Бункерный узурпатор
В 1970–х албанский диктатор и преданный фанат Сталина Энвер Ходжа перессорился абсолютно со всеми странами, включая СССР, и окончательно погрузился в пучину паранойи.
Убежденный, что страна окружена врагами, готовыми напасть на Албанию в любой момент, он приказал повсюду возводить бетонные доты (долговременные огневые точки), которые местные называют бункерами. При площади страны 28700 км² и численности населения чуть более 2 миллионов человек за несколько лет в стране было построено около 700 тысяч подобных сооружений.
Самый распространенный тип бункера назывался Qender Zjarri ("огневая точка") — железобетонный грибок, который вкапывался в землю и вмещал одного–двух человек. Второй по популярности тип назывался Pike Zjarri ("огневая позиция") — бункеры площадью около 30 м², рассчитанные на 10 человек. Существовали и бункеры повышенного уровня комфортности для партийной верхушки. Для себя и своей семьи Ходжа отстроил бункер с пятью этажами, уходящими под землю, на которых расположились 106 комнат, оборудованных по последнему слову техники тех лет, включая рабочий кабинет вождя, зал заседаний парламента, хранилище боеприпасов и концертный зал.
Считается, что возведение сети дотов обошлось каждому албанцу в 760 евро в пересчете на курс 2006 года при среднемесячном заработке около 19 евро. В 1985 году Ходжа сгинул, после чего программу фортификации свернули. На самостоятельную ликвидацию бункеров у обнищавших албанцев не было ни сил, ни средств. Часть из них стали использовать для бытовых нужд — как сараи, курятники, помойки т.п. А в сооружения типа Pike Zjarri начали заселяться бедняки, не имеющие средств на постройку домов. В наши дни часть бункеров–дотов переоформляют под арт–объекты, рестораны, мини–отели, музеи и сувенирные лавки. В Албании существуют компании, специализирующиеся на демонтаже бункеров, но из–за высокой по албанским меркам стоимости услуги исчезают они только там, где мешают больше всего, – в туристических областях вдоль береговой линии. Большая их часть остается повсеместным вечным напоминанием о поехавшем диктаторе, правившем страной более 40 лет.
