Джио Россо
Когда ты устанешь меня держать и в мутный пруд зашвырнешь блесну, колосьев спелых погибнет рать, остынет солнце. И я уйду.
Шестое, май, говорит Весна. С рассудка счистив коросту ржи, на землю бросив ненужный хлам, себя отправлю в другую жизнь. Надев рюкзак, завязав шнурки, взяв сигареты и пару книг, и не коснувшись твоей руки, корабль направлю на материк. И дикий пес побежит за мной, и черт, играющий на трубе. Дорогой долгой, тропой кривой, я двинусь в путь от тебя к себе. Шагая под проливным дождем, из звезд слагая свой гороскоп, тьму препарируя фонарем, сбивая головы колосков, я буду петь о своей любви, упрямо верящей в чудеса. Ботинком пыльным чеканя ритм, шагая слепо, закрыв глаза.
Когда я стану тебе чужим, и до оскомины на зубах, сожги меня, как сжигали Рим и над колодцем развей мой прах. А сердце ты закопай в лесу, где над могилой сова кричит. И я уйду, навсегда уйду. Так не ищи меня, не ищи.
Но в кабаке, допивая джин,
в объятьях девушки в юбке-клёш,
глотая джаз и табачный дым,
я буду верить,
что ты
найдешь.
Это тоже неповторимый Джио:
Спокойной ночи, Мария.
Я твой подкроватный монстр.
Силой своей любви я
делаю теплым воздух
в доме твоем,
где нет камина и печки,
и даже горящей свечки,
мерцающей на столе.
Пожалуйста, не болей.
Пей нагретое молоко,
закатанных рукавов
остерегайся.
Тщательней одевайся
в вязанные свитера.
Не сиди до утра
с заумными книжками.
Не улыбайся мальчишкам
из соседнего двора.
По вечерам
я вижу твои ступни
маленькие и босые,
через узкий просвет
между кроватью и полом.
Я видел тебя голой,
расстроенной, плачущей, злой.
Я видел тебя собой.
Я видел тебя любой.
Такой, как никто другой
никогда не увидит.
Я твой самый верный зритель.
И пусть у меня нет роз,
и даже искусственных лилий.
И пусть твои подмост
ки -
всего лишь дощатый пол,
прими мою любовь,
безмолвную, как огонек,
блуждающий в темноте.
На остром твоем плече
есть родинка в форме зайца.
Пожалуйста, не влюбляйся
в плохих людей.
И, заправляя постель,
не заглядывай под кровать.
Я хотел бы тебя целовать
и баюкать наших детей.
Но покуда я всего лишь тень -
я стану тенью твоей,
твоей бессменной охраной.
Не просыпайся рано.
Не улыбайся печально,
не позволяй отчаянию
взять верх.
И когда ты сидишь на полу,
прислонившись спиной к кровати,
и наблюдаешь игру
каких-то дурацких актеров,
от сухости сводит горло,
я чувствую запах кожи,
твоей.
И так мучительно-сложно
сдерживать себя.
И в тысячный раз повторяя:
“спокойной ночи, Мария”,
отчаянно жажду быть тем,
кто будет держать твою руку
и каждый день говорить тебе:
“счастливого
тебе
утра”.
Мои пустые внутренности заполнены стихами этого автора. Каждой точкой и каждой запятой. Определенно, это то самое, что я искала. Пропитаны простотой и карамельным ликером, стекающим к горлу, мучительно-сладко перехватывая дыхание.