6

Ещё одна байка.  Студенческая.

Меня радует когда народ в комментариях к байкам  ищет  возможность её развенчать.  Чудаки,  это же анекдот на тему  возможного развития событий.  не будьте столь серьёзны. Пятница же.

Итак к делу.

В старые добрые времена, в советских ВУЗах  училось много иностранных студентов.  Из братских и не очень стран.  И существовала практика селить иностранцев  с нашими ребятами.  Из  правила существовали конечно же исключения, но именно исключения.  Ваш покорный слуга на втором курсе  проживал в одной комнате с товарищем из Камеруна.  Может когда-нибудь запилю пост на эту тему, но сейчас байка, которую кто-то поведал мне именно в этот период жизни.

Значит, живёт некий Вася с негром в одной комнате, нормально, без конфликтов.  Можно сказать дружеские отношения.  Однажды вечером, после попойки, приползает он с другом к себе.  Их души возжаждали пожрать.  Макароны наличествовали, а вот приправить их было нечем.  Ночь, магазины закрыты, да и денег нет.  Времена суровые - соцдействительность.  Негр отсутствовал.  На тему макарон друг Васи заметил, что макарошки без всего - не комильфо.

А Вася отвечает, что не ссы Петя, у моей маймунки (обезьянка) я видел банку тушёнки. 

Праздник удался.  А потом явился сосед: "ай-ай, как можно, где мой дедушка?"

Оказался сосед нехилым наследным африканским принцем, а в  его племени, у аристократов  принято умершего родственника съедать.  И родственники любимому внуку  прислали кусочек дедушки.  Оосталось только дождаться некоего аналога дня всех святых на африканский манер,  употребить дедуню  с соблюдением  требуемых обрядов и напитков.

Об ощущениях новоявленных каннибалов, а также о последующих событиях  история умалчивает,  упор делался на исключительное горе  внука. 

На этом прощаюсь,  пора на обед собираться.

Дубликаты не найдены

+3

а потом они возжелали кофе и выпили прах бабушки...

Иллюстрация к комментарию
+2

Адовая бредятина =_=

+1
пора на обед собираться.
употребить дедуню?
0

Под водку можно и африканского аристократа. Вообще тема пожирания непожираемого от пьяных русских - классика.

Похожие посты
303

Диплом

В моей группе на психологии учились очень странные персонажи: девушка-рекламная модель; магазинный охранник, размером с Юзика; женщина-майор СБУ; похожая на цыганку селянка, ну и мы с Димкой – работники Чернобыльской АЭС.


Девушка-модель была классической блондинкой на тоненьких ножках. Она показывала нам журнал «Натали», 13 страницу, тыкала в рекламу стиральной машинки «Занусси», на которой сидело лохматое привидение и говорила: «Видите? Это я!». Узнать ее под слоем разноцветного макияжа было бы невозможно, если бы не приметное щуплое тельце с торчащими тазовыми костями.


Уговорить модельку пойти с нами между парами в буфет было невозможно. Она не ела. Один раз по глупости согласилась, купила себе пирожок с капустой. Вы помните удава, съевшего «шляпу», из «Маленького принца»? Пирожок внутри модельки выглядел именно так! Плоскость-плоскость-плоскость-внезапный бугорок-равнина. Словно она сдобу и не разжевывала, а целиком заглотила. Мы сдуру дружно ржали, а она надувала губки…


Селянка была из села. Знаний у нее было на пол пальца, Юнга от Янга она бы не отличила. На парах мы ее практически не видели, но зато когда минут за 15 до начала приехали на защиту дипломов, назначенную на 9 утра, обнаружили ее уже весело выходящей из аудитории. Сдала. На четверку. На вопрос «Как?» ответила скупо: «Пів кабанчика»…


Я на учебе особо не убивался, понимал, что на «тройку» я наотвечаю всегда. Интересное учил, неинтересное - отрабатывал. Оценки мне были по барабану. На работе требовали документ об образовании.


Тем неожиданней был звонок методистки-кураторши с информацией, что я один на поток иду на красный диплом, но мне не хватает пол балла. Не хочу ли я пересдать любой предмет на выбор?


Я, конечно же, не хотел. Тогда она принялась уговаривать, что они-то хотят, им надо и они договорятся с преподом на удобное время, только нужно мое согласие…


В общем, я наугад назвал какую-то психологическую дисциплину и… забыл.


Когда через пару недель девушки позвонили напомнить, что завтра у меня экзамен, я впал в легкий ступор, ибо не помнил не только имя препода и цвет учебника, но и название предмета. Учить что-то было бессмысленно, и я поехал «на дурачка».


- Здравствуйте, меня просили Вам предмет пересдать, чтобы на красный диплом выйти…


Препод был солидный. Бородатый. С благородной проседью.


- Ага, ага. Я помню. Готовы?


- Нуууу…


- Вы знаете, я сейчас пока ехал в институт, меня в метро ограбили. Почти всю вчерашнюю зарплату стянули…


Я напрягся, не понимая, к чему он клонит.


- Веру в человечество я потерял. Поэтому, давайте не будем рисковать. Глаза у вас умные. Я не буду вас спрашивать, а просто поставлю вам пятерку. Хватит пятерки?


- Эээээ, - опроверг я мнение маэстро о моем уме.


- Давайте зачетку…


Так я нечаянно получил диплом с отличием.

Показать полностью
3713

Годы золотые студенческие, или экзамен на пятом курсе.

Когда пришло время самой первой сессии, помню жутко нервничал. Сдавать надо было своими силами, денег на “подарки” не было, да и время все-таки было слегка иное, не факт был что преподы возьмут, особенно у какого-то хрена с бугра, студента без знакомых на кафедре.


Идя с консультации, на лестнице столкнулся с парочкой старшекурсников, и стал свидетелем обрывка их разговора:

- Сдал?

- Конечно.

- А что поставили?

- О, точно, надо же посмотреть оценку.


За точность цитат не поручусь, но смысл передан верно: сдал, а оценки не знает. Для меня, зеленого первоклашки первокурсника это было настолько неожиданно, что я малость охуел сильно удивился. Ну как можно не знать свою оценку??


Шло время, ужасы сессий первых курсов остались позади, экзамены сдавались с намного меньшим напрягом чем раньше.

На пятом курсе писали какую-то контрольную, результаты которой должны были идти куда-то повыше, то ли в министерство, то ли еще куда. Я в этой кухне не разбираюсь, а вот преподов наших трясло. Контрольные написали заранее, по заранее розданным билетам, и спокойно пошли бухать готовиться к новым лекциям.


Утром у меня зазвонил телефон. Домашний. Тогда это было очевидно, а сейчас даже как-то странно. Звонил один из преподов, который слегка заплетающимся дрожащим от нервного напряжения голосом, попросил срочно приехать в институт и переписать контрольную, потому что он каким-то образом проебал потерял сумку с нашими вчерашними каракулями.


Надо так надо, почему бы не помочь преподу, у которого скоро экзамен сдавать? Контрольную успешно переписали, препод намекнул что за его экзамен можно не беспокоиться.

И вот настал час Х. Подходим к аудитории где надо сдавать экзамен. Время - девять утра. Под аудиторией мнутся первокурсники, на лицах хорошо знакомое выражения - приближающегося пиздеца излишнего нервного напряжения.

- А у нас тут экзамен, - робко сказал самый смелый из них, когда мы уверенно начали заходить в пока пустую аудиторию.

- А когда? - Спросил я

- В 9-15

- А, ну мы успеем.

И под охуевшие удивленные взгляды взгляды молодняка мы зашли внутрь

Препод говорит

- Значит так, все пятерки я поставить не могу, будет несколько четверок, у тех кто не идет на красный диплом. Никто не против?

- Против никого не было, он быстро расписался в зачетках и мы вышли чтобы обсудить где отметить это событие подготовку к следующему экзамену.


- Кстати, тебе что поставили? - Спросил один из одногруппников

И тут мне вспомнилась нереальная сцена увиденная на первом курсе.

- О точно, надо посмотреть, - ответил я и полез в зачетку.


@Арет.

Показать полностью
130

Зодчий.

Черт меня дернул взять телефонную трубку. Никогда ведь не подходил, а тут…

Звонила Гришина мама. Сообщила, что Гришу сейчас привезли просто в умат пьяного, он все заблевал, переколотил и лежит между стеной и кроватью. Что с ним делать она не знает, просит меня приехать, постыдить его и помочь переложить на кровать. (Тело весило 120кг, ниже меня, но бычара, за ремень поднимал меня одной рукой, при этом пиздел всем, что не качается).


Ехать мне очень не хотелось, во-первых далеко, потом он тяжелый, в-третьих пьяного стыдить бесполезно, пусть проспится… Потом не очень хотелось получить какой-нибудь статуэткой по голове, (Гриша был художник и скульптор, хотя - архитектор).


Но мама настаивала и я согласился. Честно говоря, еще очень хотелось посмотреть, что заставило такого, во всем правильного мальчугана, в усмерть набухаться. Что-нить почище третьей мировой, не иначе.


* * *



С Гриней я познакомился на какой-то сраной конференции.


В перерыве подошел ко мне и говорит: а я тебя знаю!


(Блять, напугал, немного, я стал в спешке соображать; откуда он меня знает и что плохого из этого может выйти).


- Мы в одном институте учимся, – помог мне будущий архитектор.



Потом мы, сидя в пустом фонтане пили пепсиколу, (утром надо было быть свежими). На конференции садились рядом, когда один вздремнет, другой его осторожно будит, если тот разоспался слишком заметно.


В гостинице он пришел ко мне, когда я в душе был. Я, весь закутанный в полотенце, впустил его.


Гриша попросил меня показаться во всей красе. Показался, хули такого…



* * *



На ихнем архитектурном факультете Гриша был единственный не пидарас. Пара баб там тоже лесбиянками не были.


Безотцовщина, мой друг учился только на “отлично”, работая 24 часа в сутки. Он знал, что это единственная возможность пробиться в этом сволочном и насквозь блатном и продажном мире, куда он готовился вступить.


Гриша был меня моложе, (однако успел посидеть в СИЗО!), он принял меня, как старшего брата, советуясь и делясь проблемами.


Однажды, (лет в 23), полюбив девушку на 8 лет его старше, он просто погибал от отчаяния. Ни его, ни ее родители брака их не хотели, всячески мешая любви. Гришка не знал, что делать.


- Брось ее, - говорю.


- Не могу. Люблю…


- Блять, другую найдешь, полюбишь.


- Не могу. Эту люблю.


- Блять, да что в ней такого-то!.. (Спросил просто так, чтоб спросить).


- Она меня в жопу поцеловала…


Я отступился. Если в жопу целует, то совсем другое дело. Это любовь, если в жопу целуют…



* * *



Однажды, сильно смущаясь, Гриня спросил, занимаюсь ли я онанизмом. На что я, (тоже, почему-то очень смущаясь), ответил, что когда как. Гриша очень обрадовался, что не одинок, даже напоил меня пепсиколой. (Алкоголь мы не употребляли – в здоровом теле, знаете ли…)


Потом подарил понтовые белые джинсы. Зауважал еще больше, короче.



* * *



Как-то пригласил его на охоту. В тайгу, в пампасы.


Зимой дело было. Прождав три часа дядю Гену на морозе, (он унес ключи от избушки), мы, наконец, увидели едва бредущую фигурку. Метров за 100, когда я уже разглядел, что это пьянющий Генка, я сменил дробовые патроны на два, заряженные только пыжом, (завалялись).


- Подойдет метров за 50, въеби ему с обеих стволов, пусть, сука, ляжки обдрищет!


Гриня взял базуку и принялся ждать.


На 50 метров он не выстрелил.


- Хули ждешь? – говорю.


- Поближе подпущу…


Пока я говорил, что поближе, мол, опасно, можно и ранить, Гена подошел метров на 20.


Тут Гриня и мочканул его.


Дуплетом.


Генка опрокинулся на спину, развороченная на груди телага дымилась, бежа к нему, я молил всех нечистых, чтоб только шнифты у него были целы…


Гена лежал блаженно улыбаясь; пока мы вели его к дому и открывали дверь, уснул.


Наутро он пытался окольными путями выведать, что же произошло. (Видать, что-то все же помнил, собака!).


Мы играли в непонятки, ругали, за то что ждать пришлось, плели ему обычную историю, без всякого акцента на вчерашнем. Телагу заменили, даже содержимое карманов переложили.


Генка так и не понял, был ли роковой выстрел, или это у него комарики залетали, белочкины вестники.



А к Григорию я стал относиться поосторожней, всегда взвешивая свои слова и поступки.



* * *



Взяли у него кровь из вены. Глупая татарка там ему все порвала, исколола, да и крови чуть не литр слила.


В трамвае Гриня рубанулся.


Его сдали в милицию, а оттуда в вытрезвитель. (Где, увидя следы на предплечьях, записали в наркоманы); вызвали ментов, чтоб в тюрьму везти. В прибывшем экипаже был наш друг Леха, который все и прояснил-разрулил.


Гриша за все время не сказал ни слова, то ли от шока, то ли от злости…



* * *


Дал я ему ключи от хаты, чтоб он с подругой отдохнул душевно. (Я вообще-то не любил всякого скотства, не поощрял такого, да и свой дом хранил в чистоте. Грине дал, потому как у него действительно трагедь была).


В эту ночь из экспедиции приехал наш друг, алкаш Ваня.


Не найдя что пожрать дома, он поперся ко мне. (У него хранился второй комплект ключей, на случай, если я свой проебу, а дверь у меня бронированная).


Отперев дверь и сожрав пол-холодильника, (как Гриня с любимой его не услышали?), эта скотина решила остаться у меня.


Со словами: “подвинь жопу, разлегся, бля!” – он полез на единственную в моей хате кровать, где спали голые Гриша с Аней.



* * *



Со мной, правда, случались истории и похлесче. Правдоподобия в них мало, опасностей для жизни и здоровья – с избытком, но они были, от них не откреститься.


Особенно мне нравилось видеть лица моих друзей, (кому я рассказывал о своих невероятных приключениях), когда они получали доказательства и свидетельства очевидцев, что все именно так и было! И не приврал-то я ни капельки, и хрен знает почему еще жив, на свободе и не оскоплен…



Был у Гришки пистолет. Газовый.


Ох уж этот пистолет… Какая-то новая модель ижевского завода. У меня все руки не доходили удалить из него перегородку в стволе, как я уже сделал со своим и друзей пекалями.


Гоги терпеливо ждал, таская за собой повсюду эту штуку.


Как-то он баловался с ним, ожидая лифта. В лифте, когда закрылись двери, пистолет неожиданно выстрелил.


Экстренно остановить и открыть двери не получилась. Ветеран советских многоэтажек медленно тащил Гриню на 11 этаж, где тот жил. Всю дорогу Гриша перхал, кашлял и выпучивал глаза.


Мы его, смеяся, утешали: хорошо что патрон лакриматорный был, а не нервный паралитик…



* * *



Утром, после позорного пьянства, Гриня поведал мне свою story.


Оказывается, вчера у него был то ли зачет, то ли курсовая. На кафедре, одному молодому преподу, который был сильно ебнут.


На кафедре архитектуры – все ебнутые. Каждый считает себя Кэндзо Тангэ, или, на худой конец, Ле Карбюзье. (Те еще дебилы, если что!).


Все они педерасты и неформалы, (сорокалетние), все эпатажники и с претензиями. Короче – неисчерпаемая тема для диссертаций будущих докторов-психиатров.


Гришин педагог где-то пронюхал про Гогин кольт. (Немудрено – Гриня с ним, наверное, и какать ходил).


В душу препода, расстроенную высшим образованием, закрались смутные подозрения, что Гриша хочет убить его. Несколько раз он его спрашивал. Напрямки. Ответам не верил. Порою, посреди лекций или занятий, (когда было много свидетелей), с вызовом заявлял:


- Не испугают нас ваши стволы подмышками. Не очень-то мы всяких амбалов в кожаных куртках боимся, слышите, Разумовский!


Потихоньку дошло и до зачета.


Принимали по одному, чела по 4-5 в день. (Так у них, мракобесов, занятия построены).


Когда Гриня вошел, препод сразу спросил:


- Готов?


- Готов.


- Пистолет с собой?


- С собой.


- Хорошо. Садитесь, пишите.


Гриня сел и начал писать. А преподаватель достал откуда-то пистолет и положил на стол, рядом с правой рукой.


Поймав Гогин недоуменный взгляд, велел:


- Пишите-пишите, у меня все под контролем.


Гриня писал и сильно нервничал, часто поглядывая на препода.


(Потом выяснилось, что “пушку” препод одолжил у другого студента-шалопая, обещав ему какие-то льготы на зачете).


Периодически, учитель хватал волыну, передергивал затвор, вынимал и опять вставлял магазин.


- Я пытался быть спокойным, - жестикулируя ладонью кверху, чуть не плакал Гриня.


Волосатый, как обезьян, весь взлохмаченный, в одних трусах – Гриня так искренне распинался, что я едва удерживался от смеха.



* * *


Неожиданно препод схватил ствол и направил его в Гришку:


- Разумовский, бросьте оружие!


Чтобы бросить, надо его достать, а руки препод приказал держать кверху.


- О’кей, о’кей, приятель. Без глупостей! – Гриня иногда и так говорил, жертва амерской киноиндустрии.


- Я сейчас достаю ствол и кладу его вот сюда, а ты даёшь мне уйти, о’кей?


Неожиданно, препод выстрелил.


(Не случайно, а неожиданно, ведал, гад, что делает).


Гриня, как положено, отпрыгнул назад, (на ходу достав бластер), и спрятался за партой.


Высунувшись, как я учил, справа, поймал на мушку учителя и выстрелил.


Препод тоже зашухерился и стал хуярить беспокоящими.


Гриша брал прицельными.



Случись это в любой другой части института, - набежала бы толпа народу, вахтеры всякие, блять, ДНД-шники…


Но в этой юдоли скорбей никто и ухом не повел. После сварки металлоконструкций, замесов раствора, с последующей кладкой кирпичей, (прямо в небольших аудиториях), какая-то там стрельба вообще не обеспокоила гениальных зодчих.


Подумаешь – перестрелка!



* * *



Гриня с учителем плотно удерживали свои позиции. Пушки у обоих были автоматические, так что в атаку никто не рискнул.


Гога, кроме того, считал свои выстрелы.


- Все, как ты, Серый, учил – добавил талантливый ученик.


У Гришки была одна обойма и три патрона так, (бедность проклятая).


У препода, оказалось, – две.


Когда Гриня это понял, то стал метаться по классу, заставляя препода тратить свои выстрелы.


Когда затворная рама учителя шмякнулась о пустой толкатель магазина, Гришка подскочил к педагогу, который в ужасе забился под парту...


- Не помню, что я там ему кричал, - говорил Гриша, всхлипывая.


Короче, - примерно с полутора метров, Гриня высадил оставшиеся патроны в извивающегося преподавателя.


И, сильно хлопнув дверью, покинул задымленную аудиторию.



* * *


Потом, пребывая в приятном состоянии шока, купил литровую, (эх, Гриша-трезвенник!), бутылку водки и выжрал ее где-то на задворках, сам-на-сам.


Куда делся пистолет, Гриня не помнил.


Я не сказал, что у препода тоже был газовый?



- Куда я теперь? Пять лет, (они учились шесть), козе под хвост. Ни диплома, нихуя… Зарежет он меня…


- Да ну!


- На экзаменах зарежет… Да я, поди, уже и отчислен... Слы, Серый, позвони в институт, узнай, что и как... А?


- Не ссы. Кто ссыт, тот гибнет. Никуда я звонить не буду. Сегодня отдохни, можешь у меня дома, если ментов боишься, а завтра иди в институт. Как ни в чем ни бывало.


Виду никакого не подавай, иди на занятия, попутно все разнюхаешь. Сам на ясность не лезь. Увидишь препода, - поздоровайся. В общем, - действуй по обстановке.


- А как…


- Блять! Не трогай траблу, пока трабла тебя не трогает. Сейчас ничего плохого не происходит, придет беда – будем решать.



* * *


Так ничего и не случилось. Никаких последствий. В группе о перестрелке даже никто не знал, препод вел себя, как будто ничего не произошло.


Чинно здоровался и все так же дурковал на занятиях.


Видимо клиника там была давно и сильно запущенная…



* * *



Гриня закончил институт, где-то работал, вроде женился. Я тоже закружился в житейском водовороте и мы потерялись.


Кто-то мне говорил, что он уехал во Францию, реставрировать старинные замки, что скупают там новые русские.


Кто-то сказал, что его пристрелили в элитном ночном клубе.


Все может быть в его случае.


По мне, так пусть он живет во Франции.



© Сергей М, 2006.

Показать полностью
581

Чёрный четверг

Давеча произошел такой разговор. Я- я, коллега -к.

я: ходил куда-нибудь на черную пятницу?

к: фигня всё эта ваша черная пятница. Вот у меня в универе в общаге черный четверг был!

я: ?

к: прогуляв пары в четверг, пошел днем в общую на весь корпус душевую, без отдельных кабинок и перегородок естественно, а тааам...! А там, как я позже узнал, почему-то именно днем и именно в четверг любили мыться студенты африканцы. Ничего страшного, конечно, но картинка до сих пор иногда перед глазами всплывает.

1044

Абитура.

При Омском танковом училище собрали абитуриентов со всего СибВО. Командование решило что чем каждому абитуриенту выдавать проездные до училища, в которое он хотел поступать и оплачивать ему командировочные, проще собрать всех в одном месте, провести вступительные экзамены и уже затем, поступивших отправлять к месту учёбы.



Тем, кто действительно собирался стать кадровым военным, такое решение было даже немного на руку. Всё же сдавать экзамены при училищах было немного сложнее, экзаменационная комиссия более придирчиво относилась к тем, кого впоследствии эти же преподаватели будут обучать. Неприятно удивило это решение лишь тех, кто просто хотел «откосить» от службы месячишко, да прокатиться через полстраны на казённый кошт.



Ваське было это решение параллельно. С одной стороны, он действительно очень хотел стать офицером. А с другой… отмаявшись на КМБ, а затем пройдя «боевое крещение» в роте, которую окрестили в дивизии «маленьким дисбатом», ему просто очень хотелось хотя бы на недельку сменить обстановку.



Неприятности начались с самого написания рапорта. Улуча минутку, когда в канцелярии остался один командир роты, Васька постучался в дверь:


- Да!- Рявкнул гулким басом ротный. Васька отворил дверь, сделал пару шагов, и отрапортовал:


- Товарищ капитан! Разрешите обратиться!


- Чего тебе, боец?! В узбеки решил перекреститься?! Тоже сержантом хочешь стать?!


- Никак нет, товарищ капитан. Русский я. И сержантом не хочу.


- А чё так? Весь твой узбекский призыв, почти в полном составе, неделю меня достаёт. Все хотят в учебку. Если весь урюк, который они мне наобещали, в роте сложить, то вам на улице спать придётся!!!


- Я с Урала, товарищ капитан. Урюк у нас не растёт. А я хочу рапорт написать, на поступление в военное училище.


- А-а-ахренеть!!! Военный, ты с дуба гикнулся?! Иди служи! Через год придёшь!


- В таком случае, разрешите обратиться к начальнику штаба батальона, товарищ капитан!


- Упрямый значит? – Ротный заинтересованно взглянул на Ваську, затем заорал:- Дневальный!!! Старшину роты ко мне!!!- Затем опять оглядел с ног до головы своего бойца, предложил:- Ну что ж, тогда присаживайся, будущий коллега.



Через пару минут прибежал старшина, прапорщик Данилов.


- Вызывали, товарищ капитан?


- Проходи садись, Данилыч. Старшина, я смотрю у нас в роте, личный состав от безделья изнывает? И от того безделья, у них в головах всякие странные кунштюки появляются.


- Никак нет, товарищ капитан! Личный состав при деле, занимается по распорядку!


- Данилыч. Я не видел в распорядке дня пункта, о вытрахивании мозга командиру роты.


- А что случилось, товарищ капитан?


- Ладно старшина, об этом потом. Дай с бойцом разобраться.- Обратившись к Ваське, продолжил:- В общем так, боец. Согласно приказу командира дивизии, учебное подразделение для подготовки абитуриентов ВВКУ формируется через две недели. Вот к концу второй недели, если не передумаешь, то придёшь и мы с тобой напишем рапорт. И вместе с тобой отнесём его в штаб дивизии. Свободен!



Подождав пока за солдатом закроется дверь, ротный спросил:


- Ну и что мы с этим кадром делать будем, Данилыч?


- А что мы с ним сделать можем? Если рапорт не примешь, так он начштабу его отдаст. Кстати, и в приказе про это сказано, что военнослужащие пишут рапорта на имя начальника штаба дивизии, и подают его или непосредственным командирам, ИЛИ в штаб батальона или дивизии. Перепрыгнет через голову, и будешь ты свою майорскую звезду ещё год ждать.



- Ну а ты понимаешь, что если я сейчас у него рапорт приму, то все чуреки которые вчера жаждали стать сержантами, сразу же возмечтают стать офицерами? Ладно твои мордовские земляки, они и призывом старше, и никто не знает что они рапорта подали. А если я рапорт приму у пацана с их призыва, то все пятнадцать узбеков через две недели свалят в подготовительную группу. Плюс 6 твоих земляков. А начался дембель. И уже через 2 недели, нам с тобой некого будет в караул и наряды выставлять. В общем так, старшина. Пусть твоя мордва попрессуют его, чтоб глупости из башки вылетели.


- Не жалко мальчишку, Степан Ильич? Сломают ведь его «фазаны».


- Мне нас с тобой жалко. Я-то ещё ладно, не будет людей, я начальником караула перекантуюсь. А по столовой и во внутренний, ты ходить будешь вместе со взводными и во главе с замполитом. Кстати где он? Пни его ко мне, если встретишь. Ну а сломается если пацан… туда ему и дорога. А выдержит,- сам сопроводиловку напишу такую, что хоть сразу в Академию Генштаба без экзаменов примут.



Следующие десять дней, стали для Васьки сущим адом. Бить его особо не били. Во-первых по войскам шла очередная кампания «по борьбе с дедовщиной», и за любой синяк можно было угодить в дисбат. А бить без синяков, было удобно только того кто не сопротивлялся. Васька сопротивлялся. Озлобленно, словно зверёк загнанный в угол, он отбивался от нескольких «фазанов». А так как ему было по хрену на синяки, то в ход шло всё: кулаки, ремень, зубы. После трёх уроков «оборзевшего щегла», пятеро солдат отслуживших по году, щеголяли синяками на мордах, разной степени фиолетовости и размера. Ещё у двоих были сломаны носы. Досталось конечно и Ваське, ему сильно отбили почки или какие-то другие потроха, и от каждого резкого движения, его от паха до грудины пронзала резкая, дикая боль.



«Учителей» с разбитыми мордами, выставлять в наряд было никак нельзя. Так как на дивизионном разводе, заступающих в наряды и караулы осматривало дивизионное начальство. Старшина роты понял, что если «учёба» продлится теми же темпами, то дежурным по роте или столовой, он рискует заступить уже через неделю. Тактика «учёбы» сменилась. Стали давить «законными» методами.



Подшитый вечером на ХБ подворотничок, к утру волшебным образом испарялся. На утреннем осмотре Ваське объявлялись наряды вне очереди. Которые он дежурил с теми же «учителями». Все десять дней Васька практически не спал. В столовой, он так же «чудесным» образом оказывался за столом не со своим отделением, а в компании старослужащих. Соответственно все десять дней, он практически ничего не ел.



Уроженцы «солнечного Узбекистана», насмотревшись на Васькино «учение», благоразумно перестали доставать ротного. Даже трое земляков старшины, втихаря сходили к ротному и забрали свои рапорта.



Параллельно с Васькиным «учением» в роте стали происходить странные ЧП. Сначала 9 старослужащих, вместе с которыми обедал Васька, угодили в инфекционное отделение госпиталя с подозрением на дизентерию. После обеда, все девятеро не успев добежать до казармы, притулились за мусорными контейнерами, обдристав всё вокруг в радиусе десятка метров. Списали всё на сало присланное в посылке, которым угощались на обеде старослужашие.


Затем одного из самых «заслуженных учителей» укусил каракурт, прямо в постели. Откуда под простынёй, в казарме на третьем этаже, взялся ядовитый паук, выяснить не удалось.



В один из дней, сразу у десяти солдат и сержантов роты, появилась на шеях странная сыпь. Их на всякий случай также отправили в изолятор.


Апофеозом «странностей» стали взорвавшиеся «дембельские» сапоги замстаршины роты. Он первым из роты уходил в дембель, и вот во время прощания с сослуживцами, под марш «Прощание славянки» он пошёл строевым шагом, чеканя шаг…


Учитывая что замстаршины был уже практически гражданским человеком, и не желая вешать на роту ЧП, командир роты со старшиной засунули его в гражданскую больницу. Ступни врачи спасли, но дембель попал домой не скоро.



Прапорщик Данилов подошёл к двери канцелярии, постучался, и не дожидаясь ответа, вошёл.


- Разрешите, товарищ капитан?


- Вошёл уже. Опять что-то случилось?


Старшина постучал по столу:


- Тьфу, тьфу, тьфу. Пока ничего. Сегодня.


- Ну а чего тогда? Ну если уж пришёл, наливай чайку. Попьём.


- Не, спасибо товарищ капитан. Я уже неделю и пью и ем, только то, что из дома приношу. В сейфе храню.


- Чё это ты? Дизентерии боишься?


- И её тоже. Степан Ильич, когда там абитуриентов этих, собирать начнут?


- Да уже. Казарму им выделили, и уже из некоторых полков стали откомандировывать. А что?


- Это. Степан Ильич, рапорта земляков моих, выбросить можешь. Не хотят они уже поступать.


- Почему?


- Да сволочь этот, Башкирцев который, напугал их. На тумбочке он ночью стоял. А когда его сменили, он книжку забыл. Так пацаны с этой книжкой ко мне прибежали. От той книжонки я и сам в осадок выпал.


- Что за книжка-то?! Что ты кота за хвост тянешь?!


- «Яды растительного и животного происхождения» называется. Товарищ капитан, отправляй его нахер, быстрей! 19 человек на больничке уже! Не считая дембеля.


- Ты думаешь что это он всё закрутил?


- А кто??? Когда у нас ещё такое было? 20 человек, за 10 дней в госпитале?!



Желающих стать офицерами, с дивизии собралось немного. Всего 40 человек, из части с полуторатысячным личным составом. Видимо и в остальных подразделениях командиры были не в восторге от оттока военнослужащих. По сроку службы наблюдалось редкое единообразие. 37 человек отслужили по году. 1 человек отслужил полтора. Один уже должен был уехать домой, но написал сразу два рапорта. Один на поступление в ВВКУ, другой на сверхсрочную службу. Ну и Васька Башкирцев, отслуживший всего полгода.



Количество жаждущих защищать Родину уменьшилось вдвое в первый же день. Когда было объявлено, что после подготовки абитуриенты поедут не в места экзотические и обетованные, вроде Владивостока, Калининграда или Питера а в прославленный город Омск, находившийся всего в сутках езды, 15 человек сразу же позабирали рапорта и вернулись в части.



Ещё через день сразу трое отправились в госпиталь с дизухой. На улице буйствовала весна, и вместе с сиренью и черёмухой, в части пышным цветом расцветала эпидемия дизентерии. Поэтому дивизионное начальство, от греха подальше, и ради сохранения здоровья будущих коллег-офицеров, оставшихся абитуриентов заперло в одном из дальних учебных корпусов, со строжайшим приказом даже в курилку выползать пореже.



Замначштаба по физподготовке, которого назначили ответственным за процесс подготовки абитуриентов, появился в корпусе всего однажды. Назначил старшину Мамедова (того самого, который уже дома должен был быть) своим заместителем, пообещал что если кто совершит залёт, то до самого дембеля будет слезать с турника, только чтоб отдохнуть во время шестикилометрового маршброска, и исчез.



Чтоб не заморачиваться с доставкой абитуриентов в столовую и обратно, командование вновь поступило мудро. Так как учебный корпус предназначался и для проживания, в нём имелась и кухня с соответствующим инвентарём. А посему, будущим офицерам привезли сухпай и всяческие крупы и макароны, из расчёта на 20 человек и на месяц.


Прошаренные «фазаны», быстро сообразив что тушняк, сгуха и масло, это практически свободноконвертируемая валюта, шустро организовали обмен пары ящиков на водку. И вечером закатили шумный банкет, в честь приобщения к славной когорте «абитуры».



Посреди банкета, в чью-то светлую голову пришла гениальная мысль о несправедливости существующего миропорядка. Посовещавшись, они пришли к общему решению, что так как их было подавляющее большинство, то и рулить в данном коллективе должны они. И всей толпой пошли смещать с руководящего поста старшину Мамедова.



Тот о демократии не имел даже отдалённого понятия. Зато обладал дьявольской вспыльчивостью, проворностью камышового кота и приличных размеров кулаками. В первые же несколько секунд «переворота», ниспровергатели потеряли троих бойцов, с травмами разной тяжести.


Васька и третий представитель меньшинства уже сообразили, что при наступлении торжества демократии, их ждёт судьба угнетаемой прослойки и моментально вмешались в перераспределение властных функций. Победили организованность, азербайджанская ловкость Султана Мамедова, казахская невозмутимость и напористость Таукена Акташева и природная русская смекалка Васьки Башкирцева.



РЭволюционЭры разбежались и забились по щелям, откуда были с помощью пинков и зуботычин извлечены на свет. Старшина выстроил всех на ЦП и объявил что с этой секунды, в их маленьком коллективе наступает покой и благодать. По законам и правилам предписанным уставами СА. Всякое отступление от буквы уставов будет караться единственным действенным методом в этих условиях,- членовредительством.


Поскольку в уставах, да и в армии вообще, особая роль отведена чистоте и порядку, то до поздней ночи (или раннего утра) весь дружный коллектив занимался приборкой.



Закономерно что к вечеру абитуриентов осталось всего пятеро…


Через месяц «подготовки» абитуриенты поехали в Омск.



Экзамены шли своим чередом. Васька уже написал сочинение. Сдал устную математику пожилой тётеньке, и наполовину отбрехался, наполовину та просто его пожалела, и всё же сдал и математику. На контрольной, заранее изучив схему раздачи вариантов, сел так чтоб был с Таукеном один и тот же вариант, и тупо списал контрольную. Но на всякий случай влепил пару ошибок.



В этот день сдавали физику. Погода была замечательная, настроение приподнятым, и вообще всё было замечательно. За физику Васька не волновался в принципе, это был единственный предмет, по которому он имел уверенные знания, и не только в объёме средней школы. Экзамен принимал пожилой, седовласый мужчина в форме полковника.



Билет попался лёгкий, минут за 5 Васька накидал план ответов по вопросам, решил задачу, и занялся разглядыванием аудитории. Профессор ( уже позже, Васька узнал, что сдавал экзамен действительно профессору, имеющему учёные степени в нескольких областях науки и проректору ВВКУ ), увидев отсутствующий Васькин взгляд, строго спросил:


- А вы молодой человек вижу уже готовы?!


- Так точно, товарищ полковник!


- Вы уверены? У вас ещё много времени на подготовку в запасе.


- Уверен товарищ полковник! И готов отвечать.


- Ну что ж, прошу к столу.



Васька уверенно начал тарабанить ответ на первый вопрос. Полковник после нескольких слов, его прервал попросив переключиться на следующий вопрос. Все ответы заняли буквально с минуту. Посмотрев решение задачи и спросив откуда получилось какое-то значение, прервался. Откинулся в кресле, внимательно оглядел Ваську.


- Молодой человек, не потрудитесь ответить на несколько дополнительных вопросов? Вы можете отказаться, твёрдое «отлично» вы уже заработали.


- Мне торопиться некуда, товарищ полковник.



«Ответы на несколько дополнительных вопросов» плавно перетекли в беседу, изредка переходящую в дискуссию по каким-то спорным вопросам. Продолжалось это больше часа, за это время профессор автоматически штамповал в ведомости положительные оценки всем желающим сдать экзамен.


Наконец открылась дверь аудитории, и заглянувший в неё дежурный по учебному корпусу, сообщил что за полковником прибыла машина.


- Ну что ж, молодой человек. Очень интересно было с вами пообщаться. Жаль что поступаете не в наше училище, был бы рад такому курсанту!- Профессор попрощался и ушёл.



Через два дня вывесили результаты экзаменов. Васька нашёл в списках свою фамилию. Всё было вполне ожидаемо, как и дважды до этого. Физика,- отлично. Сочинение,- хорошо. Математика устно,- удовлетворительно. Математика письменно.- плохо. Даже особого огорчения или разочарования не было. Ну, никак с математикой было, просто никак. Он отошёл от стенда, сел на лавочку и закурил. Какие-то мысли медленно ворочались в голове. Над Васькой, застывшим в позе Роденовского мыслителя, раздался голос:


- Здравствуйте молодой человек! Задумались о будущей карьере полководца?


Васька подскочил, увидел давешнего полковника-физика, на этот раз бывшего в цивильном костюме.


- Здравия желаю, товарищ полковник!


- Ну что ж вы так кричите?! В гражданском я, можно и просто по-людски поздороваться.


- Ой! Извините товарищ профессор. Здравствуйте!


- Ну вот, это другое дело! Можно вас поздравить? Когда к месту учёбы отбываете?


- Нет, поздравлять меня не с чем. А отбываю завтра, к прежнему месту службы.


- Как так?! Что случилось?


- Да всё как обычно. Не сдал экзамен, и посему ждёт меня родная часть.


- Так. Сочинение наверное плохо написали? Обычное дело, естественникам тяжело гуманитарные науки даются. Но вы не огорчайтесь, подготовитесь за год, и обязательно поступите на следующий год.


- Нет, товарищ профессор. Хватит мне уже поступать. Не поступил с третьего раза, знать не судьба. Ну и хватит её испытывать. А не сдал я математику, непростые у меня с ней отношения.


- Но это же невозможно! Иметь такие блестящие знания по физике, и не сдать элементарный экзамен по математике! Это нонсенс!



Васька грустно улыбнулся:


- Нонсенс перед вами стоит.


Профессор на минуту задумался, затем сказал:


- К сожалению результаты экзаменационной комиссии, даже мне не под силу изменить. Но в некоторые военные училища в этом году огромный недобор. Если память мне не изменяет, то в Самаркандское училище вас могут взять, в Уссурийское артиллерийское училище недобор. Более подробный список я сейчас вам принесу, подождите меня здесь.


- Не стоит, товарищ профессор. Я же не ради абы каких звёздочек поступал. Я именно в Рязань хотел. Не судьба, значит не судьба. Ничего не попишешь.



Профессор вновь задумался. Затем задумчиво стал говорить:


- Не знаю. Не знаю. Правильно ли я делаю. Скажете ли вы мне спасибо впоследствии, или проклинать будете. Есть один вариант, вам в следующем году начать учёбу в выбранном вами ВВКУ. Давайте сделаем так. Сейчас сходим в штаб, там я предупрежу чтоб вас с довольствия не снимали и командировку продлили до особого распоряжения.



В штабе профессор распорядился чтоб рядового Башкирцева оставили при училище до особого распоряжения полковника Семёнова. Штабные, при упоминании этой фамилии как-то сразу поджались, и оглядели Ваську сострадательными взглядами.



Время тянулось утомительно медленно. Абитуриенты из войск очень быстро разъехались. Кто к местам учёбы, кто к местам прежней службы. Уехали, тепло попрощавшись и Васькины друзья. Султан поехал в родной город Баку, учиться в тамошнем ВВКУ, а Таукен в Алма-Ату, учиться в Алмаатинском общевойсковом военном училище.



Палаточный городок опустел, и брезентовые шатры сиротливо стояли в ожидании следующего потока абитуры, на этот раз с гражданки. Ни к работам ни к нарядам Ваську не привлекали. Солдаты из роты обслуживания, обходили стороной этого бесцельно болтающегося типа, не зная чего от него ожидать. Немного сошёлся он лишь с несколькими курсантами, оставшимися при училище то ли из-за неуспеваемости, то ли по каким другим причинам. Они с уважением отнеслись к знаку «Гвардия» на груди у Васьки, и хоть тот ничего героического им рассказать не мог, но с ним охотно общались, и даже пару раз приглашали на маленькие сабантуйчики.



К исходу второй недели, в опустевший городок прибежал посыльный из штаба. Отыскав Ваську, объяснил что вызывают его в штабной корпус, в кабинет 302 к полковнику Семёнову. Оглядев Ваську с ног до головы, солдатик спросил:


- Слушай, а чего от тебя ГРУ понадобилось?


Васька, недоумённо глянул на посыльного:


- Что за Гру? Так меня Семёнов или Гру вызывает?


- Да ладно, ладно. Нафиг мне ваши секреты!- И умчался обратно в штаб.



Оправив гимнастёрку и подтянув ремень, поплёлся в штаб и Васька, меланхолично размышляя по пути о множестве всяких чудных фамилий в СССР. Вот в роте у них, замполит был по фамилии Пупу, теперь какой-то Гру нарисовался…



Перед дверью в кабинет №302, Васька опять поправил обмундирование, постучал и дождавшись приглашения вошёл. В кабинете за столом сидел человек средних лет, в кителе с майорскими погонами и петлицами танкиста. Васька доложился. Майор поднял голову от бумаг лежащих перед ним:


- Ну проходи, присаживайся. Гвардии рядовой Башкирцев.


Майор несколько минут опять вчитывался в лежащую перед ним толстую папку, изредка поглядывая на Ваську.


- Почему вопросов не задаёшь?


- Зачем? Надо будет, сами всё объясните.


- Логично. И совсем не удивило что вызывали к полковнику, а разговариваешь с майором?


- Слишком много вариантов чтобы гадать. Поэтому принял всё как есть.


- Хм. Опять логично. Если я тебе скажу что я и есть полковник Семёнов, удивишься? Потребуешь подтверждений?


- Удивлюсь конечно. Но что-то требовать не имею права. А насторожиться,- насторожусь.



Майор рассмеялся. Затем вынул из кармана кителя удостоверение, и протянул его Ваське.


- Читай, чтобы не было настороженности.


Васька сравнил фото с оригиналом, прочитал фамилию и звание. Выходило что перед ним сидел действительно полковник Семёнов. Вернул удостоверение.



Затем майор-полковник продолжил:


- Я вот твоё личное дело читаю. Редко я встречал, чтоб на восемнадцатилетнего пацана, такое досье накопилось. Давай сразу договоримся, я у тебя спрашиваю о том, что меня заинтересовало, а ты отвечаешь максимально честно. Хорошо?


- Так если весь этот талмуд обо мне, так мне и рассказывать нечего будет.


- Ну про некоторые моменты, мне именно от тебя услышать хотелось бы. Например вот справка из военкомата и из контрразведки, что тебя в 75м году, задержали возле секретного объекта. Мне интересно как ты оказался возле него, в тайге, в 50ти километрах от посёлка?


- Честно отвечать?- Полковник утверждающе кивнул. Васька глубоко вздохнул, и начал рассказывать:- За кладом я пошёл. В книге прочитал, что когда разбили войско Пугачёва, то не нашли его казну. В другой книге было написано что возможно с казной сбежал соратник Пугачёва,- Салават Юлаев. Я долго копался в книгах и картах, и решил что казну могли спрятать в наших местах. А в горах, в полусотне километров и несколько пещер подходящих имеется. Вот я туда и отправился. Родителям сказал что с друзьями, к их родне в деревню уходим, а сам туда.- В рассказ вклинился полковник:


- Что, так все полсотни вёрст, по тайге и через горы?


- Не-е-е. Километров 30 с лесовозами проехал. А дальше в сторону от дороги нужно было, дальше пешком.


- Ночью страшно было?


- Нет. Чего бояться? Идти только трудно, ветки по глазам норовят хлестнуть. Пришлось на ночь остановиться. Ну а на следующий день меня и поймали. Только в справках этих, брехня. Не возле объекта меня выловили, а на объекте. Когда я дверь в скале пытался открыть. Но меня подполковник очень просил сказать, что выловили меня за три километра до объекта. Ну я и сказал, дяденька хороший был, сгущёнкой меня угощал.



Полковник несколько секунд рассматривал Ваську.


- А сам не брешешь? Я хорошо знаю систему охраны таких объектов. Там несколько периметров сигнальных датчиков и мин. Пройти их, даже зная схему расположения, трудно.


- Зачем мне врать? Это давно было. Просто скучно идти было, вот я и играл в индейцев. А первая заповедь индейских следопытов такая: «Если ты видишь место, где сам бы поставил капкан или сделал засаду,- обойди его». Вот я и обходил.



Полковник опять помолчал.


- Хм-м. Тогда с тебя и подписку взяли. На моей памяти, это впервые чтоб у 13ти летнего пацана, подписка о неразглашении такого уровня была. Хорошо, давай следующий момент. В 78м году, у твоего соседа сгорела машина. Он подавал на тебя заявление в милицию, но его не приняли, так как машина у него загорелась на ходу, и далеко от дома. В акте экспертизы написано что возгорание произошло из-за неисправности электропроводки. Но сосед абсолютно был уверен, что это твоих рук дело. Расскажешь?


Васька, уже в который раз тяжело вздохнул.


- Так и посадить могут ведь.


- Обещаю что из этого кабинета, ни одного слова не выйдет.


- Придётся верить. У этого гада, пацаны ночью яблони обобрали и ветки поломали. А он на следующий день меня выловил. Пьяный в дым, и с ружьём. Из двух стволов, картечью мне под ноги выстрелил. Он здоровый сильно, сволочь. Я бы с ним не справился, а отомстить хотелось. Я заикаться из-за него сильно стал. Сначала хотел дом спалить, но у него детишки маленькие были,- жалко. А тут он «Жигули» новенькие купил. Пылинки с них сдувал. Вот я по самому больному и ударил. Уверен что даже если бы его дети сгорели, он бы так не убивался. Гад. Жмот.


- А если бы в машине дети были? И как ты это сделал?


- Семью он только на мотоцикле возил. А на машине ездил всегда один, и только в областной центр. А как… Химией я увлекался. Смесь азотной и серной кислот залил в воздушный шарик. Шарик сунул в бензобак. Постепенно бензин проел резину,- реакция и возгорание.



Долго Васька рассказывал про свои фокусы по-малолетству, наконец перешли к последним событиям:


- Вот бумажечка интересная. Про 9 дембелей-дристунов, и одного дембеля который в космос рещил без ракеты взлететь. Рассказывай. За что и как.



Васька, прихлёбывая крепкий чай с печенюшками, которым его угостил полковник, начал рассказывать:


- Прессовали меня сильно. В столовую, за стол всегда с дембелями сажали, так они твари, даже щей из тухлой капусты мне поесть не давали. Про пурген знают все, да и растворяются таблетки не так, как нужно. А вот что перекись водорода, тот же пурген только жидкий, мало кто знает. Вот я пару ампул им в компот и вылил.



Ну а замстаршины, очень любил смотреть, как я с фазанами дерусь. Учил их, да и сам исподтишка пнуть старался. А когда я к нему рвался, чтоб морду разбить, убегал быстренько. За пару месяцев до дембеля, он кандидатом в члены партии стал, ротный ему характеристику написал, для поступления в школу милиции. Очень он ментом хотел стать. Его счастье, что я бертолетки не нашёл, по самые муди бы ампутацию ему произвёл. А с фосфором и селитрой со спичечных коробков, совсем не тот эффект…



Выслушав Васькину исповедь, полковник долго молчал, о чём-то размышляя. Затем продолжил беседу:


- Да-а-а, Василий. С одной стороны, ты самое то, что для ГРУ нужно. А с другой, так даже я тебя опасаться начинаю.


- Товарищ полковник, а кто такой этот Гру? Мало ли что я ему нужен, а может он мне параллелен?



Полковник изумлённо воззрился на Ваську:


- Башкирцев, совсем ты меня удивил. Такие знания в тебе плещутся, а что такое Главное Разведывательное Управление Генерального Штаба Министерства Обороны не знаешь???!!!


- Как-то не слышал, теперь буду знать.



Через два дня, гвардии рядовой, Василий Башкирцев был откомандирован на спецкурсы от 5го отдела ГРУ.



© Александр Новиков 37

Показать полностью
6021

Когда нервы – стальные канаты

Эту историю рассказал нам на лекции преподаватель психологии.


Проводили мы как-то исследование уровня волнения студентов во время экзамена. Нашли добровольцев, нацепили всем датчики, сами за компьютером снимаем показания и наблюдаем за ходом эксперимента. Замечаем, что самые большие пики волнения приходятся на время входа в аудиторию и в момент, когда берется билет. Неожиданно, видим нехарактерную реакцию. Один студент демонстрирует завидное спокойствие и в первом и во втором случае. Мало этого, когда он отвечал, а затем выходил из аудитории – все ровно! Вот это выдержка! Вот это самоконтроль! Стало нам интересно, как сдал экзамен студент, на хорошо или на отлично? Посмотрели ведомость, а там стоит… неуд.

Когда ничего не знаешь, нет причин волноваться, что попадется не тот билет.
65

О Брежневе, сибирском самогоне и единственном разе, когда пьянка принесла дивиденды

А я ведь в олимпиаде участвовал. В самой настоящей, всероссийской по физике.


Дело было в сентябре 1988 года. Только на второй курс физфака нашего Калмыцкого госуниверситета перешел. И встречается в коридоре декан наш, Василий Леонидович. Позже я понял, что в тот раз на этом месте любой мог оказаться. Но в тот день и час по тому коридору навстречу декану шел только я. “Поедешь на олимпиаду по физике в Пермь”, — не терпящим возражений тоном заявил декан, довольный тем, что быстро нашел жертву. Через пару дней я вылетел на Урал.


Дорога оказалась длинной, с посадкой в Волгограде и пересадкой в Набережных Челнах. Тогда ещё Набережные Челны звались Брежневым и имели аэропорт точь-в-точь, как в Элисте. Вот в этом близнеце пришлось просидеть пять часов в ожидании самолета на Пермь. С учетом смены часовых поясов дорога заняла световой день. Прибыл в Пермь, когда уже стемнело. Поселили в общежитии пермского университета. Хилтону общага проигрывала трехместным расселением по апартаментам.


Соседями оказались два бородатых мужика, представившиеся студентами Томского и Омского вузов. Верилось слабо. Я думал, что разница в возрасте между нами минимум двукратная. Но будучи парнем вежливым и дипломатичным, сделал вид, что рад знакомству. После минутных формальностей вручили стакан, указали на трехлитровую банку самогона и начался марафон длиною в ночь.


Пили мощно. С гитарой, хождением по общежитию в безуспешных (маржинальностью 0%) поисках женщин, цеплянием таких же олимпийцев из других регионов, прятанием от местного патруля в коридорном туалете. Помню плохо, точнее не помню вовсе, но определенно ночь закончилась мирно.


А страшным и противным утром должно было вставать и идти на первый тур олимпиады.


Об олимпиаде много рассказать, собственно, и не получится. Собрались, как оказалось, студенты старших курсов со всей России, чтобы порешать задачки, с которыми даже в нормальном состоянии не то, что справиться, сформулировать не смог бы. А тут после веселой самогонной ночи...


Но задание было получено. Тупо просмотрено. В течение трех часов надышано перегаром. Глупо, безграмотно и неразборчиво почёркано в черновике. Сдано и забыто.


А через три часа узнал, что вот второй тур не прохожу, так как занял 43-е место из 45. Ведь бородатые соседи олимпийской борьбе предпочли борьбу с абстинентным синдромом. Короче, не явились сибиряки.


Дома ждал триумф, пятерки на сессии и особое расположение декана физфака. А все из-за сознательности, молодецкого здоровья, веры в светлое будущее и обязательном закусывании после каждой рюмки.

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: