё понимает, только сказать не может.
Писала я его портрет. Холст поставила, краски достала, а корги этот — не просто сидит, а прямо позирует: голову набок, уши торчком, взгляд такой... хитрый-хитрый. Я кистью вожу, а сама думаю: вот ведь собака, а душу видно!
Вдруг звонок в дверь. Курьер пиццу принёс. Корги как услышал — подскочил, хвостом завилял, глаза заблестели. Хозяин пошёл платить, а я коробку на стол поставила — аромат пошёл такой, что у самой слюнки потекли.
Положила я кисть, отвернулась буквально на секунду — слышу шуршание. Оборачиваюсь: корги уже стоит рядом с коробкой, нос внутри, а на морде — выражение абсолютного счастья и вины одновременно. Пицца слегка помята, кусок сыра свисает с края, а собака делает вид, что она тут вообще ни при чём и просто мимо проходила.
Хозяин вернулся, увидел эту картину и только рассмеялся: «Ну вот, теперь у нас пицца с корги-начинкой!». Мы посмеялись, заказали новую пиццу, а этот момент я прямо там же, на полях эскиза, зарисовала.
В итоге на портрете у корги появился особенный блеск в глазах — как будто он знает какую-то вкусную тайну. На картине он держит коробку пиццы и уже жует кусок — довольный, счастливый, будто жизнь удалась.
С тех пор, когда кто-то смотрит на эту картину, всегда спрашивает: «А что это у него за выражение такое?». А я отвечаю: «Это он вспоминает свою первую пиццу». И сама улыбаюсь. Потому что ведь правда — собака-то счастливая вышла. Как живая.
