Скрипт для реальности, глава 13⁠⁠

Прошло две недели, и я, кажется, втянулся. Учеба, работа, даже зарплату получил — приличную для стажера. Хватило на нормальную еду, покупку разных вещей. Иногда ловил себя на мысли: если мне платят столько, то сколько же получает Настя? Не спорю, она вносила свой вклад — бумаги, переговоры, улыбки нужным людям, но без меня её отдел был бы пустым местом.

«Урал Строй Холдинг» слал заказы. Просили накопители энергии. Единственное, что у меня выходило хорошо — те самые конденсаторы, модернизированные по старой схеме. Ещё дорабатывал батареи, но без Маши сделать что-то по-настоящему мощное не получалось. Я это понимал, и старался не думать о ней.

Машу я сторонился, стыдился визитов к Насте. Мы встречались для «упражнений» два раза в неделю, стараясь, чтобы Маша ничего не заметила. Я не сказал Насте, что ее сестра видит сквозь стены. Выбрал два дня, придумал, что у меня в эти дни занятия начинаются позже, и приходил к Насте утром, когда Маша уходила на учёбу. Настя потом ехала на работу, а я — на свои пары.

Она больше не предлагала позу «пещерного человека», только лицом к лицу. Это было… нормально. Не самый лучший секс в моей жизни, но я был рад, что он у меня есть, что он регулярный, что я теперь не «белая ворона».

***

Я шел к офису «Урал Инвест Альянса» с партией конденсаторов в рюкзаке. Располагался он неудобно — никаких остановок рядом, приходилось топать пешком.

Проходя мимо магазина стройматериалов, увидел инкассаторскую машину у следующего входа. Из кабины вылез мужик в бронежилете, с автоматом на плече, и скрылся в дверях. Я брел дальше, уткнувшись в асфальт, и почти наткнулся на новое действующее лицо.

Молодой парень, лет девятнадцати, в обычной куртке, в руках — пластиковая канистра. Он резко открутил крышку, начал лить что-то на землю перед машиной. До моего носа донёсся резкий запах — бензин, что ли?

Он щелкнул зажигалкой и поднес к луже.

Вместо вспышки получился огненный шар. Яркий, размером с арбуз. Он не упал, а завис в воздухе прямо над парнем.

Я замер. Парень протянул руки к инкассаторской машине, и обе двери со скрежетом оторвались от корпуса, отлетели в сторону и грохнулись на асфальт. Парень полез внутрь, вытащил два серых мешка и развернулся, чтобы уйти.

Тут из магазина выскочил инкассатор. Увидел парня с мешками, дверь на земле, рванул автомат с плеча.

Я стоял за спиной вора, на линии огня. Инкассатор не целился, просто дал очередь. Всё замедлилось. Из ствола вырвались вспышки огня, послышались хлопки. В меня полетели пули.

Руки вытянулись сами. «Пуш!» — я вскинул руки, пытаясь отклонить свинец, и тут же бросился на заснеженный асфальт. Над головой что-то просвистело. Я вжался в землю, зажмурился.

Раздался лязг металла. Я приподнял голову. Одна из оторванных дверей висела в воздухе между инкассатором и парнем-магом, в её металле зияли свежие вмятины.

Из кабины инкассаторской машины выскочил второй охранник. Он зашел со спины, поднял пистолет.

—  Брось мешки! На землю! — заорал он.

Парень с огненным шаром замер. Мешки остались в его руках.

Я лежал в снегу, чувствуя, как холод просачивается через куртку, и понимал одно — этот парень с канистрой был таким же, как я. Только его интерфейс явно был другой стихии.

Парень резко взмахнул руками, будто отмахивался от комаров. Обоих инкассаторов бросило на землю, покатило по свежему снегу.

Лёжа за бордюром, в голове бегали мысли о том, что надо было придумать щит от пуль. Скрипт, отклоняющий быстро летящие в меня объекты. Времени на его написание — ноль. Максимум, что успел — набросать простой цикл: несколько «Пушей» в секунду, веером. Не щит, просто частая помеха. Гарантий — никаких, но лучше, чем ничего.

Запускать пока не стал, он просадил бы конденсатор за секунду. Мне повезло, что в рюкзаке лежал десяток заряженных накопителей, но даже их не хватило бы надолго.

Впереди инкассатор с пистолетом зашевелился, приподнялся на локте и выстрелил.

Парень с огненным шаром дёрнулся, уронил мешки, схватился за бок и медленно опустился на одно колено. Его шар, заметно уменьшившийся, рванулся в сторону инкассаторской машины и влетел в бензобак.

Взрыва не случилось. Машина рывком поднялась на полметра в воздух и полетела прямо на того инкассатора.

Я не видел, чем это закончилось, бордюр закрывал обзор. Послышался глухой удар, треск стекла. Наступила тишина.

Парень поднялся, шатаясь, подхватил мешки, сделал шаг в сторону переулка. Я лежал в снежной куче и не знал, что делать. Бежать? Остаться?

Подумав, решил уйти. Я не боевик, а инженер. Скоро сюда должна прибыть полиция — инкассаторы явно подали сигнал.

Я пригнулся и двинулся прочь вдоль стены, но инкассатор с автоматом меня заметил.

— Стоять! Не двигаться! — закричал он, поднимая ствол.

Я не стал ничего объяснять, просто отдал команду и побежал.

«Циклический пуш» заработал — три импульса в секунду, веером за спиной. Я видел через интерфейс, как конденсаторы в рюкзаке стремительно пустеют, отдавая энергию. За спиной пули чиркали о асфальт, отскакивали от стен. Ни одна до меня не долетела.

Я пробежал метров двадцать и замер. Впереди, перекрывая узкий проезд между домами, стоял чёрный внедорожник. Двери открылись, вышли два мужика. Крепкие, в дорогих пуховиках, лица скрыты воротниками и шапками. Типичные бандиты из «Урал Строй Холдинга». Они молча смотрели на меня.

А потом появилась она.

Рыжая девушка в красной спортивной шапке, из-под которой выбивались два тугих хвоста. На ней была красная куртка и такие же штаны — похоже, она очень любила этот цвет.

Девушка вышла из машины и не спеша пошла к месту перестрелки. Её движения были плавными, как у большой кошки. Она будто она не шла, а скользила над землёй, обтекая преграды. От неё веяло такой ледяной уверенностью, что дыхание перехватило. Казалось, её ничто не может остановить. Просто физически не может.

Она даже не посмотрела на меня. Её интересовала брошенная машина инкассаторов, лужи, следы.

Боевик слева от меня хрипло приказал:

— Не двигаться! Руки из карманов!

Я медленно поднял руки. Рюкзак с мёртвыми конденсаторами тянул плечи. Батареи сели, энергии больше не было.

— Всё, сдаюсь, — сдавленно пробормотал я.

Подъехала ещё одна машина, седан. Из неё вышли ещё двое. Мои сопровождающие грубо развернули меня, прижали к холодному боку внедорожника. Обыскали быстро, профессионально. Вытащили телефон, сняли рюкзак.

— Садись.

Меня втолкнули на заднее сиденье седана. Через тонированное стекло я видел, как рыжая девушка стоит на колене возле лужи с бензином. Она провела рукой над асфальтом, не касаясь его. Потом резко встала и что-то сказала одному из боевиков.

Тот кивнул и скрылся в переулке, откуда ушёл раненый маг. Через минуту он вернулся, волоча за собой того парня. Тот был без сознания, нога неестественно вывернута.

Рыжая наклонилась над ним, что-то проверила.

Чем всё закончилось, я не узнал — мой седан уже тронулся с места, заскользил по укатанному снегу. Последнее, что я увидел перед поворотом, — как рыжая девушка подняла голову и посмотрела прямо на отъезжающую машину. Её лицо было безразличным, как у судьи, который уже вынес приговор.

***

Меня привезли в офис «Урал Строй Холдинга», втолкнули в небольшой кабинет. Судя по двери напротив, это была приёмная. В углу на кожаном диванчике сидел Олег. Он увидел меня, едва заметно кивнул, я кивнул в ответ. Поговорить не дали — сразу провели в соседнюю дверь.

Там за простым столом сидел незнакомый мужчина. Лысый, в очках с тонкой оправой, лицо невыразительное, как у бухгалтера.

— Это тот, кого взяли на месте нападения, — отчеканил мой сопровождающий. — Он пытался ограбить нашу машину.

— Я ничего не грабил! — вырвалось у меня.

Сопровождающий грубо толкнул меня в плечо. Я плюхнулся на стул напротив стола.

— Мы видели, как он убегал, — равнодушно сообщил боевик. — Пули от него отлетали, как от стены. Значит, он по нашей части.

Мужчина за столом сложил пальцы домиком. Посмотрел на меня поверх очков.

— Так ли это? Вы применяли магию?

— Да, — выдавил я. — Но я не грабил. Это сделал другой тип. Я просто шёл мимо.

— Опишите его.

Я замялся.

— Парень, лет девятнадцати. Куртка серая, обычная. Держал в руках канистру. Он сделал из бензина огненный шар и оторвал двери от машины силой мысли. Потом его подстрелили, он упал, но потом ушёл.

Мужчина молчал, изучая меня. Потом медленно покачал головой.

— Удобная история. Слишком удобная. Вы просто шли и случайно попали под пули? И решили помочь, отклонив их? Герой.

— Я не герой. Я испугался и побежал. Хотел уйти, пока меня не убили.

— Чем вы отталкивали пули? — его голос стал жёстче. — У вас при себе оружие? Артефакты?

— У меня есть способность… силовой толчок, — пробормотал я, чувствуя, как по спине ползёт холодный пот. — Спросите у Дениса Геннадьевича. Он меня знает, я с ним договор подписывал.

— Денис Геннадьевич сейчас недоступен, — отрезал мужчина. — А ваша история — сплошные нестыковки. Думаю, вы…

Дверь открылась без стука.

Вошла она. Рыжая. Сейчас на ней был облегающий красный комбинезон, напоминающий форму для экстремального спорта. Волосы собраны в два хвоста, которые держали не резинки, а два красных модуля, похожих на стилизованные ушки. Они мерцали тусклым светом.

Девушка вошла с той же плавной, нечеловеческой грацией, и кабинет сразу стал неуютным.

— Я всё выяснила, — ровным голосом проговорила она. — Нападавший — оператор типа «Боевик», специализация «Телекинез», источник энергии — огонь. Контужен, перелом ноги. Сопротивление при задержании.

Мужчина за столом кивнул.

— А этот? — он указал на меня подбородком. — Он причастен?

Девушка повернула голову. Её взгляд упал на меня. Тёмно-голубые, почти синие глаза.

Мне стало жутко. Не от угрозы, а от препарирующей холодности. Я чувствовал, будто в её глазах — рентгеновские лучи, просвечивающие меня насквозь. По коже пробежали мурашки.

Она чуть склонила голову набок. Один из модулей в её волосах слабо мигнул зелёным.

— Нет, — наконец сказала она. — Его интерфейс — «Инженер», кинетик. Параметры: Сила поля… около 15%, точность управления… выше среднего, 45%, аналитическая глубина… 25%, КПД… около 30%. Профиль не совпадает. Это не он.

Она отвела взгляд, будто я сразу перестал существовать.

— Спасибо, Анна Леонидовна, — мужчина за столом слегка наклонил голову.

Она кивнула и вышла так же бесшумно, как и вошла. Дышать сразу стало легче.

Мужчина вздохнул, снял очки, протёр их.

— Раз вы ни при чём… можете идти. Ваши вещи отдадут на выходе.

Я встал, еле держась на ватных ногах.

— И в следующий раз мимоходом не попадайте в перестрелки, — добавил он, глядя в бумаги. — Вас может занести куда не надо.

Выйдя в приёмную, я направился к выходу, но меня окликнули. Олег сидел один на кожаном диванчике. Он кивнул в сторону места рядом с собой. Я развернулся, дошёл до дивана и опустился на него, тяжело дыша, будто пробежал километр.

— Жилет… — начал Олег, глядя в пол. — Я так и не сказал спасибо. Работает отлично.

— Это моя работа, — пробормотал я, протирая ладонью колено. Рука дрожала. — Я за это деньги получаю.

Олег оглянулся на дверь. Придвинулся ближе.

— Слушай… Можешь ещё кое-что сделать?

— Зависит от того, что это, — я пытался совладать с дрожью в руках. — Если твоему начальству нужно — пусть передают заказ, как обычно.

— Это… не для них, — Олег произнёс это чуть слышно. Его пальцы сжались. — Не для работы.

Я посмотрел на него. Он не отводил глаз.

— Для кого?

— Здесь… не место для разговора, — он снова метнул взгляд на дверь. — Дай контакты. Позвоню.

Я молча достал телефон. Мы обменялись номерами.

— Только позвони после Нового года, — сказал я тихо. — На праздники уеду в родной город, тут меня не будет.

Олег кивнул.

— Ладно. Через неделю после праздников. Договорились.

Он встал, потянул куртку. Я тоже поднялся. Мы ещё секунду постояли в тягостном молчании.

— Я тебе позвоню, — повторил он уже громче, будто для протокола.

Я вышел в коридор, где меня ждал боевик с моими вещами.

***

После дневного инцидента звонок Насти не стал неожиданностью. Она попросила зайти, не срочно, но лучше не затягивать. Я приехал этим же вечером.

Дверь открыла Настя.

— Раздевайся и проходи, — сказала она, отступая в прихожую.

Я снял обувь, повесил куртку и вошёл в гостиную. Настя уже сидела на диване. За отдельным столом, с ноутбуком, сидела Маша.

Увидев её, я почувствовал, как по лицу разливается густой, липкий стыд. Сдержанно кивнул.

— Привет.

— Здравствуйте, — ответила Маша, не поднимая глаз от экрана.

Я знал, что она видит всё. Видит всплески моей нервной системы, учащённый пульс, напряжение в плечах. Я попытался дышать глубже, потирая браслет на запястье.

Сесть оставалось только рядом с Настей. Я опустился на диван, стараясь не касаться девушки.

— Мне дали новый заказ, — начала Настя, откинувшись на спинку. — Нужно разработать средство защиты для наших… полевых сотрудников. От пуль.

Я задумался.

— Сегодня мне уже приходила такая мысль — я снял очки, потёр переносицу и одел их обратно. — Готового решения нет.

— Сроки не жмут, — произнесла Настя. — Надо успеть до конца января.

— В январе половина дней — выходные, — заметил я.

— Придётся напрячься, — она повернула голову ко мне, и в уголках её губ заплясал знакомый огонёк. — Успеешь сделать — будет тебе… продвинутый курс практики. По нашей пещерной программе. Помнишь?

Маша не шевельнулась, но я почувствовал, будто воздух в комнате стал гуще.

Я потёр ладонью колено.

— Мне нужно подумать над концепцией, — сказал я, намеренно глядя в пространство между сестрами. — Маша, мне понадобится твоя помощь. Если ты не против.

Маша не подняла глаз от ноутбука.

— Какого рода помощь? — отозвалась она.

Я почувствовал, как Настя с интересом наблюдает за нами. Нужно было говорить осторожно.

— После сегодняшнего… инцидента, я обдумывал концепцию, — начал я, подбирая слова. — Устройство для отклонения быстро летящих объектов. Понял, что в одиночку не справлюсь.

Маша на секунду замерла. Потом медленно закрыла крышку ноутбука и наконец посмотрела на меня. В её глазах была не злость, а холодное разочарование. Как будто я был алгоритмом, выдающим сбой.

— Тебя ранили? — спросила она.

— Нет. Но в меня стреляли.

Она кивнула, как будто получила ожидаемые данные, и продолжила смотреть, ожидая деталей.

— Я убежал, — выдавил я, чувствуя, как горит лицо. — Меня потом задержали. Увели на допрос, но в конце отпустили.

Маша молчала. Она явно ждала большего, но спрашивать не стала. Просто отодвинула стул и перешла с места за столом на свободный край дивана, подальше от меня и Насти. Села, поджав ноги. Между нами было расстояние в два метра, но ощущалось оно как пропасть.

— Если отбросить вопрос с источником энергии, то проблем две, — начал я, стараясь говорить технически. — Первое: достаточно точный и быстрый датчик, который будет отслеживать цель. Второе: вычислительный модуль, который определит траекторию, оценит угрозу и примет решение. Третий компонент, исполнительный, я сделать могу, а первые два — нет.

Маша слушала, уставившись в стену над моей головой.

— Поиск серийных решений для датчиков и процессоров — это задача по работе с информацией, — произнесла она. — С ней Вы, Игорь, справитесь самостоятельно.

— Это не вопрос поиска в интернете, это лабораторная работа — я сделал ударение на слове «лабораторная». — Нужны испытания, тесты на реакцию.

Я посмотрел на неё, стараясь передать всё, что нельзя было сказать при Насте. Нам нужно уйти в наше место, где мы можем говорить открыто.

Маша задержала на мне взгляд. Казалось, она взвешивала мои слова на невидимых весах, оценивая не только их прямой смысл, но и скрытый запрос.

— Если работа «лабораторная», — наконец произнесла она, отводя глаза, — то мне потребуется время на подготовку методики. Свяжитесь со мной завтра, в четырнадцать ноль-ноль.

Она встала, взяла ноутбук и, не глядя ни на кого, вышла в коридор. Через секунду донесся мягкий щелчок двери её комнаты.

Я остался сидеть на диване, чувствуя смесь облегчения и нового стыда. Она дала шанс. Но её тон ясно давал понять — это шанс для работы, а не для оправданий.

Настя тихо усмехнулась у меня за спиной.

— Ну что ж, — сказала она. — Похоже, у тебя теперь есть дедлайн и по работе, и… по практике. Постарайся никого не подвести.