Глава 5 В которой Тимофей попадает в заварушку⁠⁠

Предыдущие главы

Глава 4 В которой Тимофей находит еще одного друга. Часть 2

— А что за этими дверьми? — спросил Тимофей. — Ты там был?

— Я не знаю, что именно за этими, но съёмки моего мультфильма проходили точно за такой же дверью, — Буба подергал за первую попавшуюся ручку. — Эта закрыта. И эта.

— Ты же говорил, что тебя придумал человек. Котеночкин вроде.

— Ну да. Сначала так и было. Мой мультфильм создавала целая группа людей. Это и художники, и сценаристы, у нас даже свой режиссер был. А вот после того, как я попал сюда, всё изменилось. Я даже не знаю, кто теперь сюжеты придумывает. Нас просто приводят по таким коридорам и заталкивают за дверь.

— А что там за дверью? — повторил вопрос Тимофея кот.

— Да то же самое, что и в твоей игре. Кусок придуманного мира, живущего по определенному сценарию. Туда запускают одного или несколько персонажей, некоторые вообще не понимают что происходит, другие посвящены в суть замысла. Всегда по-разному. Иногда мне давали подсказки, как и что я должен делать, иногда нет. Тогда я просто веселился, прыгал, скакал, ел вкусняшки. — Буба мечтательно закатил глаза, вспоминая вкус воздушного клубничного зефира с последней съёмки.

— А потом? — Тимофей с интересом смотрел на друга.

— А потом, а потом. А потом суп с котом. И пирожки с котятами, — глаза Бубы потухли и он сам как будто обмяк. Было видно, что ему не хочется дальше рассказывать. Наверное, эти воспоминания травмировали его. — Ничего хорошего. А ты сладкоежка не обижайся, с супом это не про тебя.

— Ладно, пошли дальше. Если захочешь об этом поговорить, мы всегда тебя выслушаем. — Тимофей решил не допытывать Бубу, а по-дружески потрепал его за ухом.

Все двери, попадавшиеся на пути, были закрыты. Друзья уже хотели бросить это занятие. Попытки попасть в съемочные павильоны отнимали кучу времени. Но вдруг увидели над одной из дверей светящееся табло, с надписью «Идет подготовка к съёмке. Посторонним не входить».

— Я туда не пойду, — наотрез отказался Буба. — Если хотите, можете идти. Я здесь покараулю. Если увижу что-то опасное, дам сигнал.

Чего же он так боится? — подумал Тимофей, но вслух сказал, – конечно, покарауль. Это не помешает.

— А я с тобой пойду, — кот с маху запрыгнул на руки мальчику и лизнул его в щеку.

Тимофей приоткрыл дверь и заглянул внутрь помещения. Первое, что он увидел – пятерых парней, одетых в армейское обмундирование. На головах были защитные шлемы с радиоантеннами. На всех были надеты тактические разгрузки поверх камуфляжных костюмов, на ногах берцы с массивными подошвами. В руках у ребят было самое настоящее оружие. Кто-то стоял с автоматом наперевес, у кого-то за спиной висел охотничий дробовик, а один громила держал в руках монструозного вида пулемет.

Протиснувшись в дверь, друзья спрятались за огромным ящиком, стоявшим недалеко от входа. И вовремя. Только они присели, как дверь распахнулась, и в помещение ввели огромного долговязого монстра высотой с трехэтажный дом. Удивительно, как тот смог протиснуться через дверной проём! Выглядел он как узник концлагеря – одна кожа да кости. Длиннющие руки почти доставали до пола. Но самое страшное – это два огромных рупора вместо головы. Руки и ноги великана были закованы в массивные кандалы, цепи от которых держали сопровождающие конвоиры, вооруженные электрическими дубинками.

— Это же Сиреноголовый, — с ужасом прошептал Тимофей коту. — Я из-за него темноты боюсь. Раньше постоянно с ним ролики смотрел. Но смотреть на экране и вот так, в живую – это совсем не одно и тоже.

Следом в огромной клетке завезли трехметрового черного кота в белоснежных перчатках на передних лапах. Тот неторопливо осмотрелся и улыбнулся, обнажив два ряда бритвенно-острых клыков. Несмотря на милый вид, это был один из самых опасных убийц, существующих на просторах ютуба – Картун Кэт или, если сказать по-русски, Мультяшный кот.

Игроки синхронно сняли шлемы с голов и, достав смартфоны, начали что-то в них говорить. Большое расстояние не позволяло услышать, но Тимофею это было и не нужно. Он уже и так все понял. Как только шлемы были сняты, стало ясно, что это известные блогеры. И не просто известные, а входящие в топ рейтинга. И сейчас на его глазах происходит самая крутая коллаборация, которую только можно себе представить. Вероятно, каждый из них запустил стрим и сейчас общается со своими подписчиками, обещая им улётнейший контент. Миллионы мальчишек и девчонок по всему миру прилипли к мерцающим экранам и ловят каждое произнесённое слово.

За спиной снова одевших шлемы блогеров прямо в воздухе появился огромный цифровой секундомер и механически голос сухо начал обратный отсчет: «до начала осталось шестьдесят секунд, пятьдесят девять, пятьдесят восемь, пятьдесят семь…»

Тимофей посмотрел на Конфетного кота, на дверь, доступ к которой перекрыла клетка с Картун Кэтом. Зачем-то достал из кармана и пересчитал оставшиеся конфеты.

«…двадцать восемь, двадцать семь, двадцать шесть, …» — монотонно отсчитывал голос.

— Мне страшно, — испуганный кот прижался к ноге мальчика, его била крупная дрожь, — что же с нами теперь будет?

— Тихо. Не бойся. Как только всё начнётся, все разбегутся и мы убежим через дверь. Главное, сидеть и не шуметь. Если нас не заметят, то всё получится.

«…пять, четыре, три, два, один» — голос досчитал до конца и замолчал. К этому моменту все конвоиры покинули помещение. В зале остались только игроки, кровожадные монстры и два непрошенных гостя, смирно сидящих за ящиками.

На мгновенье в комнате повисла звенящая тишина, сменившаяся нарастающим свистом, переходящим в ультразвук. Игроки включили активные наушники, вмонтированные в тактические шлемы и, переговариваясь через микрофоны, бросились врассыпную. Ещё через несколько секунд дверь клетки с Мультяшным Котом с громким щелчком распахнулась, а кандалы Сиреноголового со звоном упали на пол, освобождая жаждущих крови монстров. Этого ни Тимофей, ни Конфетный кот уже не видели: мощный ультразвук за долю секунды отключил сознание друзей – ведь у них не было защитных наушников.

***

Первым пришел в сознание Конфетный кот. Открыв глаза, он не обнаружил ни коробки, за которой они прятались, ни двери через которую они сюда попали, а вот монстры, к сожалению, никуда не делись. И если Картун Кэт, набирая скорость, удалялся в сторону неизвестно откуда взявшегося торгового центра, то Сиреноголовый двигался прямо на них. Еще немного и он их заметит.

— Тим, Тимофей, очнись, — кот суетливо пытался привести в чувство мальчика, — давай, давай, поднимайся, — не зная, как привести Тиму в чувство, кот сильно укусил его за палец.

— Ай, ты чего? — мальчишка подпрыгнул от резкой боли. — С ума сошел? Чего кусаешься? — он засунул кровоточащий палец в рот, пытаясь сообразить, что произошло.

— Тихо, — кот ткнул лапой в сторону приближающегося монстра, — если он нас заметит, нам крышка.

— И что делать? — побелевший от страха мальчик инстинктивно попытался отползти за коробку, которой не было, — куда коробка делась?

— Некогда щас разбираться, что куда делось. Надо срочно что-то придумать.

Тимофей сунул руку в карман, достал первую попавшуюся конфетку и забросив ее в рот со всей силы зажмурился, сжавшись в комочек, как будто это позволяло исчезнуть.

— Ты куда делся? — услышал мальчик удивленный голос кота. — Бросил меня что ли?

Открыв глаза, Тима увидел, как тот испуганно вертит головой в поисках друга. А монстр всё приближался… Ещё ничего не понимая, мальчик схватил кота и засунул его под футболку, крепко прижав к себе. Как только тело кота оказалось под футболкой, он исчез. Вернее стал невидимым, как футболка, шорты и сам Тимофей. Вероятно, опять проявилось волшебное свойство конфет, так удачно взятых из вазочки на кухне. Леденцы как будто знали, какая помощь требуется и в очередной раз помогли выпутаться из ситуации, казавшейся безвыходной.

Трясущиеся от страха друзья сидели, крепко прижавшись друг к другу, пока долговязый гигант прошагал мимо них, чуть не наступив своей огромной, уродливой ногой. Ужас, охвативший их, уступил место рассудку, только когда Сиреноголовый скрылся в чаще осенних деревьев, на крючковатых ветках которых не было ни единого листочка. Вернее сказать, скрылось только туловище чудовища, а голова, периодически издававшая душераздирающие звуки авиационной сирены, то тут, то там мелькала среди крон.

— Пронесло, — выдохнул Тимофей, всё еще не веря в спасение, — я это на всю оставшуюся жизнь запомню.

— Мне не было так страшно, даже когда Хагги Вагги заглянула под стеллажи, где я лежал, — согласился с другом кот, стряхивая с себя оцепенение.

После начала игры локация, куда из любопытства попали друзья, разительно изменилась. Того помещения, где они прятались за коробкой, не было и в помине. Зато была дорога. Нет, даже не дорога, а четырехполосная скоростная автострада, какими соединяют крупные города, например, Москву и Санкт-Петербург. На обочине трассы стоял огромный торговый центр. Другой конец автомагистрали терялся в мрачном лесу, на опушке которого виднелись покосившееся кресты заброшенного кладбища. Похоже, к этому кладбищу и пробирался постоянно завывающий Сиреноголовый. Низкие дождевые облака, ближе к горизонту превращавшиеся в свинцовые грозовые тучи, и густой туман создавали довольно мрачную картину. Такую атмосферу обычно делают режиссеры фильмов ужасов с категорией просмотра 18+. Причем ограничение по возрасту ставится совсем не зря: просмотр таких фильмов детьми частенько приводит к печальным последствиям, в виде появлений различных фобий и расстройств сна.

Очередь из пулемета прервала друзей, увлёкшихся изучением унылого пейзажа. Следом послышались хлопки снайперской винтовки и два раскатистых выстрела помпового дробовика. Спустя несколько секунд после затихшей перестрелки, разбив в дребезги огромное витринное окно третьего этажа, вылетела черная туша Картун Кэта. Мгновенно поднявшись, монстр, прихрамывая, двинулся в сторону леса, на ходу стягивая с правой лапы в прошлом белоснежную перчатку. Сейчас она была ярко алая. Судя по всему, игрокам всё же удалось его ранить, что значительно увеличивало их шансы на победу. Хотя делать ставки пока было рано, и вообще надо было убираться отсюда, это была не их игра. Они здесь оказались случайно.

— А можно мне посмотреть? — кот взял у Тимофея мощный цифровой бинокль, который тот подобрал на площадке, где стояли игроки. Видать, один из них его уронил в самом начале игры.

Кот, с серьезным видом, рассматривающий местность в армейский бинокль – только ради этого стоило сюда попасть. Тима отвернулся, скрывая улыбку. Обидеть друга ему вовсе не хотелось.

— Смотри, — кот передал бинокль и указал направление, где увидел нечто интересное. — Видишь кладбище? Мне кажется, на самом высоком кресте сидит Буба.

Какое-то время мальчик настраивал бинокль, все-таки зрения кота и человека имеют значительные отличия, и, закончив регулировку, стал внимательно, метр за метром, крест за крестом осматривать территорию кладбища.

— Вон он! — не сдержав радости, вскрикнул Тимофей, — я его вижу. Стоит на самом верху, руками машет. Да он там танцует и вроде даже поет.

— Вот балбес. Там же чудища ходят. А если они его увидят?

— Ну, нас то не увидят. Мы же невидимые. Побежали быстрее, пока конфетка не закончилась.

Кот снова забрался под футболку к Тимофею, и они со всех ног побежали в сторону лесной опушки – на встречу к другу, ждавшему их на кладбище.

Конфетка растаяла во рту в тот момент, когда друзья уже забегали в ворота кладбища. Ситуация складывалась не лучшим образом. Оба монстра показались с разных сторон опушки и синхронно двигались к кладбищу. Звуки, постоянно воспроизводимые Сиреноголовым, были отвратительны, казалось, что они вводят в какой-то гипнотический транс. С каждым метром бежать хотелось все меньше и меньше. Желание бросить этот забег и лечь на пожухлую травку кладбища – не казалось плохим решением.

Солнечный свет, еще недавно с трудом пробивающийся через черные тучи, поблек, и наступила кромешная темнота. Сумерек практически не было, словно действие происходило в районе экватора. А всем известно, что чем ближе к экватору, тем короче время перехода дня в ночь и обратно. Конфетка давно растаяла и, скорее всего, теперь от монстров их скрывает не магическая конфетная невидимость, а банальная темнота. Судя по приближающимся звукам сирены, один из монстров уже двигался по территории кладбища, а Мультяшный кот, хоть он и был ранен, способен передвигаться абсолютно бесшумно и уж он-то точно видел в темноте!

— Слушай, а ведь ты тоже кот и тоже должен видеть в темноте, — внезапно осенило Тимофея. Язык уже совсем не ворочался, безумно хотелось спать, но это никак нельзя было делать. Если лечь и уснуть, то точно конец. — Вылазь из-под футболки и ищи Бубу. Только он знает, как отсюда выбраться.

Состояние Конфетного кота не сильно отличалось. Он кулем вывалился из своего укрытия и, собрав последние силы, встал на лапки. Заставить себя идти уже не получалось.

Бах. Бах. В двадцати метрах от друзей хлопнули пистолетные выстрелы и в черное небо взвились две сигнальных ракеты. Правую половину осветило красным светом, а всё, что было слева – зелёным. Это был их друг, их верный товарищ. Буба лежал на спине рядом с открытой в коридор дверью, из последних сил держал в ослабших руках уже разряженную ракетницу. Как бы это ни казалось странным, но дверь была не на стене, а висела прямо в воздухе. В жизни, конечно, такого не случается, а вот здесь, оказывается, сплошь и рядом. Потратив на выстрелы последние силы, Буба потерял сознание, он больше не смог переносить эти гипнотические звуки Сиреноголового. Но этого было достаточно, чтоб Тимофей сориентировался в обстановке, прижал подмышкой кота, бросился к спасительной двери, по пути схватив за вытянутые руки Бубу, и одним большим прыжком запрыгнул в коридор.

Оставив друзей лежать на полу, он вернулся, чтобы захлопнуть дверь. Перед тем как она закрылась, мальчик увидел, что от торгового центра в сторону кладбища выдвинулись бойцы. Передвигались они короткими перебежками, руками подавая друг другу понятные только им сигналы. Похоже, такие игры проходят здесь постоянно и игроки уже давно друг к другу притёрлись, выработав свою систему знаков и стратегию ведения боя.