Николай с детства обладал богатой фантазией, интересовался Древней Русью и ее северными соседями. Мальчик обожал слушать старинные предания, увлекался чтением исторических книг и мечтал о дальних путешествиях. Уже в восемь лет его было невозможно оторвать от красок и бумаги, в это же время он начал сочинять первые рассказы.
Друг семьи Михаил Микешин, обратив внимание на склонность мальчика к рисованию, дал ему начальные уроки мастерства. Имелось у юного Коли и еще одно увлечение — археологические раскопки. Парня к ним приохотил знаменитый доктор и археолог Лев Ивановский, нередко гостивший в Изваре — поместье Рерихов. В окрестностях Извары встречалось множество курганов, и тринадцатилетний Николай собственноручно отыскал несколько золотых и серебряных монет X-XI веков.
Свое первое образование Рерих получил в уникальной по своему устройству школе Карла Мая, обладавшей гармоничным балансом духа свободного творчества и дисциплины. В ней он учился с 1883 по 1893 года, его однокашниками были такие известные российские художники, как Константин Сомов и Александр Бенуа. В 1891 году в изданиях «Русский охотник», «Природа и охота» и «Охотничья газета» были изданы первые литературные работы Николая. Константин Федорович был убежден, что Николай, безусловно являющий самым способным из троих его сыновей, должен продолжить семейное дело и унаследовать нотариальную контору. Но сам Рерих проявлял интерес лишь к географии и истории, мечтая при этом стать профессиональным художником.
Несмотря на возникшие в семье разногласия, юноша сумел найти компромисс — в 1893 он поступил в Академию художеств, одновременно став студентом юридического факультета Санкт-Петербургского университета. На него легла колоссальная нагрузка, однако Рерих оказался настоящей рабочей лошадкой — был силен, вынослив и неутомим. Каждое утро у него начиналось с работы в мастерской своего учителя — художника Архипа Куинджи, затем он бежал в университет на лекции, а по вечерам Николай занимался самообразованием. Неутомимый студент организовал среди товарищей кружок, в котором молодые люди изучали древнерусское и славянское искусство, античную литературу и западную философию, поэзию, религоведение, историю.
Стоит отметить, что молодой Рерих не был никогда ученым «сухарем», скорее он был экспрессивен, обидчив и честолюбив. Хорошо это отражают эмоциональные записи, сделанные им в дневнике, например: «Этюд я сегодня испортил окончательно. Ничего из него не выйдет. …Ой, чую, удалят. Какими глазами посмотрят на меня знакомые. Не допусти, Господи, позора!». Но, как известно, никакого позора с ним не случилось. Напротив, как художник, Николай Константинович совершил стремительный взлет. Рерих не только благополучно закончил в 1897 году Академию художеств, но и был отмечен мастерами — его картину «Гонец» сам Павел Третьяков приобрел прямо с дипломной выставки для своего музея.
В 1898 Николай Константинович успешно закончил и Санкт-Петербургский университет, а в 1899 году опубликовал замечательную статью «По пути из варяг в греки», написанную под впечатлениями о путешествии в Великий Новгород. Также с 1896 по 1900 годы Рерих неоднократно выступал с сообщениями о результатах проведенных им раскопок в Санкт-Петербургской, Новгородской и Псковской губерниях. В эти же годы он читал лекции в Археологическом институте, публиковался в известных санкт-петербургских изданиях и много рисовал. Его работам действительно везло — их замечали, они регулярно выставлялись. Конец 1900 — начало 1901 годов Рерих провел в Париже, где под руководством знаменитого французского живописца Фернана Кормона совершенствовал свое художественное образование.
В 1899 году, отдыхая летом в имении князя Павла Путятина, расположенном в Бологом, Рерих познакомился с его племянницей — Еленой Ивановной Шапошниковой, дочерью известного архитектора, а также двоюродной правнучкой легендарного полководца Михаила Кутузова. Юная красавица высокого роста с пышными каштановыми волосами и темными миндалевидными глазами произвела огромное впечатление на Рериха. Нечто существенное увидела в нем и Елена Шапошникова, как писала она позднее: «Взаимная любовь решила все». Впрочем, родня ее была против брака — Николай Константинович казался им недостаточно родовитым. Однако Елена Ивановна сумела настоять на своем. Обвенчались молодые 28 октября 1901 в церкви Академии художеств, а 16 августа следующего года у них родился сын Юрий.
В 1902-1903 годах Рерих проводил в Новгородской губернии крупные археологические раскопки, участвовал в выставках, выступал с лекциями в Археологическом институте и тесно сотрудничал с различными изданиями. В 1903-1904 году он совместо с супругой посетил свыше сорока старорусских городов. В ходе поездки Рерихи обстоятельно и подробно изучали архитектуру, обычаи, сказания, ремесла и даже народную музыку древних поселений. За это время Николай Константинович создал серию этюдов, насчитывающую около семидесяти пяти работ, написанных масляными красками. А 23 октября 1904 у Рерихов родился второй сын — Святослав.
Последующие годы Николай Константинович продолжал напряженно трудиться. В 1904 он впервые посетил США, приняв участие во Всемирной выставке, прошедшей в Сент-Луисе. В 1905 с оглушительным успехом прошли его выставки в Берлине, Вене, Милане, Праге, Дюссельдорфе, Венеции. В 1906 он был избран в России директором школы Общества Поощрения художеств, в Реймсе — членом Национальной Академии, а в Париже — членом Осеннего салона. Рерих предпринял путешествия по Италии, Швейцарии, Финляндии, Англии, Голландии, Бельгии. В 1909 его возвели в действительные члены Академии художеств, с той поры он получил право подписывать свои послания как «академик Рерих». Осенью 1910 художник передал из своей коллекции в Музей этнографии и антропологии Петра Великого более тридцати тысяч предметов каменного века. В 1911 году по приглашению Мориса Дени Рерих принял участие в парижской выставке религиозного искусства, а в мае 1913 император Николай II наградил его орденом Святого Владимира четвертой степени.
К этому времени все сильнее начинает проявляться увлечение Рериха Востоком. К слову, оно не появилось из «ниоткуда», в этом плане знаменитый художник вовсе не был оригинален и вполне соответствовал духу времени. В 1890 году наследник престола Николай II вместе с востоковедом князем Эспером Ухтомским побывал во многих городах Индии, привезя оттуда громадную коллекцию предметов местного буддийского культа. В залах Зимнего дворца была даже организована специальная выставка. Позднее, уже в начале века XX века, в России были переведены и изданы книги «Провозвестие Рамакришны» и «Бхагаватгита», дающие возможность россиянам познакомиться с индийскими метафизическими доктринами и взглядами на исторические и космические циклы. В числе многих прочих Николай Константинович был покорен данными работами, особо притягательными для него стали тибетские чудотворцы и весь Тибет в целом.
В картинах и статьях Рериха все чаще и чаще стала появляться Индия. К 1914 году, когда в Санкт-Петербурге началось строительство первого буддийского храма, интересы Николая Константиновича к Востоку сформировались столь определенно, что он вступил в комитет поддержки строительства и познакомился с Агваном Доржиевым — буддийским ученым и посланником Далай-Ламы. Известно, что Рериха крайне интересовала проблема поиска общих корней Азии и России. Причем общность он находил во всем — в верованиях, в искусстве, даже в складе души.
Кроме восточной философии наша страна вслед за Западом повально увлеклась оккультизмом. В среде художников спиритические сеансы стали очень популярным времяпровождением. Рерихи и в этом вопросе не стали исключением — в их квартире на Галерной часто собирались Бенуа, Дягилев, Грабарь, фон Траубенберг, дабы поучаствовать в знаменитых «столоверчениях». Один раз у Рерихов даже выступал знаменитый европейский медиум Янек, позванный в Северную столицу российским императором. Спиритических сеансов не сторонились и многие выдающиеся ученые того времени, частым гостем Рерихов являлся психиатр Владимир Бехтерев.
И все-таки в данном увлечении Николай Константинович отличался от большинства — в оккультизме он видел не просто модное и экстравагантное средство разогнать скуку. Когда кто-нибудь из его товарищей — как правило, художники Бенуа или Грабарь — пренебрежительно высказывались «о вызове духов», всегда сдержанный Рерих от возмущения покрывался пятнами. Хмуря брови, он говорил: «Это важный духовный феномен, и тут нужно разобраться». Вообще «разобраться» было его любимым словом. Однако друзья лишь прятали улыбки. Что касается Рериха, то он действительно не сомневался, что вся его исследовательская и культурная деятельность, все его действия подчинены определенному Высшему служению.
В 1914 году Рерих провел целый ряд благотворительных выставок и аукционов в поддержку наших раненых солдат. А осенью 1915 при Рисовальной школе Общества Поощрения художеств он организовал Музей русского искусства. В марте 1917 Николай Константинович принял участие в совещании различных деятелей искусств, собравшихся на квартире Максима Горького. Ими был разработан план мероприятий по защите художественных богатств страны. В этом же году Рерих отказался от предложенного Временным правительством поста министра изящных искусств.
Грянувшая Февральская революция застигла Рерихов в Карелии, в Сердоболе, где они жили в арендованном деревянном доме, стоящем прямо посреди соснового бора. Николаю Константиновичу пришлось переехать сюда с двумя сыновьями и женой из сырого и промозглого Санкт-Петербурга по причине болезни художника. У него обнаружили воспаление легких, которое грозило тяжелыми осложнениями. Пришлось отказаться от директорства в школе Общества поощрения художеств. Дела были настолько плохи, что Рерих подготовил завещание. Тем не менее, даже тяжело болея, он продолжал писать свои картины.
В 1918 году из-за закрытия границы между нашей страной и отделившейся Финляндией семейство Рерихов оказалось отрезанным от Родины, и в марте 1919 через Швецию и Норвегию перебралось в Англию. Жить там Рерихи не собирались, Николай Константинович был убежден, что его путь лежит на Восток. В Азии он надеялся найти ответы на самые сокровенные, «вечные» вопросы. Там же художник хотел отыскать подтверждение своих гипотез о духовных и культурных связях Востока и России. Для осуществления задуманного Рерихам нужно было лишь приобрести визы в Индию, которая, как известно, являлась колонией британской короны. Однако получить необходимые документы оказалось не так-то просто. Рерих месяцами обивал пороги бюрократических заведений, настаивал, писал прошения, убеждал, заручался помощью влиятельных людей. В столице Англии он встретился со старыми друзьями — Стравинским и Дягилевым, а также обзавелся новыми, среди которых был выдающийся поэт и общественный деятель Рабиндранат Тагор.
В июне 1920 года в связи с острой нехваткой денег Николай Константинович принял предложение от доктора Роберта Харше из чикагского Института искусств проехать по Америке с выставочными турне и заработать средства, необходимые ему на путешествие в Индию. В течение трех лет картины Рериха вояжировали по двадцати восьми городам Соединенных Штатов, а на его лекции о русском искусстве собиралось огромное количество слушателей. У Рериха к тому времени сформировалась новая навязчивая идея. Пережив сперва Первую мировую, а затем и русскую революцию, он возмущался тем, что разумные существа способны вести себя подобно «потерявшим человеческий облик безумцам». Рерих разработал свою формулу спасения, он говорил: «Человечество объединит искусство. …Искусство нераздельно и едино. У него множество ветвей, однако корень один». Осенью 1921 года по инициативе Николая Константиновича в Чикаго было основано: Объединение художников с говорящим названием «Пылающее сердце», а также Институт объединенных искусств, включающий секции архитектуры, хореографии, музыки, философии, театра. В 1922, опять благодаря его стараниям, был создан «Венец мира» — Международный культурный центр, в котором могли работать и общаться деятели искусства и науки из разных стран.
Осенью 1923 Рерих вместе с семьей, сумев, наконец, собрать необходимые средства, отправился в Индию и 2 декабря этого же года прибыл в Бомбей. Оттуда он направился к Гималаям в княжество Сикким. На склонах восточных Гималаев поблизости от города Дарджилинг, по словам Николая Константиновича, произошло самое значимое событие в его жизни — «лицом к лицу он встретился с Учителями Востока» Учителя Востока или, как их именовали в Индии, Махатмы (в переводе «Великая Душа»), являлись буддийскими адептами самого высокого уровня. Данная встреча была давно запланирована — еще находясь в Америке, Рерихи сумели установить связь с общинами буддистов и с их помощью вышли на лам высокого ранга.
В это же время у художника появилась идея об организации первой Центрально-Азиатской научно-исследовательской экспедиции. В октябре 1924 Рерих на два месяца возвратился в Нью-Йорк, чтобы оформить необходимые документы и подготовиться к походу. Костяк экспедиции составил собственно сам Рерих и его супруга, а также их сын Юрий, закончивший к тому времени индоиранское отделение Лондонского университета. Кроме них в состав группы вошел полковник и энтузиаст Востока Николай Кордашевский, доктор Константин Рябинин, много лет постигавший тайны тибетской медицины, а также еще несколько единомышленников, способных и готовых заниматься исследованиями в самых различных областях: почвоведении, археологии, геодезии.… По мере продвижения вглубь земель Азии состав путешественников постоянно менялся, кто-то приходил, кто-то уходил, присоединялись местные жители: буряты, монголы, индусы. Неизменной была лишь основа — семья Рерихов.
