janekokosova

Раньше я владела сетью вебкам-студий с общим оборотом $200 000 в месяц, а сейчас живу за границей и открываю агентство по продвижению моделей в OnlyFans. Это мой второй текст, здесь расскажу, как взросление и страх за будущее семьи заставили меня уйти с работы, забыть про мораль и вернуться в вебкам-бизнес.

*****

Сделка с дьяволом при посредничестве мамы

После первого опыта работы в вебкам-студии и распада личности мне хотелось чего-то менее аморального и конкретного. Я долго не могла найти работу, но потом позвонила мама.

Она помогла устроиться в строительную компанию девочкой на побегушках. Постепенно я начала разбираться в специфике работы предприятия и поняла, что мы обслуживаем министерство обороны и являемся главными подрядчиками на строительстве военных городков.

Спустя 4 месяца я стала специалистом отдела, начала ездить в командировки и увидела российский бизнес во всей его красе.

Процесс приема управленческих решений был примерно такой: выигрывается тендер, деньги пилятся, на остатки что-то строится, потом московский заказчик приезжает посмотреть на результат, его парят в бане, набухивают, обклеивают проститутками, а на следующий день он принимает результат и не глядя подписывает все бумаги.

*****

Работа в аду за копейки

Я вспоминаю об этом опыте с улыбкой, но это лишь защитный механизм. Он появился у меня автоматически, потому что кроме улыбки и позитива мне ничего бы больше не помогло.

Вы когда-нибудь были молодой симпатичной девушкой, которая заходит в столовую с 200 рабочими, которые не видели никого кроме друг друга последние несколько месяцев?

А я была, и ощущение так себе. Я слышала в свою сторону столько необычных выражений, что могла бы составить плотный словарь пошлых эвфемизмов сразу и на русском, и на тувинском.

Ещё я участвовала во встречах с гендиром нашей компании, который был достаточно мутным типом с багажом уголовных дел и неуравновешенным характером.

Однажды он так сильно наорал на одного начальника департамента, что у того случился сердечный приступ.

Вишенкой на торте был тот факт, что я получала около 40 000 в месяц, тренировала свои защитные механизмы и, глядя на всё это, сильно переживала за маму, которая тоже работала в этой компании и, вероятно, повидала ещё больше, чем я.

*****

Взросление и первый бизнес

Когда штат начали сокращать из-за проблем с финансированием, мою маму уволили. В тот момент во мне что-то перевернулось — внезапно стало страшно. Было страшно за будущее, за себя, за семью, за маму, за бабушку. За то, что взросление настигло меня так быстро, и что я не справлюсь, не смогу никому помочь, если продолжу зарабатывать по 40 000 в месяц.

Но работа в филиале ада слишком хорошо научила меня подавлять эмоции, поэтому я сразу начала действовать.

Мы с мамой решили попробовать сдавать квартиры посуточно через субаренду, и я вложила в этот бизнес 200 000 своих накоплений, которые откладывала на свою первую самостоятельную поездку в Европу.

Первые несколько месяцев мы не могли нанять персонал, поэтому днём я работала в офисе, а вечером ехала по убираться в квартирах, выдавать ключи и новое постельное. Я так и продолжала работать на двух работах — квартирный бизнес начал постепенно приносить около 100 000 чистыми в месяц (на нас двоих с мамой), а в строительной компании перестали платить вообще.

На трёх работах

Работаешь на двух работах? Молодец. Но что делать, если на одной из этих работ перестают платить? Верно: искать третью. Тогда мне как раз написали из новой вебкам-студии и позвали туда управляющей: ставка 50 000 плюс % от выручки.

Первый опыт работы в вебкаме был душераздирающим и ужасным. Но в этот раз у меня вообще не возникало таких мыслей. Раньше я могла позволить себе размышления о морали, потому что была молодой и жила с парнем. А теперь я работала в агрессивной обстановке, делала свой микробизнес и бесконечно переживала за будущее и здоровье родных. В такой ситуации я даже не вспомнила о морали и приняла оффер.

Первый месяц я совмещала три работы, а потом ушла с двух, оставила квартирный бизнес и перешла в другую вебкам-студию. Туда, где начинала.

*****

Второй раз в ту же реку

Через месяц на должности управляющей одной студии я перешла на должность оператора в свою прежнюю студию, где работала на той же самой позиции 2 года назад и жутко страдала.

Но тут я была старше, умнее и циничнее.

Плюс, теперь при взгляде на моделей я не задавалась вопросом «что с ними не так?». Теперь я понимала, что у всех могут быть свои причины хотеть зарабатывать деньги — у меня свои, у них свои. И после командировок на стройку военных городков вебкам-студия оказалась далеко не самым аморальным местом.

Я проработала там полгода и хорошо сдружилась со всем коллективом. Но тот опыт, с которым я вошла в ту же реку, уже не дал мне возможности тихо сидеть в воде.

Постепенно я набралась уверенности, знаний о процессах и знакомств, чтобы утвердиться в желании открыть свою студию и получать прибыль вместо зарплаты. Эмпатия и взросление это всё, конечно, супер, но мне нужны были деньги. Много денег.

Пока я пыхтела на стройке и давилась супом в потных мужских столовках, меня преследовал образ знакомой собственницы вебкам-студии. Я следила за ней в инстаграме, сопоставляла её жизнь со своей и конкретно завидовала.

Она покупала новый айфон в дату его выхода. Как можно жить так хорошо, чтобы позволить себе новый айфон сразу же после его презентации?

Сейчас я могу позволить себе и айфон, и даже макбук в дату выхода. И вообще много чего могу — например, путешествовать по солнечным странам. Более того, сейчас я сама мотивирую моделей приходить ко мне этим же способом — говорю в соцсетях о том, сколько трачу и что покупаю, чтобы вдохновить молодых девушек из провинции захотеть зарабатывать и прийти ко мне.

Но тогда я сама была девушкой из провинции, вкалывала на трёх работах и думала, что купить новый айфон — это что-то на уровне попадания в список Форбс и владения золотым унитазом.

И я хотела выйти на этот уровень.

Поэтому я взяла 7 потребительских кредитов на общую сумму 2 000 000 , отовсюду уволилась и пошла открывать свою студию. Об этом в следующем тексте

*****

Подписывайся на блог тут, чтобы не пропустить продолжение. И ещё на мою инсту и телегу, потому что там ещё больше четкого контента из работы и жизни за границей.

Раньше я владела сетью вебкам-студий с общим оборотом $200 000 в месяц, а сейчас живу за границей и открываю агентство по продвижению моделей в OnlyFans. Здесь будут заметки о том, как скромная девочка из воскресной школы (я) превратилась в королеву вебкам-студий (тоже я), уехала из России и ворвалась на международный рынок адалта.

Всё началось с увольнения

Я никогда не работала моделью. Если честно, то до 2014 я даже не знала о вебкаме. Я работала помощницей управляющего в ресторане — для 23-летней девушки из провинции такая должность была достижением. Я вела инстаграм заведения и придумывала маркетинговые активности, а руководитель всегда меня поддерживал.

Иногда руководитель был слишком лояльным. Поэтому коллеги думали, что я с ним сплю.

Слухи почти стали реальностью, когда он начал звать меня с собой на тусовки. Я ходила, потому что не подозревала, что в этом мог быть какой-то подвох. Но подвох был: начальник всё-таки решил получить то, о чём говорили коллеги, и начал ко мне приставать. После нескольких попыток домогательств я конкретно ему отказала и столкнулась с последствиями.

Мне стало сложнее продвигать идеи и работать в целом. Каждое собрание превращалось в какой-то бессмысленный спор, где мне приходилось доказывать свою правоту в том, в чем я считала себя экспертом. И вот на обсуждении какого-то очередного поста в инстаграме он сказал: «Кажется, нам нужно попрощаться».

Я отказалась раздвигать ноги, и меня уволили.

Это было мое первое увольнение. После него мне больше никогда не хотелось нигде и ни с кем работать. Но выбора не было.

*****

Webwhat?

Подруга рассказала, что работает переводчиком. Но не в дипломатической миссии, а в вебкам-студии. Мне нужна была работа, я немного знала английский и поэтому попросилась к ним на собеседование — на должность оператора-переводчика.

Мы встретились с управляющей в каком-то милом подвале. Вокруг бегали девушки в нижнем белье, а из-за стен доносился легкий стон. Я была в шоке от нового опыта, но эротизм работы меня не смущал. Больше всего я боялась, что они разоблачат во мне самозванца и поймут, что я не знаю английский так же хорошо, как написано в моём резюме.

Оказалось, большинство переписок были довольно простыми:
— Привет, как дела?
— Ты откуда?
— Хочешь передёрнуть в привате?

Уровня языка мне хватило, и мы сразу перешли к делу. Мне показали комнату со столом и диванами, а потом предложили выйти на первую рабочую смену. А потом и на вторую, и на третью. Я должна была общаться в чате от имени модели и выбивать как можно больше донатов, чтобы приносить студии больше денег.

Но чтобы получать больше донатов, моделям нужно было раздеваться.

Несмотря на сферу деятельности, раздеваться никто не хотел, потому что девушки приходили на вакансию «Оператор ПК» и «Администратор сайта».

Эта иллюзия нужна была для того, чтобы привлечь как можно больше девушек. Поэтому многие приходили, чтобы буквально сидеть за компьютером.

Так в мои обязанности постепенно вошли и собеседование, и вербовка, и раздевание девушек.

*****

Флешбэк: душевный стриптиз

В 2011 я работала танцовщицей в стрипклубе в США. Мне хотелось сбежать как можно дальше от своего религиозного дома в Сибири, поэтому я оказалась в Коннектикуте. Сначала мыла посуду за копейки, а потом нашла вакансию танцовщицы.

Да, мне нравилось танцевать, поэтому я и пошла. Спойлер: я не раздевалась и не оказывала никаких сексуальных услуг. Просто танцевала. Правда!

Но там я впервые увидела вербовку — то, чем мне придется заниматься спустя несколько лет. Я видела, как мои коллеги меняются на этой работе. Они приходят просто танцевать, но им показывают деньги и ту жизнь, которую можно купить за эти деньги, и они ломаются.

Приличная девушка, которая стеснялась танцевать даже в одежде, за несколько месяцев превращалась в голую королеву приватных танцев. Это классическая история из кино, но тогда я поняла, что это просто реальность.

С тех пор я и начала задаваться вопросом: это я такая или они?

Что заставляет людей меняться? Деньги? Разве так работает мир? Приличные люди готовы сделать с собой что угодно ради денег? Или это просто я слишком приличная, что не раздевалась даже танцуя в стрипклубе? Может, они были такими раньше, может, это их настоящая сущность, а тут они просто получают возможность раскрыться, сбросить себя оковы общества, снять одежду, да ещё и за деньги?

Что это — путь разложения личности или просто поиск себя?

Раздень её за 60 секунд

Я стала оператором вебкам-студии и оказалась в той роли, которую когда-то видела в том стрипклубе Коннектикута. Я оказалась по другую сторону бизнеса и баррикад. Моя работа зависела от от откровенности моделей, поэтому мне пришлось заниматься той самой вербовкой.

Мне пришлось учиться раздевать девушек на первом, максимум втором стриме.

Сначала мы просто сидели вдвоем в комнате. Она перед камерой, а я за клавиатурой. Ей писали комплименты, а я их переводила: если писали про жопу, то я переводила переводила «красивые у тебя глаза».

Мне всё равно подсознательно хотелось защитить это невинное существо от сексуальной агрессии мемберов в чате. Я заваливала модель комплиментами, чтобы ей было комфортно, приятно и спокойно.

Но я привыкла делать любую работу хорошо, поэтому в какой-то момент мои благие намерения отключались. Я разводила людей в чате на донаты, а потом говорила ей, что тут скинули много денег, и было бы круто снять хотя бы майку, чтобы человек с деньгами остался и скинул ещё больше. Это был решающий момент для модели: либо ты снимаешь майку, либо уходишь. Многие оставались, а дальше — дело техники. Когда модель доходила до снятия нижнего белья — значит, она сломалась.

Сломалась. Я только сейчас поняла, что до сих пор использую это слово.

В тот момент я действительно считала, что ломаю людей. Я вела себя как мужик, который разводит девушку на секс любыми доступными способами. Я стала тем, кого ненавидела.

Но… Разве можно РАЗВЕСТИ кого-то на секс против его воли?

*****

Кто кого ломает?

Я сидела и предлагала моделям раздеваться и вставлять в себя разные предметы за деньги. И они соглашались. Значит ли это, что я кого-то сломала? Если она согласилась — что плохого? А если отказалась — ну, спросим другую.

Здесь ведь нет обмана, правильно?

Ты сознательно приходишь в подвал, садишься в темную комнату перед монитором и отвечаешь на очевидно сексуализированные комментарии. Ты знаешь, что куча каких-то незнакомых мужчин платит деньги за то, чтобы посмотреть на тебя. А за то, чтобы посмотреть на тебя голую, они заплатят ещё больше. И ты раздеваешься. Не потому что тебя «сломали», а потому что ты сделала этот выбор.

Если деньги способны сделать такое с людьми, то какие вопросы ко мне?

Когда я начала копаться в себе, то поняла: это не я ломаю их, это они ломают меня. Потому что у всех этих девушек был выбор. У всех стриптизерш, с кем я работала в США, тоже был выбор. У меня тоже был выбор, и я всегда выбирала оставаться в одежде и зарабатывать чем-то другим. Но когда я оказалась с другой стороны этой индустрии, мой выбор исчез.

Во всей этой ситуации выбора не было только у меня.

Потому что мне нужно было уговаривать их раздеться. Я не могла НЕ уговаривать. Сантехник не может не чинить трубы. Режиссер не может не снимать кино. Оператор вебкам-студии не может не предлагать модели раздеться. Это работа. И чтобы делать эту работу — мне нужно было сломать себя. Мои мораль и убеждения не могли смириться с моей новой профессией.

В тот момент вебкам стал ядом, который медленно отравлял мой организм, но организм не мог к нему привыкнуть и выделял только антитела.

Даже если бы модель с детства хотела зарабатывать самым жестким сексом, я все равно не хотела вести её по этому пути. Даже если для неё это был поиск себя, то для меня это был распад личности, причем с обоих сторон — и её, и моей.

По сути, мне пришлось стать тем самым начальником, который уволил меня за то, что я отказалась раздвигать перед ним ноги. Только он хотел раздвинуть мои ноги для себя, а мне нужно было раздвигать ноги девушек для работы. Что хуже? Не знаю.

Распад личности не входил в мою должностную инструкцию, и поэтому я ушла спустя 4 месяца работы. Ушла, чтобы вернуться туда снова через несколько лет…

*****

Подписывайся на блог тут, чтобы не пропустить продолжение.

И ещё на мою инсту и телегу, потому что там ещё больше четкого контента из работы и жизни за границей.