4. Виктор Юрьевич Филатов
Как же я обожаю этот длинный коридор между капсульным и общим отсеками. Эту стометровку можно легко преодолеть за 20 секунд, но с чугунными ногами путь длится минут 10. Всю серость и однородность окружения разбавляет расположенный здесь огромный панорамный иллюминатор, открывающий вид в чарующее бесконечное никуда. Великое множество ярких мерцающих точек объято плотной, вязкой мглой. Будто это не пустота, а некая прожорливая материя, поглощающая миры один за одним, жаждущая однажды приняться и за тебя.
Меня всегда мучил вопрос – зачем вселенная настолько огромна? Несколько лет до открытия неземной расы во мне жила мысль, что человечество – это результат чьих-то экспериментов. Цель – наблюдение. Как сможет прижиться искусственно созданный вид на чужой планете, как быстро будет развиваться цивилизация, и будет ли она вообще развиваться. Каким образом люди научатся делить ограниченные ресурсы, прежде чем поймут, что они ограничены. Как будут решать проблемы, которые создадут сами. В общем – абсолютно автономная система. Словно муравьиная ферма, где для наблюдателя это увлекательное хобби, а для муравьёв – вопрос выживания в закрытых условиях.
Забавно, что эта ферма расположена безумно далеко от её создателей. Скорее всего, экспериментаторы понимали все риски, зная природу будущего человека, и предусмотрели сценарии межпланетных воин, оттого спрятали людишек куда подальше. Но всё же дали возможность выйти на контакт, наделив разумом.
Каждый раз задумываюсь обо всём этом, когда устремляю взгляд в искрящуюся тьму. Как это было на Земле, так происходит и здесь. Смешно оттого, что я просто могу заблуждаться, и все эти мысли – плод моей бурной извращенной фантазии.
Дойдя до конца коридора, передо мной открылась автоматическая дверь, и, переступив высокий порог, я наконец вошёл в общий отсек. Здесь всегда много света, слегка пахнет свежескошенной травой, а тишину нарушают разговоры и смех. Очень люблю это место, так как именно здесь мы встречаемся всей дружной компанией.
Общий отсек представляет собой огромный зал круглой формы площадью, наверное, квадратов на тысячу, если не больше. Потолок над головой – это сплошная диодная панель, которая даёт свечение разной теплоты и интенсивности, в зависимости от Земного времени суток, отчего иной раз вообще забываю, что нахожусь не под открытым небом. Ровно по центру зала находится круглый диван большого диаметра, рассчитанный на гораздо большее число пассажиров, чем есть в команде. По периметру вокруг дивана расположены различные зоны повседневного быта.
Кухонная зона выполнена в стиле японского минимализма, когда все неровности спрятаны, и на первый взгляд создаётся ощущение, что перед тобой большая глыба белого мрамора формы параллелепипеда. Но стоит прислониться к определенной зоне, как задвижки тут же обнажат все необходимые атрибуты современной кухни. Здесь можно приготовить блюда из доступных в холодильнике продуктов, либо сделать запрос в пищевой склад, откуда придёт желаемое в капсуле по пневмотрубе. Очень удобная и шустрая система. Обожаю её за возможность употреблять сэндвичи в своём номере.
Спортивная зона изобилует различными тренажёрами, будь то беговые дорожки, штанги, скамейки и прочее. Есть даже скалодром, на котором временами люблю зависать. Классно, что каждый день схема уступов и зацепов меняется, что поддерживает постоянный интерес возвращаться к нему. И самое главное – эта зона находится за прозрачной стеной, что визуально не сокращает пространство, но препятствует распространению дикой вони. Не скажу, что система вентиляции хромает, нет – она работает безупречно. Но даже она не справляется, когда в тренажерку входят Майкл и Филип.
Читальная зона. Обиталище большинства дам. Оборудована уютными пуфами, креслами-качалками, мешками и прочей мягкой мебелью для удобного чтения. Сами по себе книги – это планшеты формата А5, с виду напоминающие прямоугольные куски пластика матово-бежевого цвета, как и цвет читальной зоны в целом. Эти планшеты стоят на полках в шкафу, который их заряжает и подгружает в них нужную книгу, которую ты укажешь в панели управления. Дисплеи выполнены по допотопной технологии Е-Инк, что совершенно исключает использование планшета в иных, кроме чтения, целях. По всей видимости, на Е-Инке настаивал Пин, ведь это очень экономит электроэнергию. Что касаемо количества книг, то тут вопросов нет. База данных полнится всем, что когда-либо издавалось и сочинялось человеком. В ней я даже нашел сборник стихотворений своего дедушки, Валерия Ивановича, хотя особо и не вчитывался.
Зона принятия пищи мне больше напоминает приличного размера паб. Несколько столов, поодаль вдоль стены расположена барная стойка, где имеется несколько кранов с безалкогольными напитками разных соображений. Из алкоголя разрешено только пиво из расчета не более трёх литров в неделю. И это грустно. «Зато никакого вреда здоровью», – так хором заявляют Сергей Семёнович и миссис Фостер. Я хотел было схитрить, и сэкономить три недели, чтобы на четвёртую напиться вдребезги, но мне лишь сказали, что так это не работает, а счётчик запускается с первой капли, неважно, понедельник это или четверг. Досадно, хотя другого ответа я и не ждал.
На противоположной от харчевни стороне расположен огромный экран, на котором обычно транслируются сюжеты «Нэшнл Джеографик». Это помогает не забывать образ нашей родной планеты, а также её былых обитателей. Жалко зверюшек, но по результату голосования совета было принято решение не брать зоопарк в путь, так как эта затея существенно бы снизила шансы на успех нашей многолетней операции. «Бо́льшая часть всех запасаемых ресурсов уйдёт на содержание зверинца, а продолжительный летаргический сон живность пережить не способна, поэтому не вижу смысла греть себе голову этой затеей», – примерно так говорил Сун Чен, счастливый обладатель капсулы под номером 1 (так я предполагаю, т.к. в капсульной номера 1 нет). Поэтому все животные хранятся в виде голограмм на серверах и в виде кусков биоматериала в вечном холодильнике. Так же в этом холодильнике припасены семена практически всех сельскохозяйственных культур. Их наличию мы обязаны норвежским коррупционерам, которые закрыли глаза на опустение Шпицбергенского семенохранилища.
Сделав несколько шагов вперед, я попал в поле зрение Настеньки, и она тут же бросилась мне навстречу. Крепко обнявшись, я расцеловал доченьку, и начал её разглядывать.
– Ты повзрослела!
– Да, папулька! Я уже полгода не сплю!
– Целых полгода? Почему это?
– Меня разбудили по медицинским показаниям. Миссис Фостер сказала, что мне пора вступать в переходный возраст, и этот период я должна пережить полностью, дать организму перестроиться.
– И сколько будет длиться твой особенный период?
– Не менее трёх лет, Витя.
Голос Тани прозвучал издалека. Я огляделся и увидел её, сидящей за столом в обеденной зоне. Она ласково поманила меня рукой к себе.
– Твой любимый завтрак ждёт, мужуля.
– Яишенка и крепкий кофе. Ты не изменяешь традициям, дорогая.
– Надеюсь, это был комплимент. А в качестве бонуса я пожарила блинов и нафаршировала их ветчиной и сыром.
– Танечка, ты прелесть!
– Скажи спасибо дочери, это её инициатива.
Поцеловав своих дам, я принялся за завтрак. Не успев съесть и пары кусочков глазуньи, как к нам с грохотом подсел Джеймс.
– Just woke up and you're already…
– Стоп, Джимми! Я подключу коммуникатор.
Пошарив по карманам, я достал наушник, зажал кнопку до сигнала, вставил в ухо и приветливо кивнул.
– Я говорю, ты не успел проснуться и уже набиваешь рот? А как же крепкое рукопожатие лучшего друга?
– Моя рука еще недостаточно восстановилась, приятель. Боюсь, ты разнесёшь в хлам мою кисть.
– Дай воспользоваться моментом!
Посмотрев друг на друга пару секунд, мы громко расхохотались, поднялись из-за стола и крепко обнялись.
– Старик, ты совсем не изменился после нашей последней встречи.
– Так я проснулся на неделю раньше твоего. Спал столько же, сколько и ты. Отходил, правда, дня 2. Голова жутко болела. Видимо, не стоило ложиться спать сразу после нашей грандиозной попойки. Я думал, что просплюсь за 16 лет, но похмелье меня догнало. От Сергея Семёнович вместо слов поддержки услышал только бурчание и возмущения. Даже аспирина не дал, сказал: «Мучайся, салага!».
– Хаха, это он может, строптивый старикашка. Как он, кстати?
– Да его энергии любой юноша позавидует! Перешёл на двойную дозу ПИ53. Наверное, рассчитывает, что будет жить вечно. Да я и не против! При всей его вредности он очень толковый доктор, да и повеселиться с ним можно. Правда, весело бывает только мне, он в ответ только хмурит брови и приговаривает что-то типа: «Понабрали по объявлению». Я на него не обижаюсь. Не будь его рядом, я бы уже давно сдох от несварения!
– То-то я и думаю – чем это пахнуло…
– Мальчики, не за столом! – с явной усмешкой и небольшим укором проговорила Таня.
– Ладно-ладно. Джимми, какие новости?
– Да ничего серьёзного. Лететь ещё далековато. Примерно через лет 5 будем выходить на торможение… Ну, так примерно сказал Чен.
– Чен выходил на связь?
– Да, на второй день после моего пробуждения. Это было общее обращение. Если говорить коротко, то он настоял на том, чтобы мы как можно быстрее провели все техосмотры и проверили импульсную систему торможения, так как она через 5 с небольшим лет пригодится. Лично мне он дополнительно поручил проверить систему вентиляции, с чем я, собственно, и проковырялся все эти дни.
– А что…
– Да не парься! Заменил несколько предохранителей, и всё как новенькое.
– Джей Ди, я не об этом. Он что-нибудь мне передавал?
– Ах да… – сказал он и поменялся в тоне.
Что-то мне в этом не понравилось, и моё «почти» праздничное настроение тут же улетучилось. Я выпрямился, хрустнул шеей, и кивком дал понять, что готов слушать со всей серьёзностью.
– В общем, он сказал, что компания больше не нуждается в твоих услугах, завтра можешь получить расчёт и отправляться домой.
На какой-то миг у меня что-то ёкнуло внутри, но тут же пришло осознание всей абсурдности ситуации, и мы повалились со смеху.
– Чёрт возьми, Джимми, я почти повёлся!
– Хах, с каждым разом ты тормозишь чуть дольше, мозги-то закисают потихоньку. Вот – возьми пару капсул женьшеня, заканчивай трапезу, и ступай в переговорную. Чен тебя ждёт. У него к тебе тоже есть дело.