Гендальф - Гитлер Средиземья
Гэндальф — Гитлер Средиземья? Искусство скрытого величия
Если отключить голос автора и симпатии читателя, оставив лишь голую механику поступков, в биографии Гэндальфа Серого можно увидеть пугающий узор. Толкин, сам того опасаясь или наоборот — тонко маскируя суть, создал фигуру «доброго диктатора», чей путь к власти страшнее сауроновского: Саурон хотя бы честен в своем желании властвовать.
Вглядитесь в дела Гэндальфа, отбросив его мягкие речи. Он — Майа, существо высшего порядка, пришедшее в Средиземье не столько помогать, сколько опекать. Его главный дар — не магия огня, а гипертрофированное убеждение, почти гипноз. Он не гнушается использовать его на каждом шагу: запуганный Бильбо отправляется в поход против воли, Теоден под его рукой превращается из старика в послушного генерала, а народы от Шира до Минас-Тирита пляшут под дудку, которую он называет «советом». Откуда такие скилы, спросите вы? Очень просто - У Гэндальфа было одно из Трёх Эльфийских Колец — Нарья, Рубин. В книгах говорится, что его свойство — «зажигать сердца», т.е. заставлять ВЕРИТЬ серому манипулятору, выполнять его волю, замаскированную под "советы".
Ключевой момент — его «смерть» и «возвращение». С точки зрения реальной политики, Гэндальф Серый был неудобен: его сковывали ограничения, наложенные Валар (не строить империю, не вершить суд). Что делает честолюбивый интриган? Он провоцирует Балрога — существо, к которому у него нет прямого счета. В схватке в Мории он гибнет, но — о чудо! — воскресает уже как Гэндальф Белый. Это классический путь узурпатора: сначала убрать опекуна (Сарумана, путем публичного унижения и слома его посоха), затем легитимизировать свой белый цвет.
Именно с этого момента маска окончательно слетает. Гэндальф Белый не советует — он приказывает. Арагорн, наследник престола, действует как марионетка, свергая наместника Денетора (который, кстати, единственный видит в Гэндальфе угрозу и называет вещи своими именами). Армии Запада объединяются не во имя свободы, а во имя стратегии, навязанной одним бессмертным манипулятором.
Что мы видим в финале? Гэндальф не остается в Средиземье, он отбывает за море. Но перед этим он достигает всего: уничтожены все конкуренты (Саурон, Саруман), корону получает удобный Арагорн, гномы и эльфы обескровлены и неопасны, а хоббиты — самый сговорчивый материал — размножены и патриотичны. Он не строит трон, потому что он умнее Гитлера. Гитлер хотел власти на один век. Гэндальф хотел и стараниями Толкина получил — вечной благодарности и статуса абсолютного героя, записанного в летописи.
Толкин намеренно исказил фигуру своего мага, обмазав ее елейными речами о «милосердии». Но скажите честно: когда персонаж, имеющий дар подавлять волю других (а Кольцо он не берет лишь потому, что оно ему не нужно — его воля и так железная), семь тысяч лет подчиняет себе всех, до кого может дотянуться — кто он, если не диктатор, скрытый в образе бедного странника?
Гэндальф — идеальный тиран нашего воображения: тот, кого мы добровольно приглашаем в свои дома, потому что он умеет говорить голосом нашей собственной совести. И в этом его сходство с Гитлером куда страшнее, чем в жажде аннексий. Гитлер тоже начинал как избавитель. Разница лишь в том, что у Гэндальфа лучше получилась пост-военная пропаганда.