Черный байк
Илья оказался творческой личностью – поэт, художник, музыкант и всё такое.
Илья Аболмазов: «Познакомились мы со Ступой в 82-ом примерно, ещё до поражения подростковым онанизмом, в пионерском лагере «Кристалл». Лопоухий и шелудивый мальчик привлёк мое внимание. В 90-е я тоже занимался музыкой, в Орле тогда ей не занимались только глухие безногие собаки. Но со Ступой я не сотрудничал, если не считать сотрудничеством то, что он мне иногда показывал свои тексты, а я его подбадривал фразой "Ты что, дебил!", после чего он переделывал их до более-менее вменяемых».
В Краснодаре друзья занялись совместным сочинительством, так появились такие вещи как «Папа Карло», «Крошка Мегги» ,«Доктор Павлов», «Черный байк», «Кровавая осень». (О приключениях Ильи и Константина в Краснодаре будет рассказано в финальной редакции).
А пока обращаемся к воспоминаниям ещё одного свидетеля тех событий.
Иван Жалнин: «Что рассказать? Как он колбасу в магазинах тырил и обменивал ее на рынке у бабушек на палёную водку? Мы с товарищем решили создать группу и повесили объявление на рок-магазине о поисках басиста для игры в ВИА в стиле "Эхпойдет". Вот так нам и нашёлся Ступа. Димон-Литровый приходит, говорит, басера нашёл. Ну, вот, пошли пива попили, поговорили, и через день-два уже на флете у меня стали пытаться что-то лабать − мы свои песни сыграли, Костя свои. Мы в восторге были, так и появился коллектив "Браунинг&Мауzер". Жил он сначала у Ильи Аболмазова, татуировщика из Орла, снимали они комнату у деда, которого называли Дон Мефисто, потом вроде пропал на месяц – где-то в Адыгее за чьей-то дачей присматривал, там и жил, потом на Горогородах у кого-то.
Песня “Черный Байк” появилась при мне. Нам предстояло выступить в мотоклубе, и Костик принёс этот текст, мы сыграли её, но байкеры прогнали нас со сцены, посчитав, что это стёб над ними.
Ещё, помню, делали песню про Майкла Джексона, про папу Карло и Буратино. А расстались так: Ступа взял у меня поиграть электрогитару, в общем, после этого я его больше и не видел. Поначалу я расстроился, но потом подумал, что, мало ли, закрыли его или хз, короче, я на него не в обиде остался в итоге, но связи больше не было».
Нетрудно догадаться, что гитара, о которой говорит Иван, была успешно продана, а на вырученные деньги Константин вернулся в Орёл.
Ростислав Терехов: «Где-то в 2000-ом я случайно встретил Костика. Он рассказал, что вернулся только что из Краснодара и находится в розыске, сказал, что неплохо было бы встретиться. Я согласился, но встречи не произошло − Костик уехал в свою очередную “командировку”».
(продолжение следует)
