Эхо Победы
14 постов
14 постов
С 1 января 2026 года вступил в силу запрет на продажу пива и слабоалкогольных напитков крепостью до 7% в пластиковой таре объемом более 1,5 литра.
Эту меру планировали ввести еще год назад, но бизнесу дали время, чтобы перенастроить оборудование и распродать запасы. Теперь привычные «двушки» и другой крупный пластик официально уходят в прошлое. Ограничение касается только полимерной упаковки — на стекло и алюминий оно не распространяется. Власти считают, что отсутствие дешевой крупной тары поможет снизить уровень потребления алкоголя среди населения.
Как вы считаете, поможет ли такая мера в борьбе за трезвость или люди просто станут покупать больше бутылок меньшего объема?
Работаем в опенспейсе, человек двадцать. Андрей — тихий парень из отдела аналитики, сидел через ряд от меня. Каждое утро, ровно в 9:00, он проделывал один и тот же ритуал: доставал из блокнота маленький листок в клеточку, что-то на нем писал и клал его под край своей кофейной кружки. Кружка была зеленая, с надписью «Не буди во мне зверя, он и так не высыпается».
Приходя за советом или просто пробегая мимо, я пару раз замечал текст на том листочке. Всегда одно и то же: «Не сегодня». Корявым, будто бы торопливым почерком.
Сначала думал — мотивация какая-то. Типа, «не сегодня, депрессия» или «не сегодня, прокрастинация». Однажды не выдержал, спросил за кофе: «Андрей, что это у тебя за мантра?»
Он вздрогнул, как будто я поймал его на чем-то интимном. Помолчал, потягивая эспрессо.
— Это не мантра. Это — предостережение, — сказал он на удивление серьезно.
— От чего?
— От всего. Просто чтобы оно знало: не сегодня. Не сейчас.
Я рассмеялся, решил, что чудит человек. У каждого свои тараканы.
Вчера Андрей не вышел на работу. Не предупредил, телефон не отвечал. Начальство бурило. Мы в отделе слегка позлорадствовали — мол, тихоня, а так нагло слинять может. Но ближе к вечеру стало как-то не по себе.
Я задержался, дописывая отчет. В опустевшем опенспейсе было тихо и жутковато. Мой взгляд машинально скользнул к пустому столу Андрея.
И там, под его зеленой кружкой, которую он, по идее, забрал бы домой, лежал тот самый листок в клеточку.
Леденящий холодок пробежал по спине. Я подошел. Кружка была на месте, в ней даже на дне засохший осадок от кофе. А под ней...
Почерк был знакомый, корявый. Но фраза другая. Всего одно слово:
«ОПАЗДЫВАЮ»
Я отшатнулся. Глупость, конечно. Кто-то пошутил. Может, уборщица? Или кто-то из наших, зная про ритуал, решил стебануться. Я скомкал листок и выбросил в свое мусорное ведро, стараясь не думать о дрожи в руках.
Сегодня утром Андрея снова нет. Его родные в панике, подали в розыск. Мент приезжал, задавал вопросы. Мы все на взводе.
Я сел за свой стол, пытаясь сосредоточиться. В голове стучало: «Опаздываю. Опаздываю. Опаздываю». Что это значит? Он опоздал с предостережением? Или «оно» теперь опаздывает? Или он сам... куда-то опаздывает?
Я вскипел чайник, пошел мыть свою кружку. Вернувшись, я сел, потянулся к клавиатуре и замер.
На чистой, пустой поверхности моего стола, прямо перед мышкой, лежал аккуратный квадратный листок бумаги в клеточку.
Я его не приносил. Никто ко мне не подходил.
На нем, уже другим, чужеродным и угловатым почерком, которого я раньше не видел, было выведено:
«СЕГОДНЯ»
Я официально требую переименовать "совесть".
Объясняю, почему она мешает нам жить.
Всем ку! Сижу, читаю тут историю про человека, который нашёл кошелёк и месяц искал хозяина, чтобы вернуть. И все в комах пишут "какой молодец", "честный человек", "совесть не позволила".
Ребята, вы вообще в каком веке живете? Мы что, в сказке про Мойдодыра? "Совесть" — это просто социальный вирус, который нам установили, чтобы мы беднели.
Докажу на пальцах:
1. Карьера. Ты на работе: делаешь всё по инструкции, не воруешь, не подсиживаешь. Рядом коллега: втирается к боссу, хапает кредиты на тачки и курорты, сливает компромат. Кто через год становится директором? Правильно. А ты с чистой "совестью" и с зарплатой, которая даже на ипотеку не тянет.
2. Бизнес. Хочешь открыть свое дело? Будь готов: либо дави в себе эту "совесть" и решай вопросы, как все, либо плати все налоги, соблюдай каждый пункт закона и сгори через полгода, удивляясь, как конкуренты выживают.
3. Отношения. "Совестливый" парень годами ухаживает, дарит цветы, слушает подружек, боится лишний раз потрогать. А "бессовестный" наглец через две недели уже забирает её в отпуск. И она потом жалуется подругам, что "хороших мужчин нет".
Вывод: Совесть — это программа для лохов. Она создаёт иллюзию морального превосходства, пока другие превосходят тебя по деньгам, статусу и качеству жизни.
Меня бесит эта всеобщая игра в "хороших мальчиков и девочек". Самые успешные люди, которых я знаю, давно отформатировали этот жесткий диск.
Докажите, что я не прав. Или подтвердите мой тезис. Особенно интересно послушать тех, кто "с совестью", но при этом водит машину не старше пяти лет.
Кого только не встретишь в московском метро 😄
Весело, всем поднял настроение 👍
Я нашел дневник в стене старой квартиры.
Когда я купил эту халупу на окраине, все думали, что я сошел с ума. Кипа старых обоев, пахнущих пылью и тоской, и эта стена в гостиной — кривая, будто ее строил пьяный гном.
Я решил ее снести первым делом. Первый удар кувалды — и гипс посыпался, как песок. Второй — и что-то захрустело по-другому.
За слоем штукатурки оказалась ниша. А в ней — потрепанная тетрадь в кожаном переплете, обмотанная бечевкой.
Сосед-старичок, заглянувший на шум, ахнул: «Так это ж контора Богдана! Он тут лет пятьдесят назад жил. Исчез одним днем. Со скандалом».
Я развязал бечевку. «Дневник наблюдений», — было выведено на первой странице корявым почерком. Богдан, судя по всему, был городским сумасшедшим. Он подробно описывал наш двор, соседей, их привычки. Но не как обыватель — как… исследователь чужой планеты.
«Объект №12 („Горбатый почтальон“) — маршрут неизменен, но сегодня он совершил 13 кругов вокруг клумбы, а не 12. Это не ошибка. Он что-то искал. Или *кто-то* скорректировал его путь».
Мурашки пошли по коже. Потому что я этого почтальона знаю. Он уже двадцать лет ходит сюда. И да, у него странная привычка обходить клумбу.
Я листал дальше. Богдан писал, что наш город — это сеть. «Точки доступа» — вроде той же клумбы, старого фонаря у ворот, люка с треснутой крышкой. А люди — это «агенты», которые их активируют, сами того не зная. Он пытался вычислить алгоритм, паттерн. Утверждал, что если сложить все их маршруты за месяц, на асфальте проступит символ.
Последняя запись в основной части дневника была от 18 октября 1973 года:
«Они поняли, что я за ними наблюдаю. Завтра проверю гипотезу с люком №7. Если я прав, он откроется не туда. Если я не вернусь — ищите новый узел. Он там, где тень от яблони в полдень касается стены дома. Там стена тонкая. Ломайте. Спасайте...»
На этом всё обрывалось.
Я, конечно, думал, что это бред. Но в тот же вечер, вынося мусор, я машинально посчитал, сколько раз почтальон обошел клумбу. Ровно 13.
А потом началось самое странное. Записи в дневнике *продолжились*.
Чистые страницы в конце тетради стали заполняться. Тот же почерк, но чернила были свежими. Последняя, шокирующая запись была датирована вчерашним числом.
В ней было всего три строчки:
«Ты нашел мой дневник. Наконец-то. Не ломай стену. Они теперь наблюдают за тобой. Ведя этот дневник, я стал приманкой. А ты — новым объектом наблюдения. Записывай всё. И никому не верь. Особенно соседу, который сказал тебе про „скандал“. Его не было в моих исходных записях. Кто он?»
Я медленно поднял голову и посмотрел в окно. Напротив, у подъезда, стоял тот самый старичок-сосед. И пристально, не отрываясь, смотрел прямо на мое окно. Он улыбнулся и помахал мне рукой.
А у меня в руке загорелся экран телефона. Пришло уведомление от карт. «Ваш отзыв о месте „Дом №5 по ул. Садовой“ получил 1 лайк». Но я ничего не писал. И в графе «оценка» горела одна звезда.
Я открываю новый дневник. На первой странице пишу сегодняшнюю дату.
«Объект №1 („Сосед-старичок“). Сегодня он помахал мне рукой левой рукой. Вчера, когда передавал мне соль в магазине, он был правшой. Это не ошибка.»
СССР
