Серия «"Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира"»

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава девятнадцатая. 2023 г

Прошло пятьдесят лет. Мир наконец-то стал стремиться к миру. Но государства никуда не делись. Мама прожила отличную жизнь, но все мы люди, и когда-то нам приходится уходить из этой жизни.

Сейчас я следую советам Светослава и иду на место, которое он указал мне. Всю дорогу я вспоминала приятные моменты, проведенные с мамой, например, когда мы жили в Бостоне, и наше приключение по Америке. А дальше — и по всему миру. Общество окончательно пало с его планами, а ООН вернулось на место, как и Единое Правительство. Люди приняли будущее, которое сейчас наступает. И я рада участвовать в его построении.

— Спасибо тебе, мама, — с благодарностью сказала я вслух.

Ведь только вчера ее не стало, а уже ночью Светослав сказал мне идти на новое место, где я буду работать ради людей. И, как он объяснил, я буду почетным человеком в том месте, где начну строить новое будущее.

Мэри так и осталась жить в том доме и впоследствии вышла замуж. Она больше не вспоминала своего отца, как и свою мать. У нее наступила новая жизнь.

Дядя, хоть и пытался помириться с мамой, она объявила ему бойкот. Но когда я приезжала в гости к Мэри, я могла с ним общаться.

Через некоторое время я была на месте. Эта была небольшая полянка, и самое интересное, что тут росло много одуванчиков. Как объяснил Светослав, тут будет закладываться будущее.

Я села на бревно. Было лето, и дул теплый ветерок. Светослав велел подождать человека, когда я дойду до места, поэтому у меня было время на размышления.

— Правильно ли я прожила свою жизнь? — этот вопрос мучил меня чаще всего. Я вспоминала дни детства. Иногда казалось, что я могла поступать и лучше, и мудрее, и мужественнее в некоторых делах.

Но точно я знала, что помогала и поддерживала маму до конца. Да, у нее была анемия, и после всех событий ей стало хуже. Во время последней войны она отдала все силы, а после всего этого ее организм был перегружен. Хотя она и прожила еще пятьдесят лет. Уверена, что она смогла столько прожить только благодаря мне и моей поддержке, ведь у нее никого не осталось.

Вдалеке показался человек, и я поднялась с бревна. Я чувствовала, что это идет именно тот человек, о ком говорил Светослав.

Через пару минут я заметила, что за ним шли еще несколько людей. Значит, мы будем строить все вместе!

— Хотя я и прожила насыщенную жизнь, я понимаю, что впереди мы будем строить лишь первый этаж здания. А ведь прошло пятьдесят лет, как мы вырыли котлован и сделали фундамент. Сколько времени понадобиться, чтобы построить дом? Да, и будет он строиться быстрее с каждым этажом? — размышляла я вслух, пока люди не подошли ко мне.

Человек, который вел остальных шестерых, был очень стар. Наверно, ему было около девяноста лет.

— Здравствуй, Эли, — поприветствовал он меня. — Наш общий друг попросил привести тебе помощников. Они будут строить вместе с тобой.

— Спасибо вам, — поблагодарила я его.

Остальные шесть человек были довольно молоды; четыре мужчины и две девушки. Их лица сияли, словно они ждали этого моменты всю жизнь.

— Прежде чем мы начнем, скажи им самые искренние слова, это залог светлого строительства, — сказал мне друг.

Я повернулась к молодым строителям, набрала в легкие воздух и начала свою речь.

— Дорогие друзья! Я рада, что мы объединились ради нашего друга. Я уверена, что вы тоже провели насыщенную жизнь в помощи другим людям. Теперь настало время светлого строительства. Мир стал меняться к лучшему, и нам нужно ему помочь в этом. Не все люди еще будут понимать смысл наших действии, но не нужно смущаться, когда мы знаем, ради чего и кого мы строим дом. Мы все помним, что Всемирная Мораль говорит о четкой и чистой мысли. Первое, что пришло в мир, — это мысль, а из мысли родились действия, как и мы сейчас будем строить дом ради мира, но этот дом уже есть в мыслях нашего друга, и эту мысль мы воплотим в мир. Так же и у творцов: они сначала помыслят творение, а потом руками и ногами воплощают его в мир. И неважно, что это: картины, музыка или книги. Из наших мыслей родился мир. Все предметы в мире — это воплощение творчества людей. Даже роботы берут усредненную мысль человека и компилирует ее в вещь. Без нас роботы бы ничего не смогли сотворить. Но сейчас я говорю о человеке и его мыслях. На этом самом месте, по просьбе Светослава, мы основываем коммуну «Трех Солнц». Здесь и начнется история будущего человечества. Тут будут производить лучшее мысли, чтобы отдать их в мир в дар человечеству. И конечно, мы будем посещать людей, чтобы направлять и помогать им. Ведь человечество уже выбрало будущее и отбросило прошлое. Помните это.

В этот момент я сияла от радости и была счастлива еще раз потрудиться ради Светослава. Да и друзья тоже радовались моим словам, они их понимали, как и понимали, ради чего мы будем трудиться.

Пожилой друг улыбнулся мне и сказал остальным:

— Вы знаете, что делать. Но прежде и я скажу свое слово. — Он сделал небольшую паузу, а затем продолжил: — Помните, что вся работа добровольная, даже помощь человеку нельзя оказывать против его воли, это главное наше отличие. Но человечество само выбрало будущее, и теперь нам легче им помогать. — Он оглядел всех нас и продолжил: — Всемирная Мораль — это не только чистая и четкая мысль, но и еще помощь другим. Но и причины поступка должны быть чисты. Когда вы помогаете ради славы, становитесь ли вы лучше? Если вы помогаете ради помощи для другого человека, при этом не думая о себе, то поступок становится искренним. Так и мы собрались здесь ради искренности. Кто-то ради искренности для нашего друга, кто-то ради искренности к людям. Само слово «искренность» происходит от слова «искра» и означала «искра от сердца». Так и мы будем посылать наши искры сердца другим людям.

Наш друг закончил, а после повернулся ко мне и увидел, что я хотела что-то досказать. Своей рукой он подозвал меня.

— Не держи у своего сердца искру, отдай ее людям, — ласково обратился он ко мне.

Я повернулась к остальным и сказала:

— В истории было много людей, которые искрили своим сердцем. Брат Ламбра Иван искрил мыслями о будущем человечества и пожертвовал собой ради этого; мой отец не дал злу совершиться и отдал жизнь ради будущего; моя мама жертвовала всем ради меня, а я все делала ради Светослава. Мой отец пожертвовал собой, чтобы искра смогла проявиться в мире. Так давайте начнем строительство с искры.

И мы начали. Круг историй замкнулся. Всемирная Мораль состоялась.

Конец истории.

Книга писалась с 9 января по 21 сентября 2023 года.

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава восемнадцатая. 2023 г

Я очнулась рядом с разрушенным трейлером. Вокруг меня лежали тела нескольких солдат. Где-то вдалеке были слышны звуки боя. Я попыталась вспомнить, что произошло. Лишь помню вспышку и все. Все тело болело, и я попыталась встать. Только спустя десять минут я смогла стоять на ногах. Недалеко лежало зеркало, и я решила посмотреть на себя.

— Ну и чучело, — сказала я себе. Я была грязной, а волосы опалены. Похоже, мне повезло, моих людей накрыло взрывом, а меня спас трейлер. Но воды, где можно умыться, не было, и мне пришлось идти грязной.

— Надо быть осторожней, — высказалась я вслух.

Я помню, что мы стояли в городе Амарилло, а тут пришла целая колонна войск генерала Макса. Мы приняли бой, перебегали от дома к дому, от трейлера к трейлеру. Видно, артиллерийский или минометный снаряд лег недалеко от меня. Только вот сколько я провела в отключке? Звуки боя были слышны где-то в сторону запада. А моя позиция была на севере города.

К счастью, через десять минут в одном из домов мне попалась карта, и я смогла немного умыться. К северу от города было русло реки Канейдиан-Ривер. По ней можно было пройти в сторону запада, вплоть до выхода из штата. Но пройти пришлось бы где-то около ста шестидесяти километров. А это бы заняло больше суток. Безопасно было бы найти другой путь? Если нашу оборону прорвали, то вряд ли. И я решилась идти к руслу. Было уже темно, и мне это было на руку.

Я шла через дома, стараясь не шуметь, и постоянно прислушивалась к звукам. Но звуки боя были далеко. Вот так последние годы, когда было разоружение, не дает обеим сторонам сделать сплошную линию фронта. Даже у генерала Макса не хватает войск. В итоге это больше похоже на Американскую Гражданскую войну, где были битвы больших войск, а на границе фронтов стояли лишь пикеты, которые были похожи на пограничников, и отслеживали, не идет ли группа войск в их сторону.

За полтора часа тихим шагом мне удалось достигнуть русла реки, она пересохла, и лишь небольшой ручей тек по ней, зато русло превратилось в овраг, по которому можно спокойно идти, главное, не наткнуться на врага.

Я тихонько спустилась в овраг, все равно моя одежда грязная, и лишняя пыль не добавляла забот. Единственное, что я хотела, — это увидеть Эли. Интересно, как она там? Хотя она в безопасности, но теперь, когда я не доверяла брату...

С такими мыслями я и пошла в сторону запада. Тут я вспомнила про рацию, но когда достала, то увидела осколок в ее аккумуляторе. Что ж, меня спас не только трейлер, но еще и рация. Но я не стала ее выкидывать, чтобы ее случайно не подобрали люди генерала Макса.

Когда я стала проверять все карманы своей куртки, то обнаружила несколько пропаж: не было ливанского военного билета, моего разрешения в штаб Западного Командования и билета командира, который выдал мне Смит перед отправкой сюда.

— Идиоты, подумали, что я мертвая, — сказала я себе. — Какое счастье, что люди генерала Макса не умнее террористов, которые атаковали Ливан.

Еще я подумала, что у них должны быть наводки обо мне, они бы не оставили мое тело просто лежать, а показали бы генералу Максу. Может, грязь спасла меня, а его люди по-быстрому обыскали меня во время боя? В любом случае трофея в моем лице они не получат.

Но многие вопросы остались без ответа, и я просто шла по руслу реки до рассвета. И когда солнце появилось за горизонтом, мне захотелось спать. Отключка отняла у меня силы, да и состояние шока сильно подействовало на мой организм.

Спустя час я наткнулась на небольшой домик около русла реки. Как было видно, он сделан из деревянных досок, но внутри был лишь матрас. Похоже, тут жил бездомный.

— Как хорошо, что его тут нет, — произнесла я вслух.— Но надо быть начеку, может быть, он вернется, или сюда придут люди генерала Макса.

Я легла на матрас, и вроде тут ничем плохим не пахло, а в руке я сжала свой пистолет, который остался цел.

— Надеюсь, я еще раз увижу тебя, Эли, — сказала я и сразу заснула.

Сна не было, но мгновение спустя меня кто-то разбудил.

— Эй, я хотел спать, — Сказал чей-то голос.

Я резко встала и наставила на человека пистолет. Это оказался бездомный.

— А, это ваш дом, — тихо произнесла я. — Сколько сейчас времени?

— Да вот, уже солнце садиться, — ответил он хриплым голосом.

Я убрала пистолет и вышла из домика.

— Спасибо, что дали отдохнуть, — сказала я вслед.

Итак, я снова пошла в сторону запада. Никаких звуков боя слышно не было. И хорошо.

Пока я шла, я решила вспомнить приятные события из жизни. Так я вспомнила, как отец впервые дал держать мне пистолет. Мне было еще тяжело его перезарядить, но я смогла попасть по всем бутылкам. Мои руки не тряслись, в отличие от многих новичков, которые были у него тогда. Спустя год я уже держала в руках «Калашников» и могла быстро выцеливать и стрелять. Отец гордился мной и показывал меня как пример новичкам. Да, я слышала, как шестилетняя девочка смогла сдать нормативы морпехов в Америке, и, видно, для отца я была такой же девочкой, ведь его новобранцы были мужчины, у которых давно были семьи.

А потом я вспомнила первую встречу с Тео. Когда в Ливан вели миротворцев ООН, то было решено их частично влить в нашу армию в качестве советников. Так мой отец приказал к каждому солдату прикрепить одного миротворца. Так я и познакомилась с Тео.

— Интересно, если бы Тео приехал со мной сюда, как бы развивалась наша с Эли жизнь? — задала вопрос я себе.

Прошло пять часов, хотелось пить, но маленький ручей, который был когда-то рекой, непригоден для питья. А идти надо было еще примерно шестнадцать часов. Я подумала, что попробую найти еще один домик бездомного и попросить у него воды. Ведь в одном я уже смогла поспать, правда же?

Тут я поняла, что мой отец не учил солдат долго оставаться без воды и всякой поддержки, как я сейчас. И меня потянуло отчаяние, но тут я вспомнила о дочери, и отчаяние отступило, пока что…

Еще пару часов, и мои ноги стали ныть. У меня появились мысли, что я зря пошла по руслу реки и надо было просто выбираться к своим через вражеские позиции, хоть это и опасно было. А вдруг я просто упаду тут? Меня никто и не найдет. Вот так, почти всю жизнь была военным человеком, кроме тех дней, проведенных с дочерью, а такая несчастная смерть.

— Надо идти до конца, хоть пусть один скелет от меня останется, но я должна дойти, — подбодрила я себя.

Ради дочери. ДА!

Еще один час прошел гладко, ведь я все время думала об Эли. Интересно, кем она станет, когда вырастет?

Как только я задумалась о будущем Эли, я услышала шум наверху. Я пригнулась, но тут некуда было прятаться, но были небольшие валуны. Как только я подошла к одному из них, то на окраине оврага я увидела человека, похоже, он был военный, с оружием в руках. Он стал осматриваться, а потом начал целиться.

— Кто тут шастает? — спросил он громко.

Вдруг он остановил прицел на мне. Эти секунды стали тяжелыми в моей жизни. Я думала, что это конец. И стала думать лишь о дочери и мысленно, в сердце, просила жизнь в последний раз увидеть ее.

Неожиданно к стрелку подошел второй, но тут он сказал первому.

— Чего в камни целишься? Солнце голову повредило?

— Но я же видел, кто-то там шевелился, — ответил первый.— Хотя там действительно два валуна.

После он опустил оружие, и они оба ушли с оврага. Хотя я не верила своим глазам, но когда я пристала из-под камня, то на мгновение я заметила силуэт передо мной, это был высокий мужчина, а когда я вспомнила о друге Эли, он подмигнул мне и исчез.

— Похоже, и моему мозгу солнце сказало привет, — тихо прошептала я себе.

Удивительно, но после этого случая у меня и ноги не болели, и пить не хотелось, и я спокойно пошла дальше, прислушиваясь к звукам.

Всю дорогу я больше не чувствовала дискомфорт, и я даже не хотела спать. Иногда мне думалось, что меня застрелил тот человек, и мое сознание просто шастает по оврагу.

По дороге я нашла бутылку воды, и она была не открыта. Бутылка была похожа на ту, которые выдавали нам, когда мы прибыли в город. Походу, кто-то из моих людей шел этой же дорогой? Я насторожилась, но дальше все шло хорошо.

Без всяких происшествий я дошла до городка Логан, где и заканчивается русло реки и начинается водохранилище.

Меня встретили люди Смита. Они насторожились, но когда меня привели в штаб, и я объяснила им ситуацию, они смягчились и сказали, что по этому руслу прошли еще несколько моих людей. А через час из главного штаба им подтвердили мою личность.

А когда я спросила про бои в Амарилло, они ответили, что моих людей разгромили...

— Неужели, выжили лишь несколько человек? — спросила я.

— К сожалению, да, — отвечали мне. — Выжили только вы и еще два человека, которых уже отправили в госпиталь. У них обезвоживание. Видно, их бутылка и попала к вам, и им пришлось идти полдня без воды по солнцу. Но не беспокойтесь, ваши люди бились до конца, и мы смогли выделить подкрепление, которые остановили силы генерала Макса.

— Значит, они погибли, как воины, — радостно вздохнула я.

— Да, вам повезло, что вы смогли дойти до нас.

А когда меня проверил врач и было решено перевезти меня в госпиталь, обратно в Лос-Анджелес, мне сообщили:

— Кстати, нашим пилотам удалось уничтожить большой склад в Мемфисе, говорят, что там хранилось до семидесяти процентов припасов войск генерала Макса, а еще есть данные, что в момент взрыва он инспектировал этот склад, но это еще не подтверждено.

С хорошим настроением меня отправили обратно. Да, во мне было несколько осколков, но они не угрожали мне, поэтому меня и перевили обратно в город.

Ехали мы долго, почти четырнадцать часов, за это время мне удалось крепко поспать. И, в принципе, я отдохнула. Но еще я была рада увидеть свою дочь!

Хотя меня и оставили в госпитале, где я провела неделю. Хирургам удалось достать несколько осколков, но некоторые так и останутся во мне на всю жизнь.

А потом меня отпустили и мне разрешили прибыть в главный штаб, чтобы увидеть Эли. Эта встреча была похожа на то, как будто я встречаю своего ребенка, который отдыхал все лето где-то в пансионате, пока родитель трудился дома.

Но меня сразу повели на совещание к Смиту Райсону. Там мы были с ним наедине.

— Здравствуйте, Кия. Вижу, вы уже поправились. — Он поздоровался со мной за руку.

— Так точно, адмирал Смит. — Ответила я рукопожатием.

Мы сели, и на его лице читалась легкая улыбка.

— Я уже получил доклад о подвиге ваших людей, — начал он. — Ваши воины — герои. Они продержались ровно до того момента, когда мои люди смогли подготовить оборонительные позиции. Да, много ваших людей погибло. Но они все герои. Я уже подписал приказ о награждении их. И все же нам удалось достать из плена еще нескольких ваших людей, так что погибли не все.

— Спасибо, — облегченно ответила я. — Они погибли как воины. И я горжусь ими. Многих я еще знала по кампании в Ливане.

— Да, я знаю. Еще мне сообщили, что вы прошли по пересохшему руслу реки. И даже дошли до штаба.

— Это да, но я слышала, что еще пару людей дошли до штаба этим же путем.

— У них было обезвоживание, но они выкарабкаются. Не беспокойтесь. Как ваши раны?

— Все в порядке, некоторые осколки так и останутся во мне, но я не чувствую дискомфорта.

Далее я подробнее рассказала о бое, как очнулась, случай в овраге, когда меня выискивали, но не заметили, и как я подобрала бутылку.

— Видно, вас вел сам Господь Бог, — ответил адмирал. — Но я не сказал самого главного.

Смит встал и достал из-под стола небольшую коробку. Он приоткрыл ее, а там оказалась медаль.

— Первый лейтенант Кия аль-Саид. Я награждаю вас медалью «Серебряная звезда».

Мне нечего было ответить, и я просто отдала честь. В глубине души я надеялась, что мой отец гордился бы мной. У него самого была Офицерская медаль — Национальный орден Кедра, медаль Ливана.

Через час я уже была в комнате, где жила дочь.

— Мама, столько всего произошло, — сказала она мне радостно.

— И у меня, — ответила я так же.

Мы рассказали друг другу наши истории, и она была рада, когда услышала, что ее друг спас меня.

— Видишь, он нас оберегает, — так сказала мне дочь.

Еще она рассказала о случае в Мемфисе.

— Удивительно, кто же вызвал самолеты? — озадачено сказала я.

— А это секрет, — ответила дочь.

После мы ужинали, и к нам присоединился брат. Хотя я не желала его компании, но все решила спросить про обстановку вокруг Амарилло.

— Да, твои люди герои, — ответил он. — В последний момент пришло подкрепление, и они остановили наступление, а дальше контратаковали. Сейчас наши люди смогли продвинуться восточнее города. Да и в целом мы смогли разгромить корпус людей Макса

— А как же информация про Мемфис?

— Все, что мы знаем, это про пораженный объект. Был ли там генерал Макс, еще нет подтверждений. Но это намного облегчает нам задачу. Сейчас все войска генерала Макса встали в оборону. А у нас есть некоторые планы.

Когда мы шли в комнату, я разговаривала с Эли.

— Интересно, что нас ждет в будущем? — невзначай спросила я.

— Мам, в будущем мы будем строить здание, — неожиданно ответила дочь.

— Какое?

— Ну, сейчас мы вырыли котлован и сделали фундамент. Далее мы будем строить здание. Самое тяжелое время позади, а впереди нас ждет еще работа, но она уже будет связана с счастьем. Но не время расслабляться.

— Это сказал твой друг?

— Да, но построить первый этаж уже должна я.

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава семнадцатая. 2023 г

Прошла неделя, как мама отбыла из нашего штаба. А я осталась тут с дядей, который координирует работу мамы со штабом. К сожалению, это не просто убежище, как было в Линкольне. Одной мне запрещено передвигаться. И мне приходится сидеть в комнате почти весь день.

— Хорошо хоть остались какие-то журналы, — сказала я себе.

Связи с Мэри нет, но дядя мне рассказывает, как она проводит время. Ей даже купили винтажное платье.

А когда я ложусь спать, я посылаю добрые мысли поддержки маме. Я знаю, что ей тяжело сейчас без меня. Может быть, она находится со старыми знакомыми, но ее сердце тяжело восприняло ношу.

— Эли, — обращалась она ко мне перед отъездом, — впереди меня ждет тяжелое время. Я всегда была рядом с тобой, и ты меня здорово поддерживала. Теперь же я буду одна, хотя я снова со старыми друзьями, но теперь я командир, как и мой отец или твой дедушка. И от меня теперь зависят многие души. Я уже один раз чуть не пропала в Линкольне, когда в меня прилетела снайперская пуля, но тогда чудо спасло меня. — Она вздохнула. — Я не хочу, чтобы ты осталась одна с дядей. Наверно, у тебя есть теплые чувства к нему, но он хитрит. И едва ли я могу доверить тебя ему.

— Мам, — отвечала я, — Все будет хорошо. Даже если меня нет рядом, помни обо мне. Я всегда буду посылать тебе мысли поддержки, несмотря на то, что у нас едва будет время поговорить друг с другом. Дяде тоже нельзя будет выходить отсюда, так что он не сбежит и не оставит меня одну. Да и система безопасности тут хорошая, и я не пропаду. Так что не переживай.

— Эх, Эли. — Мама тяжело вздохнула. — Хотела бы я взять тебя с собой, но даже если бы можно было, я бы оставила тебя тут. Я уже пережила Ливан и не хотела бы, чтобы мой ребенок видел весь ужас боевых действий. Да я и не смогла бы обеспечить тебе безопасность в полной мере.

— Но Смит не изменил мнения?

— Нет, иначе я бы сейчас ничего не говорила. Меня посылают в Техас, в город Амарилло. Нам нужно будет продержаться.

— Через сколько времени ты сможешь вернуться?

— К сожалению, я не знаю. Может, через пару недель? Мой батальон больше не продержится, если мы будем вести ежедневные бои.

— Неужели вы там одни будете?

— Не бойся, я обещаю, что вернусь.

После этих слов она поцеловала меня в лоб и ушла. Да, дядя имеет связь с ее батальоном, и он мне рассказывает о ситуации. Он удивляется, что за первую неделю через город никто не пытался пройти. А все бои идут сейчас в районе восточнее Денвера.

Вечером дядя Миша повел меня на свое рабочее место. Оно было в том большом помещении с экраном. Я села рядом, а дядя дал мне наушники. По рации со мной связалась мама.

— Привет, Эли, — радостно сказала она.

— Привет, мам, — так же радостно ответила я.

— У нас мало времени, да и эфир нельзя засорят лишними разговорами, просто помни, что я люблю тебя.

— И я люблю тебя.

После дядя снял с меня наушники и сел на место. Они еще о чем-то разговаривали полчаса. А потом дядя отвел меня обратно. И только через несколько минут я заметила на полу комнаты листок. Видно, выпал из кармана дяди. Я взяла его, а это оказалось инструкция секретного кода общения. Суть в том, чтобы использовать английские и испанские слова. Первые и последние буквы всегда испанские, а так идет чередования английских и испанских букв. Еще объяснялась азбука Морзе, только вот писать буквы надо не стандартном шифром, а подобием тактильной для слабовидящих, шрифтом Брайля. Похоже, дядя с мамой общаются именно так, когда нет доступа к рации.

Наступил вечер, а дядя так и не вернулся. Обычно я дожидаюсь его, и мы ужинаем, а потом ложимся спать, но сейчас его нет. Я решила лечь спать без него.

Когда я заснула, то мне снилась мама, она ласково смотрела на меня и постоянно говорила, что любит меня. Во сне я подумала, что так мне снился наш разговор по рации. И я не предала этому значения.

А когда проснулась, по времени был уже обед, в комнату зашел дядя.

— Была тяжелая ночь, — сообщил он мне. — Извини, что долго не приходил, ты меня ждала и даже не ела.

— Да, я сама не ожидала, что просплю так долго.

— Это да, но я сейчас снова уйду, только принесу еду.

Он вышел, но голос был поникший. Я подумала, что это из-за работы, так как он не приходил спать.

Дядя принес мне обед, это был Мексиканский суп с фасолью и немного хлеба. А когда я поела, он заявил:

— Я потерял связь с Кией. Вечером, сразу после разговора с тобой, на них вышла колонна генерала Макса. Весь вечер шел бой. Среди ночи Кия заявила, что пойдет выручать своих людей, но после никто не смог с ней связаться. Я еще держу связь с ее людьми, но их вытеснили на окраины города, а подкрепление будет идти еще два дня, и они просто физически не смогут контратаковать, чтобы вытащить ее оттуда. Я лишь прошу надеяться на лучшее.

После он ушел и оставил меня с ледяным сердцем…

В этот момент я подумала о Светославе, и мне стало спокойнее. Если бы что-то произошло, он бы мне сказал. Да и у мамы это не первый бой.

Целый час я просидела у журнала и отвлекала себя от плохих мыслей. Только я хотела попробовать лечь и уснуть, как перед кроватью я увидела Светослава, но он был словно как в тумане, а сам похож чем-то на голограмму.

— Вы тут? — удивилась я. Ведь я его видела только во снах.

— Сейчас не время, тебе нужно помочь маме и Смиту Райсону, — сразу ответил он.

— Что нужно делать? — без раздумий спросила я.

— У тебя есть шифр, тебе надо будет пройти в главный зал и сесть за одно рабочее место, которое я укажу тебе и послать сигнал авиасоединениям.

— Но как я это сделаю?

— Я прикрою тебя. Просто верь мне и делай все четко, что я скажу тебе.

Через пару минут разъяснений я вышла в общий коридор. Тут никого не было. Я быстро добралась до общего зала, где была суета. Но на меня никто не обращал внимания. Я больше не видела Светослава, но чувствовала сердцем, что он рядом, и, если что, поможет мне.

Я смогла пробраться через пустые места, проползая под столами. Мне требовалось дойти почти до самого кабинета Смита Райсона, где и сидел командующий авиасоединением Лос-Анджелеса. Сейчас там громко общались два человека, было видно, что они напряжены, и я решила подождать около одного из столов.

Я ждала пару минут, пока те два человека не направились в сторону кабинета командующего, как тут меня, вроде бы, заметил один из солдат, который сопровождал тех двоих, он указал на меня. Но тут я почувствовала спокойствие и слова Светослава: «Ничего не бойся».

— Кто там? — спросил один из них. Он смотрел прямо на меня, а я была почти в приседе и не двигалась.

Второй ему ответил:

— Кто поставил туда картотеку? Ладно, давайте разберемся после совещания. — И они просто вошли в кабинет Смита. Самое необычное — это то, что рядом со мной не было картотек, а только стол да стул. Я поняла, что мне помог Светослав.

Дальше мне уже никто не мешал, рядом никого не было, а в другой стороне зала была суета, что никто не обращал внимания. Дяди тоже не было видно.

Я села за стол командира авиасоединения. Компьютер был включен, как и рация. Если бы тут был какой-нибудь агент генерала Макса, то мало бы не показалось, но мне повезло.

Светослав сказал мне еще в комнате, что я должна послать шифр авиасоединениям, где можно обойти ПВО войск генерала Макса и нанести удар. Как объяснил Светослав, генерал Макс сосредоточил в одном месте три четверти военных запасов и топлива, но достаточно плотно прикрыл все средствами ПВО, только вот есть небольшая лазейка, правда, самолетом нужно следовать точным указаниям, и у меня нет шансов на ошибку. Шифр должен быть точным, но хорошо, что я изучила испанский алфавит и шифр для слепых, пока сидела с Мэри в бункере у Воздушного Пера. Какое везение!

Так я начала передавать шифр. Как просил Светослав, я передала летчикам маршрут полета, по сути, узкого горлышка, где не было воздействий ПВО.

В шифре говорилась так: «У нас появились данные о базе хранения войск генерала Макса. Чтобы уничтожить ее, вам потребуется четко выполнять мои инструкции из-за воздействия ПВО противника. К счастью, нам удалось узнать безопасный маршрут. Приказываю вылететь на боевое задание самолетам F-35 в количестве четырех штук c корректируемыми авиабомбами JDAM с аэропорта “Палмдейл Риджинал” и лететь строго на восток до города Прескотт, штат Аризона, далее повернуть на северо-запад до города Дуранго, штат Колорадо, снова на восток до города Додж-Сити, штат Канзас, далее взять чуть южнее города Уичито на тридцать пять миль от него и до города Джоплин, штат Миссури. Здесь поверните на Юго-Восток до города Конуэй, штат Арканзас, и на восток до поселения Винн. Над поселением Винн, на максимальной дистанции бомб, отстреляйте их по координатам 35.08861760260354, — 89.99528482713932 “Мемфис Депот индустриальный Парк”. Соблюдайте дистанцию от земли в сотни футов на протяжении всего полета и сохраняйте радиомолчания. От вас зависит наше будущее, если бомбы лягут удачно, то мы уничтожим примерно семьдесят процентов военных запасов войск генерала Макса и примерно тридцать процентов топлива. Приказ выполнять незамедлительно. Майор ВВС Энтони Майерс».

После я сразу поставила компьютер на сон и полезла под столами — и так вплоть до выхода из помещения. В зал так никто и не зашел и больше меня никто не замечал. Я спокойно дошла до комнаты и только тут вздохнула. Все что я услышала:

— Ты молодец. — Это были слова Светослава.

Через пару часов пришел дядя. У него уже не было сил, и он просто лег на кровать и заснул. А через час заснула и я.

Во сне я немедленно хотела узнать, получилось ли у меня все правильно сделать. И удалось ли пилотам поразить объект?

Когда я так подумала, то очутилась в большом зале, но рядом никого не было, кроме Светослава.

— У них получилось? — сходу задала я вопрос.

Светослав улыбнулся.

— Ты узнаешь об этом, когда проснешься, но ты сделала все правильно и точно отправила шифр.

Я успокоилась, но тут же вспомнила о маме:

— А как там мама? Дядя сказал, что она не подходит к рации.

— Не бойся, пока мама любит тебя, ей ничего не грозит. Через тебя я могу защищать ее в случае опасностей.

— Как же ей тяжело, — высказалась я вслух.

— Я же говорил, не беспокойся. На беспокойства ты впустую тратишь свою силу.

Я извинилась, и мы прошлись по залу.

— А как так получилось, что те двое человек не заметили меня, когда смотрели впритык, и один из них сказал, что видел картотеку?

— Потому что я прикрыл тебя.

— Это все ради шифра?

— Да.

Мы подошли к кабинету Смита Райсона.

— Один человек смог противопоставить себя Обществу, — высказала я свое мнения Светославу.

— Здесь уже нет Общества, — спокойно ответил он. — Когда погубили Ламбра, Общество умерло.

— Я даже не знаю, жалко ли мне Ламбра, ведь Общество противопоставило себя миру.

— Изначально Ламбр хотел изменить мир, но он не хотел делать это радикальным способом. Да, он помнил отца, но сам хотел сделать для мира что-то лучшее. Он хотел просто сделать мировые студенческие кружки, потому что знал, что именно студенты активные политические участники. Но брать оружие он изначально не хотел.

— Неужели его окружения так сильно повлияло на него?

— Да, как я говорил, окружение его отца всю жизнь влияло на Ламбра, а когда он дал слабину, то возник эффект прорванной платины. Но не думай, что влиял лишь один генерал Макс. За ним стояли еще люди. Но они не смогут победить.

— Но почему тогда идет битва?

— Потому что некоторые люди пошли по тяжелому пути и потащили за собой остальных, — загадочно ответил Светослав.

— А почему Смит Райсон пошел против генерала Макса?

— Потому что он думает о своей стране. Он понял, куда идет Общество и решил сохранить то, что осталось. Конечно, после битвы все будет по-другому, но даже если маленькая часть тебя хочет мира и добра, еще есть шанс тебя спасти.

Мы отошли от кабинета Смита и направились к выходу.

— Будь готова, у тебя еще будут дни, когда ты понадобишься человечеству. — Это были последние слова Светослава, перед тем как я проснулась.

Тут же я услышала шум за дверью, кто-то громко разговаривал. И я прислушалась.

— Удивительно, кто-то послал шифр авиасоединениям, и пилоты пролетели ровно по тем местам, где не было воздействия ПВО, и они смогли уничтожить в Мемфисе главный склад людей генерала Макса, — сообщал один человек.

— Как так возможно, что компьютером воспользовался посторонний? — это был дядя. — Но это чудо, ведь вместе со складом, как сообщает разведка, было уничтожено высшее командование, которое инспектировало склад, а вместе с ним, возможно, и генерал Макс. Если это подтвердится…

— Давайте не будем забегать вперед. Само уничтожение объекта, за которым мы охотились давно, уже победа.

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава шестнадцатая. 2023 г

Штаб находился на территории Калифорнийского университета. Как и в Бостоне, тут построили сеть бомбоубежищ во времена Холодной Войны. А так как сам университет находится на подножие хребта Санта-Моники, то и само подземное сооружение куда безопаснее, чем в Гарварде.

— Стоило бы догадаться, — высказала я вслух.

— Да, тут безопасно, — ответил брат.

Дочь ничего не сказала и просто следовала за нами. Интересно, что студенты никуда не делись, хотя сейчас и лето.

Мы зашли в один корпус, но внутри не было студентов, а был пункт досмотра.

— Это Кия с дочерью, — сказал брат, показывая свои документы.

— Паспорта, — четко сказал досматривающий.

Я показала свой американский паспорт, а также военную карточку ливанских войск на всякий случай. И еще свидетельство о рождении дочери. После нас пропустили.

— Интересное прикрытие, — сказала я. — Но никто не догадается, что это и есть вход?

— Не думаю, этот корпус отдан в аренду, так что студенты не догадываются.

Через мгновение мы спустились ниже на грузовом лифте, а внизу нас ждал фургончик для перевозки людей.

— Садитесь, — указал на свободные места брат.

Мы сели и поехали на небольшой скорости. Убежище было большое.

— Как понимаю, оно было построено в сторону хребта? — спросила я.

— Да, — ответил брат. — Так безопаснее. Даже прямой ядерный удар выдержит.

— Получается, что Гарвард был более уязвим к этому оружию?

— Гор в Бостоне нет. Но в любом случае у генерала Макса нет оружия, чтобы уничтожить этот штаб, как и у нас.

— Кстати, а где он сам? Есть какая-нибудь информация?

— Мы лишь знаем, что он точно не в Бостоне. И не в Вашингтоне. Есть мнение, что он смог переехать для безопасности на Пуэрто-Рико.

— А мы не сможем его там достать?

— Нам бы отбить атаку…

Через пару минут мы прибыли в командный центр. Удивительно, но мою дочь тоже пустили, хотя все выглядело куда серьезнее Бостона.

Мы вошли в огромное помещение, более похожее на ангар. Везде была суета. Несколько десятков людей работали за компьютером. Какие-то военные командиры рассматривали карты, а в конце помещения на всю стену был расположен экран, где была показана вся сводка с фронтов.

— Не думала, что тут все так… — Я не смогла подобрать слова.

— Этот штаб использовался Тихоокеанским командованием ВМС США во времена Холодной Войны, — объяснил мне брат. — В двадцатые годы тут была обновлена вся инфраструктура, поэтому это место очень подошло для роли штаба Западного Командования.

— То есть у Западного Командования есть и флот? — неожиданно спросила дочь.

— Есть, только вот в сухопутной битве, где-то посреди Америки, он бесполезен, — ответил ей брат.

Мы просто шли вперед среди всех этих людей. Не думала, что тут все так серьезно. В Бостоне, как теперь кажется, все было детской игрой. Там был лишь Ламбр и его сторонники, но он сам пытался все решать. А тут. Даже у нас в Ливане такого не было. Хотя мой отец принимал решение коллективно с другими командирами.

К нам подошел один из командиров.

— Приветствую вас, — обращался он к брату. — Вы к командующему?

— Так точно, — ответил брат.

Через пару минут мы подошли к углу помещения, где у входа стояли в очереди еще несколько командиров. А на входе стоял секретарь, который пропускал, как только предыдущий человек покидал комнату. Видно, это был кабинет командующего Западного Центра.

Только через полчаса мы смогли войти «на ковер».

Михаил пожал ему руку.

— Приветствую вас. Я привел к вам мою сестру Кию с ее дочерью Эли.

Командующий улыбнулся. Он был в белой фуражке и в белом кителе. Были видны седые волосы, но лицо полностью выбрито. На вид ему где-то шестьдесят лет.

— Приветствую вас. — Он поцеловал мою руку, а потом встал на одно колено и поцеловал руку Эли. — Я рад, что вы прибыли в наш центр.

Хотя я была удивлена поцелуем в руку, я быстро взяла себя в руки.

— И я вас приветствую. Рада, что мы добрались до вас, хотя дорога была тяжела.

— Да, мне уже доложили. — Командующий сел за стол и пригласил всех нас сесть на кресла перед его столом. — А, где мои манеры. Командующий Западным Центром, а также Тихоокеанским флотом Американского Содружества Нации адмирал Смит Райсон. — Он отдал честь.

— Я не думала, что флотоводец командует и сухопутной армией, — высказалась я.

— Да, я тоже никогда не думал, что до этого дойдет. — Смит вздохнул. — Но сейчас все будущее Америки стоит на кону.

— Но вы же решили идти против Общества из-за генерала Макса.

Смит сложил руки перед собой.

— Знаете, время Общества ушло. Его идея уже давно развалилась на части. Сейчас решается судьба Америки, и я не допущу, чтобы мы исчезли с карты мира только из-за амбиции одного командира.

— А когда Общество только восстало, вы были на их стороне? — продолжала допытывать я. — То есть вам не нравилось правительство Вашингтона?

— Наверно, вы в чем-то правы, — осторожно начал он. — В любом случае я командовал флотом, а Общество имело сухопутную армию. Мы отвлеклись от темы. Думаю, вы еще не знаете, зачем сюда привел вас ваш брат?

— Нет, мне не говорили цель.

— Так вот, ваш брат, Миха аль-Саид, работал на нас еще раньше, чем Ламбр решил взять Бостон. Как вы помните, в Америку прибыло достаточно солдат из Ливана. А Миха работал со всеми ими по линии спецслужб Вашингтона.

Когда Смит сказал это, у меня ушло все, и разочарование в брате только усилилось, особенно после его заявления о его браке, теперь в сердце просто пустота.

— Как я понимаю, он следил за всеми солдатами из Ливана?

Смит ответил утвердительно.

— Да. И вы должны быть рады, что он изначально работал на моего человека, тем самым спас многих, когда генерал Макс решил показать свои амбиции. Ваш брат докладывал ваши действия, в том числе как вы работали в Бостоне и в Линкольне. И о вашем ранении и чудесном исцелении.

— Не того я ожидала от брата, — честно призналась я. — Но к чему вы клоните?

Смит улыбнулся.

— Мы формируем Ливанский особый корпус, состоящий из бывших военнослужащих. Я предлагаю вам занять должность командующего этим корпусом. Ваш отец был уважаемым командиром, и я уверен, что все ливанские солдаты последуют за вами. Кроме того, согласно договоренностям между Вашингтоном и Бейрутом, ваше звание останется прежним.

Мне понадобилась несколько мгновений, чтобы понять это.

— Я командир ливанского корпуса?

— Да, правда, он и называется особенным, что мы не смогли набрать достаточно людей. Но, скажу, что ваш батальон уже подготовлен. Вы вечером сможете встретиться со своими людьми, если примете утвердительное решение.

— Хорошо, дайте прежде подумать, а я задам еще несколько вопросов, — неопределенно ответила я.

— Хорошо, я уже принял всех командиров, так что у нас еще есть время, — кивнул Смит.

— В каком положении мы сейчас находимся? — был мой первый вопрос.

— В критическом, — кратко ответил он.

— Откуда у них столько вооружение и людей?

— Они собрали все, что могли со всего мира: Африка, Южная Америка, Азия. Они пожертвовали идеями Общества ради личных амбиций.

— Общество перестало существовать?

— Да. Даже сам Бостон уже нельзя назвать столицей Общества. В мире потихоньку избавляются от их влияния.

— Чем руководствовался генерал Макс, когда принимал такие решения? Ведь он понимал, что ООН просто так не оставят нас.

— Только личные амбиции. Мы не знаем конечную цель, но знаем, что на кон поставлено все.

— Будут ли русские помогать нам?

Тут Смит задумался, но через пару секунд ответил:

— Вначале они предложили нам самим решать нашу судьбу, но когда стало понятно, что Бостон собирает все, что есть в мире, против нас, Москва стала предоставлять нам спутниковую разведку и кое-какие другие данные, но это все.

— Что будет, если генерал Макс нас обыграет? Как будут реагировать члены ООН?

— Они просто не оставят это, само собой. Но тогда Америки не станет и будет поделена, как Германия после Второй мировой. Я это сделать не позволю. Есть условия, если мы сможем победить генерала Макса, мы сможем и дальше существовать как независимая держава, в противном случае русские будут присутствовать на всем западном побережье, и это, черт возьми, очень плохая идея для всех нас.

— То есть они уже сообщили, что будут делать дальше в случае нашей неудачи?

— Да, и я не буду все вам рассказывать. Впереди у нас битва.

— И вы просите ливанку посодействовать вам в битве?

— У вас ведь есть американский паспорт? Значит, вы принимали присягу.

На этот вопрос я не хотела отвечать. Разумеется, так все и было, но я не чувствую себя американкой.

— Хорошо, тогда у меня есть последний вопрос. Как думаете, у русских есть свои планы на нас? Почему они решили помогать именно нам? Мы же лишь боремся против амбиции генерала Макса.

Смит вздохнул, но ответил:

— Я не имею права все вам рассказывать, лишь скажу, что у русских щедрая душа. Казалось бы, не так давно мы были врагами, но сейчас они помогают моим людям, а ведь мои подлодки носят ракеты, которые нацелены на Дальний Восток. Впрочем, мир и так провалился дальше некуда, а когда все закончится, будет мировая конференция мира. И я не хотел бы, чтобы ООН делила нашу страну на колонии.

— Поняла вас, тогда у меня нет больше вопросов.

Смит встал из-за стола и прошелся по кабинету. Брат был в напряжении, но мне уже было все равно на его состояние. А дочь была тихой, как я и учила, тихо вести себя при важных разговоров взрослых.

— Сейчас мы в критической ситуации, — начал он свою речь, — но у нас есть шансы. У меня есть флот, впрочем, как и у него. Нам удалось собрать кое-какие силы, поэтому я и позвал вас сюда. Ливанцы хорошо отличились в боях еще тогда, с террористами. А вы прирожденный лидер.

Меня это смутило, но он продолжил:

— У вас восемьсот человек, ваш непосредственный командир — ваш брат Миха аль-Саид.

Эти слова вонзились в самое сердце, я хотела полностью отказаться от общения с братом. А может, это отец с того мира попросил у Всевышнего, чтобы мы оба были командующими, как он и хотел? Ибо только так я готова работать с братом.

— Если вопросов нет, вы можете идти, ваш брат приведет вас к вашему батальону. Ваши люди уже ждут вас. И да. Я назначаю вам звания Первого лейтенанта.

Он протянул мне руку. Мне ничего не оставалось, как пожать ее. А после мы встали и вышли из кабинета Смита; в главном помещении был тот же хаос.

Как только мы подходили к выходу, брат сказал:

— Извини, я мало тебе рассказывал о моей жизни здесь. Удивительно, но мы оба стали командирами, как и хотел наш отец.

— Только мысль об отце греет мое сердце, иначе бы мы больше не разговаривали, — холодно ответила я.

— Мам! — неожиданно обратилась дочь ко мне. — Сейчас нам нужно объединять усилия, ты слышала дядю Смита.

— Да, Эли. Я знаю, — ласково ответила я.

Мы доехали до другого помещения в горах Санта-Моники. Это было что-то вроде актового зала, где и поместились все мои люди. Я подошла к трибуне и узнала многие лица, которые видела еще в Ливане. Один из них был тот самый палач, который пытал проповедника из Дамаска, которого мы нашли вместе с Тео…

— Итак, друзья, — начала я. — Мы снова встретились. Давно я вас не видела, с тех пор как мы прибыли сюда. И теперь нас зовут отдать долг за то, что нас тут приняли. Что ж, мой отец, аль-Саид, хотел, чтобы я стала командиром, и теперь я с вами. Я лично была знакома с господином Ламбром и работала в Бостоне. Я не понаслышке знаю о генерале Максе. И если не сейчас, то когда мы сможем доказать наше имя воинов? Не посрамим память аль-Саида!

— Да будет так! — ответил зал воинов.

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава пятнадцатая. 2023 г

После звонка мамы я встала с кровати и отправилась есть. Самочувствие улучшилось. А Мэри не скучала без меня.

«Интересно, это наша со Светославом помощь маме, помогла ее ране так быстро затянуться?» — спросила я про себя.

В гостиной было тихо, только мистер Лесли смотрел в смартфон.

— А, тебе стало лучше? — спросил он меня, когда услышал шаги и посмотрел в мою сторону.

— Да, мне даже мама позвонила, сказала, что они с дядей едут сюда, проезжают сейчас Лас-Вегас.

— О, так быстро. Значит, будем их встречать. — После этих слов он встал и направился в спальню.

А я села на диван и глубоко задумалась. Пока у меня была лихорадка, я видела словно сон. Это было где-то недалекое будущее. Я стояла на поляне, а рядом было несколько человек. Среди них я видела и Светослава. Все ждали речь. А рядом со мной стояла девушка, похожая на меня, и она говорила, что учреждает коммуну. И что это начало перехода к новому миру.

«Я бы хотела присутствовать на таком мероприятии, — подумала я про себя. — Я чувствую, что эта коммуна важна и мне, и Светославу. Может быть, когда я его еще раз увижу, мне спросить про этот сон?»

Через пару минут в гостиную вошла миссис Джеси.

— Приветствую тебя, — сказала она, когда увидела меня.

— Здравствуйте, миссис Джеси, — ответила я ей. — Вы слышали новость?

— Да, мне уже все рассказал муж. Скоро приедет твоя мама. Мне надо приготовить несколько блюд.

И тут меня осенило предложить:

— А давайте я вам помогу.

Миссис Джеси улыбнулась.

— Но у тебя недавно была лихорадка. Тебе надо отдохнуть и восстановить силы.

— Я думаю, что вы хотите наготовить целый стол. Наверняка есть простые блюда, которые я смогу приготовить.

Миссис Джеси склонила голову, а потом кивнула.

— Хорошо, тогда подходи на кухню через пятнадцать минут.

А пока шло время, я прошлась по дому и поискала Мэри. Оказывается, она сидела на заднем дворе с младшей дочерью миссис Джеси и мистера Лесли.

— Я буду помогать готовить миссис Джеси на кухне. Мне мама позвонила, скоро они с дядей приедут к нам, — протараторила я.

Мэри задумалась.

— Так быстро. Но я не особо умею готовить. Не хочу испортить еду.

— О, давай тогда приберем дом, — предложила младшая дочь.

Мэри скривила лицо, а потом ответила:

— Ладно, если Эли помогает миссис Джеси, давайте и я помогу чем смогу.

Так мы договорились, и через пятнадцать минут каждый был занят своим делом.

Я готовила яблочный пирог, пока миссис Джеси занималась другой едой.

— Как там жизнь в Бостоне? — неожиданно спросила она.

— До всех событий город был шумный. Там столько туристов было летом. Мы с мамой гуляли по аллеям, но народ был везде. Так-то мы жили недалеко от центра, рядом с рекой Чарльз.

— Неужели твоя мама смогла позволить там квартиру? — удивилась миссис Джеси.

— Нет, ей предоставили квартиру, когда она попала в Америку. Как ветерану Ливана.

— Я не знала, что твоя мама воевала в Ливане… — Было видно, как ее голос поник.

— Да, она росла в семье военного. Она всю жизнь провела в таких условиях, а когда случился коллапс в Ливане, она успела эвакуироваться с дядей Мишей. Тут ей и предоставили квартиру, как и другим военным Ливана.

— Так вот в чем дело… — задумчиво сказала она.

Когда пирог был готов, она спросила:

— А твоя мама работала в Обществе?

— Мы посещали лекции до всего этого. А когда все началось, мы пережили зиму в бункере с Мэри. К сожалению, наша квартира пришла негодность, когда мы смогли снова выйти на поверхность. Нам обещали сделать ремонт, но, увы, теперь мы далеко от Бостона.

— Я не знала, что брат с сестрой так различаются. Но почему Михаил решил привезти сюда твою маму? — Это вопрос был риторический. Я заметила в ее голосе раздражение. Возможно, она не любила Общество?

— А разве дядя Миша не разделял образ Общество? — решила спросить я напрямую.

— Нет конечно. Да, он работал в Бостоне, говорил, что присматривает за твоей матерью. Все же вы без отца. Странно, что он не все нам рассказывал.

— Но ведь мистер Лесли всего лишь водитель дяди, понятно, что он не все будет рассказывать вам.

Миссис Джеси хмыкнула, а потом заявила:

— Между прочим, мой супруг не простой водитель твоего дяди, как и я. Михаил женат на нашей старшей дочери Мии. Но то, что он не до конца рассказал о своей сестре? Нам нужно будет поговорить с Михаилом, когда он приедет сюда.

Эм… — И такое я узнаю вот так? Дядя, оказывается, женат, а миссис Джеси его теща. Интересно, а мама знает об этом?

— Он вам не рассказывал? — увидев мое удивление, спросила она.

— Ну, нет, — коротко ответила я.

Миссис Джеси вздохнула.

— Эх, он не до конца честен со всеми нами. Ладно, давай доготовим еду, а когда дядя с твоей матерью приедут, мы все обсудим.

В тишине мы все доготовили. Больше мы ничего не говорили друг другу, понимая неловкость ситуации. Поэтому я после пошла в гостиную, посидеть одна. Единственное, что я решила, это не рассказывать, что Мэри — дочь генерала Макса. Иначе нас просто выставят на улицу. Пусть дядя с мамой найдут решение этой ситуации.

Мама должна вот-вот приехать, а пока я сидела в гостиной, ко мне подошел мистер Лесли.

— Слышал, что вы с миссис Джеси наготовили много еды для наших гостей, — довольно произнес Лесли.

— Да… — поникшим голосом ответила я.

— Что-то случилось? — увидев мое лицо, спросил Лесли.

— Миссис Джеси сказала, что дядя женат на вашей старшей дочери, и она была недовольна, что моя мама росла в семье военных или это из-за Общества? Наверно, мне не надо было все это вам говорить.

Но мистер Лесли не перебил меня, а просто сказал:

— Эх, Джеси, иногда она не сдерживает свои чувства. Но да. Все так. Мне жаль, что ты узнала это. Твой дядя хранил свадьбу в секрете, но это из-за работы в Обществе. Ты знаешь положение, особенно в такие моменты, как сейчас. Все должно быть конфиденциально. Я поговорю с супругой. Просто это все может пагубно повлиять на всех нас.

После этих слов он ушел на кухню. А я задумалась. Может быть, они и правы. Ведь дядя работал под прикрытием, как я понимаю. И все эти отношения должны быть сохранены в тайне. Но что скажет мама?

— Может, она войдет в положение дяди и того, что он мало общался с нами раньше? — высказалась я вслух.

Когда мистер Лесли вышел из кухни, он сказал:

— Мама с дядей прибудут через пятнадцать минут. Попали тут в пробку, но ничего страшного. — А после он удалился в сад.

Кстати, там сидела и Мэри. Поэтому я тоже направилась туда.

В саду она сидела одна. А мистера Лесли нигде видно не было. Наверно, он пошел за своими дочерями.

— Ну, как ты? — увидев меня, спросила Мэри.

— Уже лучше, — уверенно ответила я. — Вот, готовила и помогала миссис Джеси на кухне. Яблочный пирог сделала.

— Ого, — удивилась она. — Значит, будет большой пир!

— Да, мама с дядей скоро приедут. Через пятнадцать минут.

— Значит, скоро будем есть! Это отлично.

— А ты так? Проголодалась?

— Их дочери соблюдают диету, и мне пришлось присоединиться. Иначе они бы не взяли меня в свою компанию, — пожаловалась она.

— Почему ты так стремишься быть с ними?

— Да, они про моду все знают. Все тренды. Вот я и решилась.

Мы обе затихли, а я просто села в свободный шезлонг.

Я чувствовала, что это последний вечер с Мэри. Но не подала ввиду. Может быть, это лишь мысли из-за разговора с миссис Джеси? Не думаю, что она теперь будет желать мою маму. Да и разговор с дядей будет тяжелым. Наверно, все эти мысли — это лишь нервы…

— Я бы тут осталась, — неожиданно высказалась Мэри.— Тут хорошо. Жаль, что тебе неинтересны разговоры с детьми мистера Лесли.

— Да мне интересна мода, но их мышление мне чуждо, — честно призналась я.

— Но ты же со мной общаешься.

— Да, но мы вместе многое пережили.

— Это да, но я бы хотела жить в спокойствии. Не хочу, чтобы жизнь еще раз резко развернулась, и мы были где-то в другом месте и при других обстоятельствах. Устала я.

— Понимаю тебя.

Разговор затих. Я услышала, как машина паркуется перед домом. Наверно, это дядя с мамой.

— Почему-то мне грустно, — неожиданно сказала Мэри.

— Думаешь, что мы снова куда-то поедем? — спросила я.

— Не знаю. Да, такой вариант возможен, — тихо ответила она.

Я решила пройти в гостиную. Там я увидела, как мистер Лесли и миссис Джеси встречают гостей. Это были дядя с мамой.

— Наконец вы доехали! — радостно сказал мистер Лесли.

Миссис Джеси просто кивнула им. А дядя ответил:

— Да, удача была на нашей стороне. Я рад, что мы доехали. Но, как понимаете, впереди еще много работы. А это моя сестра Кия. — Он указал на маму.

Миссис Джеси тихо кивнула, но ничего не сказала. А мистер Лесли предложил нам всем пройти на кухню, чтобы отдохнуть от дороги и посидеть за столом. Он попросил меня сходить за Мэри.

— Мэри, там накрывают стол, мама с дядей приехали, и мистер Лесли всех приглашает, — сообщила я ей.

Она лишь сказала, что пойдет поищет дочерей мистера Лесли и присоединится к нам.

Через пять минут мы все сидели за столом, кроме их дочерей.

Миссис Джеси рассказывала, как я помогала ей готовить, мистер Лесли говорил о своих дочках, а Мэри высказывала, что ей тут нравится.

Первые десять минут все было спокойно. Мне удалось насладиться собственноручно приготовленным пирогом. Но потом зашли дочки миссис Джеси и мистера Лесли. Я редко их видела, но выглядели они, как и раньше, в одежде под XIX век. Мама поприветствовала их, и они сели рядом с миссис Джеси, кроме старшей… Она села рядом с дядей и удивила этим маму. Вначале можно было подумать, что просто не нашлось места, и ей пришлось сесть там, но тут она заявила:

— Наконец я увидела сестру моего мужа. Михаил рассказывал о вас и о племяннице. С Эли я уже знакома и с ее подругой. А с вами я давно хотела познакомиться.

Мама не понимала, о чем она говорит. Но мне от этого стало грустно. Я чувствовала, что все это приведет к печальным последствиям.

— Да, я же писал в письме, что я женился, — коротко ответил дядя.

— В каком письме? — осторожно спросила мама.

— Которые я тебе присылал и не раз.

Тут я вспомнила, что у мамы были письма, которые передал мистер Воздушное Перо. Но она никогда не притягивалась к ним, и они так и остались в бункере в Линкольне.

— Да, те письма… — тихо говорила мама. — Помню их, я их не открывала, думала, что они на экстренный случай. Думала, что там план на случай, если нам бежать надо будет.

— Как ты могла додуматься о таком? — непонимающе спросил дядя.

— Потому что наш отец учил меня этому еще в Ливане. Закрытые письма на экстренный случай. В таком положении, когда мы так переезжали, больше ни о каких других письмах и не думаешь. А там, оказывается, было написано, что ты женился? Разве так надо сообщать об этом? — Мама выходила из себя. Но я знала, что там была именно стопка писем, и они вряд ли были на экстренный случай.

Похоже, все за столом были в шоке. Но тут добавила миссис Джеси:

— Правильно, что она не знала, мне не нужен человек, который жил под военным гнетом отца и воевал как ошарашенный.

Мистер Лесли попытался вмещаться:

— Джеси, о чем ты говоришь? Она гость, и мы рады видеть ее тут. Что за скандал ты тут устраиваешь?

Но миссис Джеси была непроницаемой.

— Я рада, если она не будет у нас жить, хотя я и рада познакомиться, но на этом все.

После она просто вышла с кухни.

Неловкую тишину развеяла мама:

— Сейчас же отвозишь меня в штаб с Эли, и больше я не хочу ничего слышать. Мэри, извини. Тебе лучше остаться тут.

Приказ мамы был исполнен. Через десять минут дядя уже вез нас в сторону штаба.

— Почему Мэри осталась? — осторожно спросил он.

— Мэри — дочь генерала Макса, и о ней наверняка знают и узнают в штабе.

В дороге больше разговоров не было, а через полчаса мы прибыли в штаб. Неужели чувство, что я больше не увижу Мэри, сбудется?

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава четырнадцатая. 2023 г

Я открыла глаза. Болела голова и где-то в области сердце. Все было как в тумане. Со мной сидел брат, и мы куда-то ехали. Я попыталась вспомнить последние моменты, но мой мозг не поддавался. Руками я начала ощупывать себя, вроде все на месте…

— Ты очнулась! — радостно сказал брат.

— Да… — едва я промолвила. — А где мы? И что случилось со мной?

— Тебе сейчас нужен отдых, тебя ранили.

Тут я начала вспоминать, что мы были на совещании у Воздушного Пера, а потом пошли в город.

— Я лишь помню наше совещание, а потом мы пошли в город. Там что-то случилось. Единственное, что я четко помню — это то, что я отослала детей в Лос-Анджелес. Надеюсь, им там хорошо.

— Да, случилось непредвиденное. Я смог тебя вытащить из поля боя. Думал, что рана была смертельная, пуля прошла навылет. Удивительно, но кровь быстро остановилась, и медик смог тебя быстро подлатать, чтобы ты смогла хотя бы доехать до госпиталя.

— А разве больница не в городе?

— В городе сейчас бои. Поэтому мы приняли решения отвезти тебя подальше на запад. В Денвер.

— В Денвер? — удивилась я. — Туда ехать семь часов.

— Но ты была в отключке шесть, так что осталось немного.

Я удивилась, не думала, что смогу проваляться так долго.

— Так, а какое мое состояние сейчас? Почему вы были уверены, что довезете до госпиталя?

— Да дело в том, что твое кровотечение было быстро остановлено, может быть, у медика были «золотые руки».

Я смогла нащупать на себе бинт, а болело именно рядом с сердцем.

— Неужели пуля прошла рядом с сердцем? — удивилась я. — Вот это удача.

— Да, а может, наш отец оберегает тебя, — задумался брат.

— Ты редко его вспоминал.

— Может быть, — вздохнул брат, — но когда такое происходит…

— Знаю, ты был бы на грани нервного срыва, операция проваливалась, нас окружили…

— Не надо так драматизировать. Все, что я сделал, — это обеззаразил рану, к счастью, наш проводник был медиком. У него все было при себе, и мы забинтовали тебя.

— Как мумию? — рассмеялась я.

— Ну, хоть чувство юмора у тебя появилось, значит, все хорошо.

Я лишь кивнула, а машина плавно везла нас в госпиталь.

— Интересно, как там Эли с Мэри. Никаких новостей не было? — спросила я брата.

— Мне ничего не сообщали, в госпитале я свяжусь и спрошу.

После этих слов мы молчали всю дорогу до госпиталя. Наверно, брат пережил не самый лучший момент в своей жизни. А у меня просто не хватало сил, чтобы говорить. Я лишь думала и вспоминала события из Ливана и какие раны получали солдаты отца. И теперь я одна из них. Отец бы наградил меня за пережитое ранение и даже присвоил какое-нибудь звание, но тут мы играем по правилам Западного командования, и им вряд ли интересно мое положение дел. Может быть, Воздушное Перо и сказал бы несколько лестных слов, но на этом все и закончилось.

— Получается, теперь я настоящий солдат из элитного отряда отца, — в шутку произнесла я.

— Да, он же всех, кто пережил тяжелое ранение, но вставших на ноги, перечислял в элитный отряд. Как говорил он: «Истинный солдат тот, кто смог пережить хотя бы среднее ранение, когда пуля прошла, например, на вылет через руку, а те солдаты, которых никогда не ранило, они всегда будут новичками. А вот тот, кто пережил тяжелое ранение, да и еще дальше стоит с оружием в руках, он становится элитным солдатом и он на вес золота».

— Помню эти слова, он нам говорил все это, когда я впервые с остальными новичками взяла оружие в руки.

— Но ты забыла свое ранение в плечо тогда, в день боя.

— Точно, значит, из истинного солдата я перешла в элитного воина, — засмеялась я.

Мы уже были в Денвере и скоро должны были приехать в госпиталь. И тут я вспомнила случай в Ливане.

— Помнишь, — начала я вспоминать, — когда была атака террористов, тогда наш отец был ранен, рядом был Тео, отец рассказал мне, что ты мой брат. И сказал, что у меня психологическая травма; я же тогда в детстве вытащила тебя из-под завалов, но все было как в тумане, и единственный опечаток тех действии отобразились в моих снах.

— Да, помню ту историю. Удивительно, ведь отец мог и не рассказать тебе это, он же прямо перед смертью сказал тебе.

— Это да, так вот, получается, ты отдал мне долг, так как теперь ты вытащил меня из лап смерти, как я тебя в детстве.

Михаил сделал большие глаза, было видно, что таких слов он точно не ожидал от меня. Может быть, я и не так часто бываю серьезной, но туман в голове помогал мне подобрать правильные слова в такой ситуации. И я рада, что брат сейчас рядом.

Он ничего на это не ответил, а лишь сказал:

— Похоже, мы уже на территории госпиталя.

Действительно, мы остановились. Водитель сказал, что мы приехали, и сейчас медики подойдут к машине, чтобы отвезти меня в палату.

— Просто спасибо тебе, — тихо сказала я. А через десять минут я уже была в палате. Медики сказали, что сейчас подойдет хирург и осмотрит меня.

Пока я ждала, я вспоминала все события Ливана, удивительно, но большинство сторонников моего отца я не видела с приездом в эту страну. В Бостоне были собрания ветеранов Ливана, но там были ветераны и других соединений, и мы особо не общались.

Наконец, хирург подошел ко мне.

— Давайте вас осмотрим, — сказал он мне.

Я смогла сама встать и раздеться, туман в голове уже исчез, но грудная клетка болела.

— Я сам заменю ваш бинт, — сказал хирург, когда я уже хотела отвязать узел на бинте.

Через минуту, когда уже все было окончено, хирург сильно удивился.

— И это ваша рана?! — воскликнул он. — Что за медик сопровождал вас?

Я была сильно удивлена, а когда посмотрела на рану, то увидела лишь шрам…

— Но мне доложили, что пуля прошла сквозь тело, — несвязно ответила я.

Хирург потрогал шрам спереди и на спине. Было видно, что он тоже был удивлен. Бинт-то был в крови, а вот на самой коже словно ничего, кроме шрама, и не было. Не было видно даже каких-либо шовных нитей.

— Знаете, — вздохнул хирург, — давайте сделаем вам рентген, чтобы убедиться в правильных выводах вашего «спасителя». Я могу предполагать, что у него золотые руки, но тогда у меня появится конкурент.

Через час мне сделали рентген, а дальше отвели в палату.

— В любом случае, — продолжил хирург, — вы неделю проведете в этой палате.

А после он вышел.

— М-да, неожиданно, — сквозь зубы промычала я. — Как так, если шрам есть, а значит, и пуля действительно прошла на вылет, и кровь есть на бинтах, а она так быстро зажила у меня?

Мне подумалось, что я сверхчеловек, но я сразу отбросила эту мысль.

— Что ж, надеюсь, что брату разрешат посетить меня, а иначе неделя будет скучной.

В палате была только я одна. Может быть, еще кто-то будет, ведь бои в Линкольне были ожесточенные, и наверняка, кого-то пришлют в эту больницу.

— Интересно, как там дети? — Мне стало не по себе, что они предоставлены водителю брата. Когда он придет, я обязательно расспрошу его о семье водителя. Чтобы успокоиться.

Так я провела три дня в больнице. Да, ко мне приходили врачи и осматривали меня, но никакой информацией они не делились со мной. Пока в один обед ко мне не пришел брат…

— Наконец я дождалась тебя, — с радостью поприветствовала я его.

— У нас нет времени, — сразу заявил он. — Ты можешь ходить?

— Да, удивительно, но у меня остался лишь шрам, а как он так быстро зажил, тут никто не знает. Жду результатов рентгена.

— Понял, но сейчас нет времени, собирайся. — С этими словами он отдал мне пакет с моей одеждой и вещами и вышел из палаты.

Я сразу же оделась и вышла в коридор.

— Что случилось? — спросила я.

— Нам нужно уезжать. Пришел приказ: ехать в Лос-Анджелес, — кратко ответил брат.

— Я рада увидеть девочек. Тем более я хотела тебя спросить о твоем водителе. Надеюсь, что у него благополучная семья, и у Эли с Мэри все хорошо.

— Да, я же обещал, что доверяю Лесли. А теперь пошли.

На выходе из больницы стояли броневики. В один из них и посадил меня брат.

— В городе идет эвакуация? — удивилась я.

— Да, корпус, который атаковал Линкольн, оказался лишь авангардом. За ним шли части, которые были выведены из Южной Америки. К сожалению, во многих из них принимают участие наемники из стран Латинской Америки. Мы все прозевали.

Машина тронулась. Было видно, что многие люди города пытались уехать на запад. Но паники не было.

— Где сейчас войска генерала Макса?

— Сейчас их сдерживают на границе Колорадо. Но, наших сил слишком мало.

— Они взяли аэропорт Линкольна?

— Нет, войска Воздушного Пера сейчас в обороне. Но у нас нет подкрепления, которые смогли бы их спасти…

Я вздохнула. Но я рада, что получила ранение и очутилась в Денвере. Это меня спасло.

— Хорошо, что я получила ранение, иначе мы бы все пропали.

— Это точно, удивительно, что все так совпало и ты хорошо себя чувствуешь.

В этот момент я вспомнила, как после выстрела на мгновение вспомнила дочь, а потом ко мне подошли две фигуры: взрослый и подросток.

— Когда я была ранена, со мной были лишь ты и наш сопровождающий?

— Да, он спас тебя. Так что мысленно благодари его, так как мы не знаем о его судьбе. Хотя я знаю, что все наши силы были разгромлены в городе.

Я мысленно поблагодарила его. Но в то же мгновения поблагодарила те две фигуры. Я чувствовала, что именно с их помощью у меня все быстро зажило. Хотя впервые в жизни переживала такое. Тут же я вспомнила рассказ отца, как он говорил, что некоторых солдат во время тяжелых раненный спасали таинственные фигуры, которые видели лишь сами раненные. Может быть, это те ангелы хранители, о которых говорят в христианстве?

— Мы будем ехать пятнадцать часов, — сообщил брат. — Если хочешь, можешь поспать.

— Да я и так спала в больнице. Едва ли со мной кто-то общался, кроме врачей. В палате я была одна.

— Знаю, это моя просьба, но она была продиктована в целях безопасности.

Я лишь кивнула и прикрыла глаза. Спать не хотелось, и я предалась воспоминаниям из Ливана и мирной жизни в Бостоне. Удивительно, ведь я росла в семье военных, но я соскучилась по мирной жизни.

— Я скучаю по мирным временам, — тихо произнесла я.

— Ты раскисла, Кия, — неожиданно ответил брат. — У нас тут серьезная ситуация. Будь посерьезнее на этот раз.

Его слова были как холодный душ для меня. Я не стала ничего говорить, а лишь попыталась уснуть.

Я проснулась, когда мы были в Лас-Вегасе; остановились заправиться.

— Надо поесть, — произнес брат.

Мне есть совершенно не хотелось. Единственное, что я попросила, это смартфон, чтобы дозвониться до дочери.

Через пару минут она мне ответила.

— О, мам, это ты. — Но голос был не такой бодрый.

— Да, со мной все хорошо. Сейчас мы в Лас-Вегасе. Скоро приедем к вам. А как у вас там дела?

— Все нормально. Мэри подружилась с дочерями Лесли, а я вот лежу в кровати.

— Что так? Нечего делать в доме?

— Нет. Извини, мам. Мне сообщили, что ты тяжело ранена, и я упала в обморок. У меня лихорадка была, но сегодня только упадок сил.

Я ахнула.

— С тобой нормально обращались?

— Да, мам, все хорошо. Жена Лесли, миссис Джеси, хорошо заботится о нас. Она давала мне лекарства.

Я вздохнула.

— Как же хорошо, что в доме есть такой замечательный человек! У меня тоже всё хорошо. Удивительно, но моя рана быстро затянулась и превратилась в шрам. Никто не знает, как это произошло. Я тоже провела пару дней в больнице, но сейчас чувствую себя хорошо. Мы с дядей едем к тебе.

— Наконец я хоть увижу дядю. — Ее радостный голос взбодрил меня. — Просто мне тут скучно. Да, пока я лежала с лихорадкой, мне было не до разговоров. Но сейчас я рада, что ты позвонила. Хорошо разбавлять несколько минут в день приятным разговором.

— И я рада поговорить с тобой и узнать, что все хорошо.

Мы говорили еще пятнадцать минут, вспоминали приятные события из прошлого и просто интересные моменты. А когда брат вернулся, я попрощалась с Эли и мы выехали в сторону Лос-Анджелеса. Оставалось ехать еще около пяти часов. Над нами пролетели в сторону востока самолеты F-35…

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw

Предыдущая глава: Книга "Всемирная Мораль IV. Часть вторая: Ответы мира". Глава тринадцатая. 2023 г

Я открыла глаза, но все чувства, словно, уточнились в десять раз. Теперь я могла воспринять все эмоции, мысли и личные чувства, словно они у меня на руках и я могла их пощупать. Я попыталась встать, но не чувствовала свое тело. Первая мысль была, что я лишь сплю и осознаю свой сон. А потом вспомнила ту боль в сердце, которая была мгновения назад. А вдруг с мамой что-то случилось?

— Вставай, твоей маме нужна помощь, — прозвучал знакомый голос.

Мое сердце заполнило чувство любви, и я словно начала улетать вверх, как шарик.

— Сейчас не время. — Меня за руку взял Светослав, и я обрела чувство равновесия и смогла устоять на ногах.

— Что случилось с мамой? — был мой первый вопрос.

— Ей требуется твоя помощь, нам нельзя медлить, — быстро ответил он.

Мы шли как бы по туману, и я могла видеть лишь очертания Светослава, а сама я передвигалась как бы с помощью свой мысли, то есть я представляла, что мои ноги идут за ним, и они шли.

Через некоторое время мы подошли к лежащему человеку, но за туманом я не смогла различить, кто это.

Светослав наклонился над ним, и я просто ждала

— Подойди, — громко попросил он.

Я подошла близко к силуэту и поняла, что это мама…

— Без волнений положи свои руки сюда, — сказал он, показывая на рану.

Представив, что мои руки закрывают рану, они сами прикоснулись к ней. Но я не чувствовала ее тела, а лишь жгучую боль, словно я могла чувствовать боль мамы.

— Надеюсь, что я делаю все правильно, — промолвила я.

— Да, думай о помощи маме. Остальные мысли отбрось. Сейчас ей нужна наша срочная помощь.

Светослав прикоснулся к моему плечу. Его рука словно отдавала мне его тепло, как отдает тепло солнце, если бы я была на пляже. И вдруг я почувствовала, как из моего сердца течет некая энергия через мои руки, а дальше, как вода, проливалась на рану мамы. Силы начали уходить, как при занятии физическим спортом. Я понимала, что могу отдавать свои силы еще несколько минут.

— Твоя мама в последний момент подумала о тебе, и этим спасла себя. Любовь помогает жить, — констатировал он.

Я же, как было велено, думала о помощи для мамы, но я не могла почувствовать время. Словно оно тут течет по-другому.

А когда я почувствовала, что мои последние силы уходят, в этот момент от руки Светослава начала литься уже его энергия через мое сердце.

— Чуть позже ты все узнаешь, а пока отдыхай, — это были последние услышанные мной слова.

Через мгновение я очнулась в кровати. А рядом сидела Мэри, только вот она спала.

В моей голове был туман, и я едва помнила, что произошло. Я попыталась встать, но сердце больно екнуло, и я решила просто лежать. Так прошел час, пока в комнату не зашел Лесли.

— Наконец ты очнулась. Ты неожиданно упала, когда… — Он замолчал. Похоже, он хотел сказать что-то важное, но решил просто промолчать.

— Ладно, Мэри, твоя подруга очнулась, — громко сказал он, чтобы Мэри проснулась.

— А… да, — сонно сказала она и повернулась ко мне. — Наконец-то. Я уже устала сидеть и просто случайно заснула.

— Сколько времени прошло? — спросила я.

— Сейчас пять утра, так что прошло примерно десять часов. Даже я успел выспаться.

— Зря я на стуле заснула, тоже надо было лечь, если бы знала, — жаловалась Мэри.

— Мне тяжело вставать, в сердце больно.— Рассказала я.

— Да, я понимаю. — Было видно, что Лесли хотел избежать темы, но тут в комнату зашла женщина.

— Здравствуй, Эли, — обратилась она ко мне. — Твоя мама сейчас в безопасности, ей ничего не угрожае… — В этот момент ее рот был прикрыт рукой Лесли.

— А, мама, — промолвила я. И тут вспомнила и туман, и Светослава, и причину, почему я отключилась.

— Джеси, ну надо было тебе сказать сейчас это! — выругался Лесли.

— Ничего, все хорошо, — ответила я. — Я рада, что мама в безопасности. Значит, мне незачем беспокоиться.

Лесли стих, а Джеси продолжила говорить:

— Я супруга вашего водителя. Как вы уже услышали, меня зовут Джеси. Мэри уже знает меня, так что мне приятно познакомиться и с вами.

— Спасибо вам, — отвечала я ей. — Вы очень добры.

— Все хорошо. Я рада, что вы очнулись. Лесли сильно беспокоился, поэтому я поухаживала за вами. Раз вы уже все проснулись, я пошла готовить завтрак.

После этих слов она развернулась и вышла из комнаты. А Лесли подошел к моей кровати.

— Да, ты дала нам причины побеспокоиться. Но я сам виноват, наверно, не стоило тебе сразу рассказывать о беде с твоей мамой.

— Ничего, все в порядке. Больше такого не повторится.

— Хорошо, я тоже даю обещание больше не говорить тебе страшные вещи.

— Если вы даете обещание друг другу, тогда что мне обещает вам? — неожиданно спросила Мэри, и мы вместе с Лесли рассмеялись.

— Ты можешь обещать не помогать по дому мисс Джеси, если она не просит этого, — неожиданно для меня попросил Лесли у Мэри.

Мэри опустила голову и тихо промолвила:

— Хорошо, обещаю.

— Знаешь, — Лесли обращался ко мне, — пока ты была в отключке, твоя подруга пыталась помогать моей жене. Но не смогла удержать блюдце с чайником, который был приготовлен для тебя, если ты неожиданно очнешься, а Мэри не удержала и разбила все.

— Зачем вы рассказываете ей это? — возмутилась Мэри.

— Ничего, Мэри, — успокаивала я ее. — Мы сами никогда не носили блюдце с чайником чая, может, и я разбила бы его так же, как и ты.

Мэри вздохнула, но ничего не ответила.

— Хорошо, когда миссис Джеси сделает завтрак, я зайду к вам. — После этих слов, Лесли удалился из комнаты.

— Я сильно испугалась, когда ты упала, — сказала Мэри.— Это было очень неожиданно. Я никогда не думала, что ты можешь упасть без сознания.

— Ничего страшного, — отвечала я. — Сейчас я хорошо себя чувствую.

— Больше не делай так.

— Хорошо, буду держать себя в руках!

Через некоторое время нас пригласили к столу. Мое сердце уже не отдавала болью. На завтрак была манная каша. Тогда же я познакомилась с дочерями Лесли и Джеси. Их наряды напоминали мне дам девятнадцатого века. Все они вели какие-то светские разговоры, которые мне было неинтересны, и я лишь обмолвилась с ними парой слов. Хотя Мэри активно с ними болтала на темы журналов, которые мы с ней читали.

Но как только мы встали из-за стола, моя голова стала тяжелой. Я не придала этому особого значения, думая, что это лишь давление от резкого вставания с места.

Дочери Лесли пригласили нас в гостиную, там же они продолжили свою беседу. Хорошо, что Мэри тоже заинтересовалась их разговором.

Так мы просидели полчаса, пока миссис Джеси не позвала меня.

Когда я к ней подошла, она тихо сказала:

— Я вижу, что тебе неинтересно, поэтому спасла тебя из твоего положения, — улыбнулась она.

Как только мы вышли из гостиной, я поблагодарила ее:

— Спасибо вам. Хорошо, что Мэри нашла общий язык, но светские разговоры не для меня.

— Понимаю тебя, — ласково ответила миссис Джеси. — Моих дочерей еще в детстве заинтересовала тема Америки девятнадцатого века. А мой супруг покупал им всякие вещи из сувенирного магазина. Я думала, что они повзрослеют и уже по-другому будут смотреть на мир, но когда они все время вместе, то вряд ли откажутся от своих интересов, сколько бы лет им ни было.

— Неужели они так любят эту тему? — удивилась я.

— Ну, вообще да. Я тоже удивлена, но мой муж сказал, что они могут чем угодно интересоваться, пока не выйдут замуж. Но я боюсь, что они специально найдут себе мужей, которые тоже заинтересованы их темой, — сказала миссис Джеси смеясь.

Хотя мы прошли совсем немного по дому, мне стало плохо, в глазах все начало плыть.

— Тебе снова плохо? — Миссис Джеси взяла меня под руку.

— Наверно, мне надо полежать, — тихо ответила я.

Через минуту я уже лежала в постели. А миссис Джеси принесла холодный платок и положила мне на лоб.

— Ты горишь, — сказала она.

— Надеюсь, что после сна у меня спадет лихорадка, — ответила я и снова провалилась в небытие

Какое-то время я не понимала, провалилась ли я в сон или просто лежу в кровати. Вроде бы я слышу, как кто-то разговаривает, но все это было похоже на сонный паралич. Но я не хотела из него выходить, просто хотела хорошо отдохнуть. Хотя я и чувствовала, что кто-то прикасался. Или это лишь мое воображение?

Потом я смогла вспомнить случай с мамой, и как я помогла ей с помощью Светослава.

— Что со мной? — неожиданно промолвила я. А может, я ничего не говорила, а это была лишь моя мысль?

— Ничего, я с тобой, — вдруг ответил голос. Я начала различать силуэт человека, который приближался ко мне. Позади силуэта, со стороны верхней части спины, отходило как бы три луча. Я бы сказала, что позади него светило солнце. — Не беспокойся, — снова промолвил голос.

Как только человек приблизился, мне стало так легко, что я даже не чувствовала свое тело.

— Неужели я ушла на тот свет? — удивилась я.

— Я еще не готовил тебя к этому, — улыбнулся человек. Это был Светослав.

— Что со мной? — повторила я вопрос.

— Ты отдала столько сил на помощь маме, что едва и сама держишься за жизнь, — отвечал он. — Помни, что выдача энергии поверх своих способностей может быть опасно.

— Но я так хотела помочь маме.

— И начала беспокоится, что будет с тобой, если не сможешь ей помочь? Я же был рядом и не допустил бы худшего. Тебе надо научиться доверять мне до конца, во всех ситуациях.

— Извините, Светослав, — хотела вздохнуть я, но поняла, что воздух мне не требуется, и я даже не дышу в этом месте.

— Сейчас все хорошо, твое тело восстанавливается, и Мэри сильно помогла тебе. Когда тебе было плохо, и ты лежала в кровати, Мэри дотронулась до твоей руки и попросила Всевышнего о помощи, даже если ей придется отдать всю свою жизнь тебе, чтобы ты смогла поправиться. Так что не забудь и ее поблагодарить. Иначе тебе сейчас было бы еще хуже.

— Бедная Мэри, она ведь снова будет беспокоиться обо мне.

— Теперь ты ее должница. Но она смогла исправить свою ситуацию; перестала бояться отца и позабыла о себе, когда тебе стало плохо.

— То есть она полностью смогла исправиться и больше нечего волноваться о ее судьбе?

— Судьба может сделать любой поворот, главное — это личное отношения к этим поворотам. Мэри смогла отказаться от личных мыслей во время критической ситуации, и это разрушило ее стену. Теперь она может идти вперед и достигать новых высот. Но она решила взять пример именно с тебя, когда ты полностью посвящала свои мысли ради заботы о маме, а не о себе.

— То есть она решила довериться мне и поступать, как поступила бы я…

— Теперь ты видишь, что значит незаметно давать личный пример жизни, когда ты полностью посвящаешь свои мысли другим людям, а не себе.

— Но разве я незаметно давала этот пример? Я же ей говорила, что хочу помогать маме.

— Да, но ты не учила Мэри и не говорила, что так поступать правильно, а просто жила с этой мыслью. Со временем сама Мэри смогла ощутить эту мысль и тоже начала незаметно жить так, как ты, только она думала о помощи тебе.

— Мэри, я даже и не думала, что ты сможешь так поступить, — сказала я, словно она была здесь.

— Теперь ты знаешь, но помни, самая эффективная помощь — незаметная для самого человека, которому ты помогаешь.

— Спасибо вам, — сказала я от души и вспомнила, о чем хотела спросить. — А где мы сейчас? Я вроде и не чувствую, что я во сне. Словно просто вышла из своего тела.

— Да, твое сознание сейчас вне тела, и только благодаря мне ты сейчас стоишь рядом с ним, иначе ты бы не смогла себя удержать и просто навсегда покинула свое тело.

— То есть я бы умерла?

— Не совсем, твое тело было бы в состоянии комы, но ты бы не смогла уже вернуться в него, и тело бы само состарилось и умерло от старости, так и лежа в кровати. И тебе бы пришлось ждать его смерти.

— А долго еще я не смогу вернуться обратно в свое тело?

— Я могу вернуть твое сознание в любой момент, но ведь ты хотела задать мне свои вопросы обо всем случившемся с тобой.

— Да, спасибо, что ответили. Но Мэри, наверно сильно волнуется. Я бы хотела очнуться.

— Хорошо, но помни все, что я тебе сказал. — После этих слов я увидела темноту и смогла почувствовать всю тяжесть своего тела. А потом пришли и чувства жара и тошноты. И я смогла очнуться.

Книга Word:https://disk.yandex.ru/i/ZVhaC344nExdIQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/4J1-j8O0SbGbXQ

Вся серия "Всемирная Мораль" Word: https://disk.yandex.ru/i/CayXPyHY00c-YQ
Epub: https://disk.yandex.ru/d/S23SpDLi3YiXiw