238

Джек Лондон: КАК Я СТАЛ СОЦИАЛИСТОМ

Джек Лондон: КАК Я СТАЛ СОЦИАЛИСТОМ Джек Лондон, Социализм, Общество, Политика, Длиннопост

"Я ничуть не отступлю от истины, если скажу, что я стал социалистом примерно таким же путем, каким тевтонские язычники стали христианами, - социализм в меня вколотили. Во времена моего обращения я не только не стремился к социализму, но даже противился ему. Я был очень молод и наивен, в достаточной мере невежествен и от всего сердца слагал гимны сильной личности, хотя никогда и не слышал о так называемом "индивидуализме".


Я слагал гимны силе потому, что я сам был силен. Иными словами, у меня было отличное здоровье и крепкие мускулы. И не удивительно - ведь раннее детство я провел на ранчо в Калифорнии, мальчиком продавал газеты на улицах западного города с прекрасным климатом, а в юности дышал озоном бухты Сан-Франциско и Тихого океана. Я любил жизнь на открытом воздухе, под открытым небом я работал, причем брался за самую тяжелую работу. Не обученный никакому ремеслу, переходя от одной случайной работы к другой, я бодро взирал на мир и считал, что все в нем чудесно, все до конца. Повторяю, я был полон оптимизма, ибо у меня было здоровье и сила; я не ведал ни болезней, ни слабости, ни один хозяин не отверг бы меня, сочтя непригодным; во всякое время я мог найти себе дело: сгребать уголь, плавать на корабле матросом, приняться за любой физический труд.


И вот потому-то, в радостном упоении молодостью, умея постоять за себя и в труде и в драке, я был неудержимым индивидуалистом. И это естественно: ведь я был победителем. А посему - справедливо или несправедливо - жизнь я называл игрой, игрой, достойной мужчины. Для меня быть человеком - значило быть мужчиной, мужчиной с большой буквы. Идти навстречу приключениям, как мужчина, сражаться, как мужчина, работать, как мужчина (хотя бы за плату подростка), - вот что увлекало меня, вот что владело всем моим сердцем. И, вглядываясь в туманные дали беспредельного будущего, я собирался продолжать все ту же, как я именовал ее, мужскую игру, - странствовать по жизни во всеоружии неистощимого здоровья и неслабеющих мускулов, застрахованный от всяких бед. Да, будущее рисовалось мне беспредельным. Я представлял себе, что так и стану без конца рыскать по свету и, подобно "белокурой бестии" Ницше, одерживать победы, упиваясь своей силой, своим превосходством.


Что касается неудачников, больных, хилых, старых, калек, то, признаться, я мало думал о них; я лишь смутно ощущал, что, не случись с ними беды, каждый из них при желании был бы не хуже меня и работал бы с таким же успехом. Несчастный случай? Но это уж судьба, а слово судьба я тоже писал с большой буквы: от судьбы не уйдешь. Под Ватерлоо судьба надсмеялась над Наполеоном, однако это не умаляло моего желания стать новым Наполеоном. Я и мысли не допускал, что с моей драгоценной особой может стрястись какая-то беда: подумать об этом, помимо прочего, не дозволял мне оптимизм желудка, способного переварить ржавое железо, не дозволяло цветущее здоровье, которое только закалялось и крепло от невзгод.


Надеюсь, я достаточно ясно дал понять, как я гордился тем, что принадлежу к числу особо избранных и щедро одаренных натур. Благородство труда - вот что пленяло меня больше всего на свете. Еще не читая ни Карлейля, ни Киплинга, я начертал собственное евангелие труда, перед которым меркло их евангелие. Труд - это все. Труд - это и оправдание и спасение. Вам не понять того чувства гордости, какое испытывал я после тяжелого дня работы, когда дело спорилось у меня в руках. Теперь, оглядываясь назад, я и сам не понимаю этого чувства. Я был наиболее преданным из всех наемных рабов, каких когда-либо эксплуатировали капиталисты. Лениться или увиливать от работы на человека, который мне платит, я считал грехом - грехом, во-первых, по отношению к себе и, во-вторых, по отношению к хозяину. Это было, как мне казалось, почти столь же тяжким преступлением, как измена, и столь же позорным.


Короче говоря, мой жизнерадостный индивидуализм был в плену у ортодоксальной буржуазной морали. Я читал буржуазные газеты, слушал буржуазных проповедников и восторженно аплодировал трескучим фразам буржуазных политических деятелей. Не сомневаюсь, что, если бы обстоятельства не направили мою жизнь по другому руслу, я попал бы в ряды профессиональных штрейкбрехеров и какой-нибудь особо активный член профсоюза раскроил бы мне череп дубинкой и переломал руки, навсегда оставив беспомощным калекой.


Как раз в то время я возвратился из семимесячного плавания матросом, мне только что минуло восемнадцать лет и я принял решение пойти бродяжить. С Запада, где люди в цене и где работа сама ищет человека, я то на крыше вагона, то на тормозах добрался до перенаселенных рабочих центров Востока, где люди - что пыль под колесами, где все высуня язык мечутся в поисках работы. Это новое странствие в духе "белокурой бестии" заставило меня взглянуть на жизнь с другой, совершенно новой точки зрения. Я уже не был пролетарием, я, по излюбленному выражению социологов, опустился "на дно", и я был потрясен, узнав те пути, которыми люди сюда попадают.


Я встретил здесь самых разнообразных людей, многие из них были в прошлом такими же молодцами, как я, такими же "белокурыми бестиями", -этих матросов, солдат, рабочих смял, искалечил, лишил человеческого облика тяжелый труд и вечно подстерегающее несчастье, а хозяева бросили их, как старых кляч, на произвол судьбы. Вместе с ними я обивал чужие пороги, дрожал от стужи в товарных вагонах и городских парках. И я слушал их рассказы: свою жизнь они начинали не хуже меня, желудки и мускулы у них были когда-то такие же крепкие, а то и покрепче, чем у меня, однако они заканчивали свои дни здесь, перед моими глазами, на человеческой свалке, на дне социальной пропасти.


Я слушал их рассказы, и мозг мой начал работать. Мне стали очень близки судьбы уличных женщин и бездомных мужчин. Я увидел социальную пропасть так ясно, словно это был какой-то конкретный, ощутимый предмет; глубоко внизу я видел всех этих людей, а чуть повыше видел себя, из последних сил цепляющегося за ее скользкие стены. Не скрою, меня охватил страх. Что будет, когда мои силы сдадут? Когда я уже не смогу работать плечо к плечу с теми сильными людьми, которые сейчас еще только ждут своего рождения? И тогда я дал великую клятву. Она звучала примерно так: "Все дни своей жизни я выполнял тяжелую физическую работу, и каждый день этой работы толкал меня все ближе к пропасти. Я выберусь из пропасти, но выберусь не силой своих мускулов. Я не стану больше работать физически: да поразит меня господь, если я когда-либо вновь возьмусь за тяжелый труд, буду работать руками больше, чем это абсолютно необходимо". С тех пор я всегда бежал от тяжелого физического труда.


Однажды, пройдя около десяти тысяч миль по Соединенным Штатам и Канаде, я попал к Ниагарскому водопаду и здесь был арестован констеблем, который хотел на этом заработать. Мне не дали и рта раскрыть в свое оправдание, тут же приговорили к тридцати дням заключения за отсутствие постоянного местожительства и видимых средств к существованию, надели на меня наручники, сковали общей цепью с группой таких же горемык, как и я, отвезли в Буффало, где поместили в исправительную тюрьму округа Эри, начисто сбрили мне волосы и пробивающиеся усы, одели в полосатую одежду арестанта, сдали студенту-медику, который на таких, как я, учился прививать оспу, поставили в шеренгу и принудили работать под надзором часовых, вооруженных винчестерами, - и все это лишь за то, что я отправился на поиски приключений в духе "белокурой бестии". О дальнейших подробностях лучше не рассказывать, но я могу заявить одно: мой американский патриотизм с тех пор изрядно повыветрился или, пожалуй, и совсем улетучился, во веком случае после всех этих испытаний я стал куда больше думать и заботиться о мужчинах, женщинах и детях, чем о каких-то условных границах на географической карте


Но вернемся к моему обращению. Теперь, я полагаю, всякому видно, что мой неудержимый индивидуализм был весьма успешно выбит из меня и что столь же успешно в меня вколотили нечто другое. Но точно так же, как я не знал, что был индивидуалистом, так теперь неведомо для себя я стал социалистом, весьма далеким, конечно, от социализма научного. Я родился заново, но, не будучи заново крещен, продолжал странствовать по свету, стараясь понять, что же в конце концов я такое. Но вот я возвратился в Калифорнию и засел за книги. Не помню, какую книгу я раскрыл первой, да это, пожалуй, и неважно. Я уже был тем, чем был, и книги лишь объяснили мне, что это такое, а именно, что я социалист. С тех пор я прочел немало книг, но ни один экономический или логический довод, ни одно самое убедительное свидетельство неизбежности социализма не оказало на меня того глубокого воздействия, какое я испытал в тот день, когда впервые увидел вокруг себя стены социальной пропасти и почувствовал, что начинаю скользить вниз, вниз - на самое ее дно."


Джек Лондон

Из сборника "Борьба классов" (Нью-Йорк, 1905);

впервые опубликована в периодическом издании "Комрид" в марте 1903 года

Дубликаты не найдены

+17

Отличный писатель и умный человек. Противоположность нашим многим классиках, которые утопали в интеллигентских соплях.

раскрыть ветку 2
+2

Многие да, но не стоит забывать, что среди классиков были и те, что могли выйти за границы своего окружения и заставили задуматься других интеллигентов.

раскрыть ветку 1
+4

Это да, я не собираюсь приуменьшать ценность их творчества. Просто Джека Лондона можно назвать цельной натурой.

+7

Один из моих любимых писателей.

+3
Всегда думал, что Лондон для детей. И недавно прочитал Мартин Иден и День пламенеет. Просо в шоке от того,как я ошибался
раскрыть ветку 1
+1

А рассказы, хотел перечислить понравившиеся, но даже не знаю как выбрать, там все жанры: приключения, романтика, драма и т.д.

Например, "ПОД ПАЛУБНЫМ ТЕНТОМ":


- Может ли мужчина - я имею в виду джентльмена - назвать женщину свиньей?

Бросив этот вызов всем присутствующим, маленький человечек вытянулся в шезлонге и медленно допил свой лимонад с видом самоуверенным и настороженно-воинственным. Никто не ответил. Все давно привыкли к маленькому человечку, к его вспыльчивости и к высокопарности его речей.


- Повторяю, я своими ушами слышал, как он сказал, что некая леди, которую никто из вас не знает, - свинья. Он не сказал "поступила по-свински", а грубо заявил, что она свинья. А я утверждаю, что ни один порядочный человек не может так назвать женщину.


Доктор Доусон невозмутимо попыхивал черной трубкой. Мэтьюз, обхватив руками согнутые колени, внимательно следил за полетом чайки. Суит, допив виски, искал глазами палубного стюарда.


- Я спрашиваю вас, мистер Трелор, позволительно ли мужчине назвать женщину свиньей?


Трелор, сидевший рядом с ним, растерялся при этой внезапной атаке; он не понимал, почему именно его заподозрили в том, что он способен назвать женщину свиньей.


- Я бы сказал, - пробормотал он неуверенно, - что это... э... зависит от... того, какая... женщина. Маленький человечек был ошеломлен.


- Вы хотите сказать, что... - начал он дрожащим голосом.


- ...что я встречал женщин, которые были не лучше свиней, а иногда и хуже.

..............

+4

Кто ж по-молодости не интересуется социализмом и вообще всем подрят.

Зато в зрелом возрасте Лондон первым среди американских писателей заработал миллион долларов (это ого-го по тем временам) построил свою яхту, в социализме разочаровался, потом пристрастился к морфию, забросил писательство и в конце концов умер от передоза.

раскрыть ветку 35
+16

Ошибочное высказывание...
Лондон оставался до самой смерти очень щедрым и открытым человеком, чем многие пользовались. А разочаровался он как раз не в социализме, а в американском образе жизни.
Есть прекрасная биография "Моряк в седле" очень советую.

+19
Ну, всё правильно. ДЕГРАДИРОВАЛ в буржуи и дальше.
+12
Очень, кстати, показательная история о том, как капитализм уродует физически и духовно здоровых людей.
Жизнерадостный, трудолюбивый парнишка вначале задумался об опасности физического увечия, со страха и по неграмотности отверг труд, чем положил начало полной собственной духовной деградации.
Теория отчуждения в картинках и красках.
ещё комментарии
0

Разочаровался в социализме, зато остался верен морфинизму навсегда.

раскрыть ветку 1
0

Есть мнение что он таким образом покончил с собой. Тем более что принимал он морфий по показаниям.

+3

Мне не дали и рта раскрыть в свое оправдание, тут же приговорили к тридцати дням заключения за отсутствие постоянного местожительства и видимых средств к существованию(С)

Эх, у нас бы кто - нибудь так с Цыганами поступал...

раскрыть ветку 2
+4

Джек Лондон. Кулау-прокаженный


Оттого что мы больны, у нас отнимают свободу. Мы слушались закона. Мы

никого не обижали. А нас хотят запереть в тюрьму. Молокаи - тюрьма. Вы это

знаете. Вот Ниули, - его сестру семь лет как услали на Молокаи. С тех пор

он ее не видел. И не увидит. Она останется на Молокаи до самой смерти. Она

не хотела туда ехать. Ниули тоже этого не хотел. Это была воля белых

людей, которые правят нашей страной. А кто они, эти белые люди?

Мы это знаем. Нам рассказывали о них отцы и деды. Они пришли смирные,

как ягнята, с ласковыми словами. Оно и понятно: ведь нас было много, мы

были сильны, и все острова принадлежали нам. Да, они пришли с ласковыми

словами. Они разговаривали с нами по-разному. Одни просили разрешить им,

милостиво разрешить им проповедовать нам слово божие. Другие просили

разрешить им, милостиво разрешить им торговать с нами. Но это было только

начало. А теперь они все забрали себе - все острова, всю землю, весь скот.

Слуги господа бога и слуги господа рома действовали заодно и стали

большими начальниками. Они живут, как цари, в домах о многих комнатах, и у

них толпы слуг. У них ничего не было, а теперь они завладели всем. И если

вы, или я, или другие канаки голодают, они смеются и говорят: "А ты

работай. На то и плантации".

+4
Вспомним Джона Рембо- я не бродяга, у меня есть сорок долларов...
0
И тогда я дал великую клятву. Она звучала примерно так: "Все дни своей жизни я выполнял тяжелую физическую работу, и каждый день этой работы толкал меня все ближе к пропасти. Я выберусь из пропасти, но выберусь не силой своих мускулов. Я не стану больше работать физически: да поразит меня господь, если я когда-либо вновь возьмусь за тяжелый труд, буду работать руками больше, чем это абсолютно необходимо". С тех пор я всегда бежал от тяжелого физического труда.

Простите, конечно... Но из этого весьма уважаемого господина такой же "социалист", как из зюгановцев "коммунисты". ))


Человек, считающий физический труд "самым дном" – социалистом быть не может просто по определению.

Будь он настоящим социалистом, то его "клятва" звучала бы примерно так: "Да поразит меня господь, если я не прямо сейчас не начну помогать занимающимся тяжёлым трудом людям не оказаться в пропасти!"...


А так...

Человек всего лишь допёр до необходимости самообразования – поняв, что интеллектуальный труд ценится выше физического (это всё, что следует из его бурного повествования). К счастью для нас всех, его читателей... )))

раскрыть ветку 33
+1
В том и дело, что это одна из самых распространённых на сегодня форм "социалистов". Путающие социализм с "социальной ответственностью бизнеса".
Позднесоветский обыватель по типу "учись, сынок, а то работать придётся", с тем же дерьмом в голове, что и мелкие сегодняшние буржуи - "мы не эксплуататоры, мы организаторы".
Прямо портрет @IronEast. Вопрос лишь в сроках, когда именно эта идеология добьёт и доломает этих несчастных, вместе с их обществом.
раскрыть ветку 22
-4

Это разводка для лохов, вот например вождь мирового пролетариата - товарищ Ленин, никогда физически не работал, к пролетариату ни какого отношения не имеет, и вообще самый настоящий буржуй, так что правильно тебе мамка говорила, зря ты ее не слушал:(

раскрыть ветку 21
-1

До человека дошло, что больше всех в колхозе работала лошадь, но председателем так и не стала.


Надо учитывать специфику того времени - простым тяжелым трудом тогда можно было заработать на еду и одежду.


Банально люди себя убивают на такой работе.


Сейчас тоже самое - чернорабочие получают мало, что бы зарабатывать надо идти в сферы где надо работать головой.

раскрыть ветку 5
0

Да необязательно полностью интеллектуальный труд...


Квалифицированный рабочий тоже получает намного выше чернорабочего. Хотя тоже работает руками – но при этом прикладывая ещё и голову. В которую вложил знания.

Вы же, надеюсь, не считаете "несправедливым", что чернорабочий и высококлассный профессионал получают разные оклады?

раскрыть ветку 4
-2

Человек, считающий физический труд "самым дном" – социалистом быть не может просто по определению.

Я правильно понял: социалист должен отрицать реальность и верить во всякую хуиту типа фей и единорогов?

раскрыть ветку 3
+2

Нет, вы неправильно поняли.

Социалист скажет: "Я улучшу условия трудящихся". Псевдо-социалист скажет: "Фублякошмар, я больше не буду таким заниматься". Разницу видите? Понимаете, к какой категории относится обсуждаемый персонаж? ))

ещё комментарии
-2
От души желаю @filiraene того, что он желает другим
#comment_136195294
Похожие посты
Похожие посты не найдены. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: