День в истории. 26 августа 1382 года⁠⁠

«Не было на Мамая Шекспира, так ведь и Гомера не нашлось. Фантастическая была личность, немеренного честолюбия и авантюризма» (иноагент М.И.Веллер)

"Всё так сложно, всё так запутано..." (Группа "Рабфак")

26 августа 1382 года Тохтамыш захватил и сжёг Москву. Подробности в моей старой статье, там и предыстория, тут коротенечко. Про это сожжение было написано одним предложением в учебнике истории за 4 класс, по которому я учился в шестидесятые, после целого параграфа о Куликовской битве. Кто, что, с кем, зачем?...

Мамай не был чингизидом, лишь женат на дочери такового. Будучи зятем хана, носил титул гурган. Как и старший брат Ивана Калиты московский князь Юрий Данилович, убиенный тверским князем Дмитрием Михайловичем Грозные очи прямо в столице Орды Сарае в качестве мести за донос на отца. Дмитрия, разумеется, тоже казнили.

По причине нечингизидства юридически ханом быть Мамай никак не мог. А хотел. Столица Золотой Орды находилась в низовьях Волги в Сарае, полевой командир Мамай правил в причерноморских степях. Найдя какого-то пацанёнка, объявил его чингизидом, следовательно, законным ханом, пытался править от его имени, на этом основании требовать от Москвы дань.

В это же время в Средней Азии объявился законный чингизид Тохтамыш, пользовавшийся поддержкой Тамерлана. Позже они разосрались и воевали друг с другом. Тохтамыш хотел восстановить законную власть чингизидов, то есть, его лично, в Золотой Орде, посему Мамай был ему враг. Одновременно Мамай был врагом и московскому князю Дмитрию, не желавшему платить дань хэзэ кому.

Столкновение Мамая с обоими было неизбежно. Зная, что Тохтамыш с войском уже идёт из Азии к Европейской равнине, решил сперва устранить Москву из конфликта. Потенциальными союзниками Мамая на тот момент были Великое княжество Литовское и Русское во главе с внуком тверского князя Александра, будущим королём Польши и Венгрии Ягелло и Рязанское княжество.

Опять же в школьном учебнике истории написано было, что Ягелло с войском не успел к месту Куликовской битвы на один дневной переход. По другой версии вмешиваться он и не собирался, также, как рязанский князь Олег просто выдвинулся к границам своего княжества понаблюдать за заварухой, а то вдруг чего. И таки да, после битвы, согласно Л.Н. Гумилёву, литвины нападали на обозы московского войска.

Войско Дмитрия разбило на Куликовом поле Мамая, последний бежал в свои степи собирать новое войско, собрал и через некоторое время где-то на территории современной Донецкой области сошёлся уже с Тохтамышем, ранее шедшим на помощь Дмитрию, своему вассалу и союзнику, но не успевшим.

Битвы между Мамаем и Тохтамышем не случилось, войско первого признало второго законным чингизидом и воевать не стало. Но Мамая отпустили, он бежал в Крым к своим спонсорам- генуэзцам, там ушёл из жизни. Говорят, генуэзцы убили за ненадобностью.

Насчёт дальнейших взаимоотношений Дмитрия и Тохтамыша не совсем ясно. Московский князь вроде как не отказывался от отношений вассалитета с Ордой, хотя есть версии, что не хотел платить дань. По Гумилёву на Дмитрия настучали Тохтамышу нижегородский и суздальский князья.

Какого @ера Тохтамыш, находившийся с войском в Булгарии (где теперь Татарстан), резко сорвался и экстренным порядком пошёл на Москву, не прихватив с собой осадные сооружения, между прочим? Дмитрий из Москвы бежал в Кострому, а вот митрополит и княгиня в ней остались. Позже москвичи их то ли выпустили, то ли выгнали. И власть в Москве внезапно оказалась в руках литовского князя Остея, вроде как внука Ольгерда. Которому москвичи её добровольно передали.

А Великое княжество литовское и русское недружественно, что Дмитрию, что Тохтамышу. (Позже, воюя с Тамерланом, он с ВКЛР подружился). Наряду с другими есть версия, что москвичи Дмитрия просто выгнали, желая перейти под власть Литвы. Тохтамыш-то и был в этой ситуации зван Дмитрием на подмогу. Ну, а там уж с дуру или спьяну, москвичи ворота сами открыли. Без осадных сооружений взять город Тохтамыш не сумел бы. После сожжения Москвы и восстановления «конституционного порядка» Дмитрий был возвращён в Москву и продолжал оставаться верным вассалом и данником Тохтамыша до конца своих дней.

Подробнее.