Серия «По булгаковским местам»

Всем доброго времени суток! Как известно, Москва в литературе была воспета неоднократно - и Пушкиным, и Лермонтовым, Островским, Толстым, Гиляровским, Белым и другими классиками русской литературы. Но феномен Булгакова на этом фоне следует выделить как особый. Михаил Афанасьевич совмещал в своих текстах следование реалистической традиции, внимание к социальным сторонам жизни, бытописательство, скрупулезное изображение бытовых проявлений обыденности, удивительное умение воссоздать подлинный и почти физически ощутимый городской интерьер и пейзаж. В первую очередь - это московский пейзаж. Фантасмагория Булгакова также переплетается с реализмом - одним из своих учителей Булгаков называл Гоголя. И поэтому, Булгакова полноправно можно назвать одним из представителей магического реализма в русской литературе. Но таким определением булгаковский метод можно назвать с долей условности. Однако это все лирические отступления, ведь поговорим мы сегодня конкретно о булгаковских местах столицы и их реальных прототипах. И первое место, о котором пойдет речь - это Калабуховский дом из "Собачьего сердца" и его прототипы.

О чем пойдет речь?

Действие повести "Собачье сердце" происходит в Москве 1924-1925 годов. Хронотоп произведения представлен также в двух планах - улицы Москвы и Калабуховский дом. В тексте противопоставлены друг другу не только уличный хаос благоустроенной квартире профессора, но и квартира Преображенского до и после превращения пса Шарика в человека. Также, можно увидеть еще одно противопоставление - жизнь профессора Преображенского до революции и жизнь после нее. «Собачье сердце» является одной из трех московских повестей М.А. Булгакова, где он достаточно точно описывает Москву 1920-х годов. Переехав в 1921 году в Москву, Михаил Афанасьевич открыл столицу для себя и своего поэтического и сатирического воображения. И повесть "Собачье сердце" исключением не стала.

Булгаков в повести описывает НЭПовскую Москву, обращаясь к цветовой палитре, запахам, полифонии звуков. Что интересно, описывает он московский пейзаж и быт и глазами собаки. Обратимся к некоторым вырезкам из повести:

"Пожарные ужинают кашей, как вам известно. Но это – последнее дело, вроде грибов. Знакомые псы с Пречистенки, впрочем, рассказывали, будто бы на Неглинном в ресторане «Бар» жрут дежурное блюдо – грибы, соус пикан по 3р.75 к. порция. Это дело на любителя всё равно, что калошу лизать… У-у-у-у-у…"

"Летом можно смотаться в Сокольники, там есть особенная, очень хорошая трава, а кроме того, нажрёшься бесплатно колбасных головок, бумаги жирной набросают граждане, налижешься. И если бы не грымза какая-то, что поёт на лугу при луне – «Милая Аида» – так, что сердце падает, было бы отлично. А теперь куда пойдёшь? Не били вас сапогом? Били. Кирпичом по рёбрам получали? Кушано достаточно. Всё испытал, с судьбой своей мирюсь и, если плачу сейчас, то только от физической боли и холода, потому что дух мой ещё не угас…"

"...Дворники из всех пролетариев – самая гнусная мразь. Человечьи очистки – самая низшая категория. Повар попадается разный. Например – покойный Влас с Пречистенки. Скольким он жизнь спас. Потому что самое главное во время болезни перехватить кус. И вот, бывало, говорят старые псы, махнёт Влас кость, а на ней с осьмушку мяса. Царство ему небесное за то, что был настоящая личность, барский повар графов Толстых, а не из Совета Нормального питания. Что они там вытворяют в Нормальном питании – уму собачьему непостижимо. Ведь они же, мерзавцы, из вонючей солонины щи варят, а те, бедняги, ничего и не знают. Бегут, жрут, лакают..."

"...По всей Пречистенке сияли фонари. Бок болел нестерпимо, но Шарик временами забывал о нём, поглощённый одной мыслью – как бы не утерять в сутолоке чудесного видения в шубе и чем-нибудь выразить ему любовь и преданность. И раз семь на протяжении Пречистенки до Обухова переулка он её выразил. Поцеловал в ботик у Мёртвого переулка, расчищая дорогу, диким воем так напугал какую-то даму, что она села на тумбу, раза два подвыл, чтобы поддержать жалость к себе."

"...Шарик начал учиться по цветам. Лишь только исполнилось ему четыре месяца, по всей Москве развесили зелёно-голубые вывески с надписью МСПО – мясная торговля. Повторяем, всё это ни к чему, потому что и так мясо слышно. И путаница раз произошла: равняясь по голубоватому едкому цвету, Шарик, обоняние которого зашиб бензинным дымом мотор, вкатил вместо мясной в магазин электрических принадлежностей братьев Голубизнер на Мясницкой улице. Там у братьев пёс отведал изолированной проволоки, она будет почище извозчичьего кнута. Этот знаменитый момент и следует считать началом Шариковского образования. Уже на тротуаре тут же Шарик начал соображать, что «голубой» не всегда означает «мясной» и, зажимая от жгучей боли хвост между задними лапами и воя, припомнил, что на всех мясных первой слева стоит золотая или рыжая раскоряка, похожая на санки.

Далее, пошло ещё успешней. «А» он выучил в «Главрыбе» на углу Моховой, потом и «б» – подбегать ему было удобнее с хвоста слова «рыба», потому что при начале слова стоял милиционер.."

"Ресторан "Бар" на Неглинной", упоминаемый у Булгакова - это собирательный сатирический образ всех ресторанов эпохи Новой экономической политики. Однако, на Неглинной ресторан еще до революции был - это "Эрмитаж", который в начале 1860-х гг. был основан Люсьеном Оливье. В 1917 году ресторан закрылся. Одно время в годы Гражданской войны здесь размещалась миссия Американской администрации помощи голодающим. Однако, на какое-то время в годы НЭПа ресторан возобновил работу. Так что, вполне возможно, что бывший ресторан "Эрмитаж" мог быть одним из прототипов "Бара". Ныне в этом здании находится театр "Школа современной пьесы", он же по нынешнему названию - Театр на Трубной.

"Лавка братьев Голубизнер" - тоже выдуманная. Но синее здание на улице Мясницкой действительно существует. Однако это здание - не магазин, а Дом Черткова (усадьба Салтыковых - Чертковых). И в этом доме в годы НЭПа был открыт Деловой клуб, где помогали советским руководителям перенять опыт у дореволюционных специалистов. В 1927 его объединили с Клубом красных директоров в Клуб работников народного хозяйства им. Дзержинского, а в 1930-е годы это здание стало Домом инженера и техника имени Дзержинского. В 1950-е годы здесь разместилось издательство "Наука и жизнь", а ныне - это здание Нового театра под руководством Боякова. Однако вернемся к Булгакову - "голубоватый едкий цвет" и размещение магазина электронных принадлежностей на Мясницкой имело резон. В 1920-е годы шла электрификация по плану ГОЭЛРО, а сама улица стала одним из флагманов торговли электротоварами.

Но вернемся к повести. Точнее - к моменту первой встречи Преображенского и пса. И здесь видна колоритная сцена.

"Какого же лешего, спрашивается, носило его в кооператив Центрохоза?

Вот он рядом… Чего ждёт? У-у-у-у… Что он мог покупать в дрянном магазинишке, разве ему мало охотного ряда? Что такое? Колбасу. Господин, если бы вы видели, из чего эту колбасу делают, вы бы близко не подошли к магазину. Отдайте её мне.

Пёс собрал остаток сил и в безумии пополз из подворотни на тротуар. Вьюга захлопала из ружья над головой, взметнула громадные буквы полотняного плаката «Возможно ли омоложение?». Натурально, возможно. Запах омолодил меня, поднял с брюха, жгучими волнами стеснил двое суток пустующий желудок, запах, победивший больницу, райский запах рубленой кобылы с чесноком и перцем. Чувствую, знаю – в правом кармане шубы у него колбаса. Он надо мной. О, мой властитель! Глянь на меня. Я умираю. Рабская наша душа, подлая доля!"

То здание, где находился магазин "Центрохоза" - это бывший доходный дом купчихи Е.А. Костяковой. Построен в 1910 году в стиле неоклассицизм с элементами модерна. После революции дом, понятное дело, национализировали, а часть квартир стала коммуналками. В том же доме и работал магазин кооператива "Центрохоз", где профессор Преображенский купил краковской колбасы, которой Шарика и угостил.

Ныне в этом здании находится Центральная энергетическая таможня. Обухов переулок же ныне известен как Чистый переулок - такое название он получил в 1922 году.

Почему у Булгакова он именуется Обуховым? Видимо, писатель хотел сохранить дань старой Москве. До того, как профессор нашел Шарика, тот жил именно в Обуховом переулке. Другой переулок, упоминаемый у писателя - Мертвый переулок. Ныне - Пречистенский переулок. По одной из версий Мертвым его назвали в честь жертв эпидемии холеры, по другой - в честь домовладельца по фамилии Мертваго. В 1937-1993 годах этот переулок носил имя Н.А. Островского (автора "Как закалялась сталь"). В 1993 году он окончательно стал Пречистенским.

О Калабуховском доме

"Пропал дом!" - здесь начнем с данной цитаты.

Калабуховский дом, понятное дело - тоже выдуманный. Но его прототип, все-таки - абсолютно реальный. Это дом на углу Пречистенки и Чистого переулка по проекту архитектора С.Ф. Кулагина (в некоторых источниках его фамилию ошибочно пишут как Калугин). Это был доходный дом в стиле модерн в пять этажей с облицовкой рустом по первому этажу. И этот дом связан непосредственно с жизнью и семьей М.А. Булгакова. В Москве у Булгакова жили двое дядей по матери. Оба они были врачами - Николай Михайлович и Михаил Михайлович Покровские. Причем Николай Михайлович Покровский стал основным прототипом профессора Преображенского. И по некоторым свидетельствам сам Покровский к этому отнесся неоднозначно.

Николай Михайлович также проживал в семикомнатной квартире. Правда, он был врачом-гинекологом. Какое-то время в "Калабуховском доме" жил и Михаил Михайлович Покровский. Михаил Афанасьевич Булгаков при переезде из Киева в Москву какое-то время жил в этом доме, на квартире дяди. Позднее, Михаил Афанасьевич неоднократно бывал в этом доме и упоминал в письмах, а все жены Булгакова также упоминали Покровского в мемуарах и воспоминаниях. Покровский также лечил и многочисленных родственниц. В частности, он сделал аборт Татьяне Лаппе - первой жене племянника. Третья жена писателя, Елена Сергеевна Булгакова, упоминала, что у Покровского был ассистент по фамилии Блюменталь - возможно, он послужил прототипом доктора Борменталя. Некоторые, вроде Б.С. Мягкова указывают, что квартира Покровского изначально была пятикомнатной. Однако, после переезда племянниц (Александры Андреевны и Оксаны Митрофановны), одна из больших комнат была перегорожена - и в результате их стало семь.

Вторым же прототипом "Калабуховского дома" стал дом на Пречистенке номер 13/7 - доходный дом Я.А. Рекка, построенный по проекту архитекторов Густава Августовича Гельриха и Никиты Герасимовича Лазарева. После революции он был "уплотнен", а квартиры 11 и 12 после эмиграции прежнего владельца, Александра Фаберже (родственника ювелира) - заняли знакомые Булгакова, художники из объединения "Бубновый валет". В одну вселился художник Б.А. Такке, в другую - художники Захаров, Серова, Архипова и режиссер, преподаватель ГИТИС А.А. Муат, знакомый Михаила Булгакова. Этот дом знаменит и своей башней с часами. И хотя основным прототипом Калабуховского дома стал дом по номеру 24/1, ряд деталей, таких как мраморные ступени в вестибюле, швейцар, ковровая дорожка, галошная стойка и дубовая вешалка, взяты именно из дома 13/7.

В 1980-е гг. этот дом перестроили. Появился седьмой технический этаж по проекту Ярославского филиала института Гипроприбор (Государственного института по проектированию заводов приборостроения и средств автоматизации). Угловая башня вошла в надстройку, и фактически исчезла. В 2000-е гг., когда дом был выкуплен девелоперской компанией, дом снова подвергся реконструкции. Так что, утверждение "Пропал дом" отчасти можно назвать верным.

"Калабуховский дом" в кино

Киноадаптацию 1988 года снимали в Ленинграде, поэтому роль дома исполнил бывший доходный дом страхового общества "Россия" уже на ленинградской Моховой улице. Построен был этот дом по проекту архитектора Леонтия Николаевича Бенуа в 1897-1900 годах. В доме Бенуа жили весьма именитые деятели - такие как министр торговли и промышленности В.И. Тимирязев (1849-1919), в 1910-х годах - директор департамента министерства финансов В.И. Ковалевский (1848-1934). Также здесь после отставки жил бывший председатель совета министров Российской империи В.Н. Коковцов. После революции этот дом также был уплотнен, как и московские прототипы "Калабуховского дома". Ныне этот дом признан федеральным памятником архитектуры. Дом остается жилым, но там также размещены и коммерческие помещения. В 2018 году также был установлен памятник героям "Собачьего сердца".

Несмотря на то, что данный памятник не похож на литературные описания и видение киноадаптации Бортко, он успел понравиться петербуржцам. А на окнах перед скамейкой отображены цитаты из "Собачьего сердца".

Вместо заключения

Как мы видим, булгаковские места в Москве все же не являются полностью вымышленными - у них есть реальные прототипы. И именно опираясь на них, Михаил Афанасьевич создавал тот образ Москвы, который мы видим в текстах и их театральных и киноадаптациях.

Что же касается самой повести, "Собачье сердце" - это одна из первых московских повестей М.А. Булгакова. И поэтому, можно сказать, что отразив НЭПовскую Москву, Михаил Афанасьевич открыл новые страницы московского текста русской культуры и новую грань московского мифа. Некоторые проводят параллели образа булгаковской Москвы и образа Петербурга Андрея Белого, так как достаточно долгое время именно петербургский миф нес в себе мистические черты. И в этом контексте следует сказать, что в дальнейшем московский текст Булгакова будет развиваться уже в 30-е годы - в значительной степени, в романе "Мастера и Маргарита". Но об этом и о ключевых местах романа - в следующий раз.

Всегда Ваш,
Угрюмый Гик

P.S. Буду благодарен за донат - очень порадует и мотивирует писать в дальнейшем.