Проба
Стоит только в нарядном, шумном, полным людей Севкабеле пройти через внутренний двор в сдаваемые в аренду помещения старых цехов, как попадаешь в иммерсивные декорации к фильму ужасов. Голый бетонный пол со странными пятнами. На стенах облупившаяся краска грязного оттенка. Когда-то он был голубым. Не небесным и дерзким, а тем служебным и скучным цветом, которым красили на складах и в цехах — чтобы было светло и не марко. Сейчас он смотрится тускло и запущенно. Местами под ним зияет ещё более древний, ядовито-зеленый слой. Льющийся с потолка неуютный, яркий белый свет словно специально подчеркивает все изъяны этого места, выхватывая паутину проводов, черные квадраты пыльных окон и ржавые радиаторы. Довершают погружение в атмосферу нечеловеческие завывания за стеной. Понятно, что это всего лишь фильм, включенный кем-то из арендаторов. Понятно, что все это место — просто бывший завод, который не успели ещё полностью обшить гипсокартоном. Но все равно становится немного не по себе.
Слышишь сзади шаги. Оборачиваешься.
Шаги приближаются.
Из-за угла появляется ОН…
Курьер Озона с тремя пакетами и одной коробкой.
Магия рассеивается. Яркий цвет и современный дизайн его пакетов настолько не соответствуют духу этого места, что ты понимаешь — все просто показалось. Перед тобой абориген мира, в котором есть заказы, штрих-коды и переводы по СБП. Курьер явно спешит по делу, едва ли обращая внимание на мрачную атмосферу вокруг. Заметив твою дурацкую улыбку, он слегка кивает с уставшим видом человека, у которого ещё с десяток адресов в списке.
Тени на стенах становятся просто тенями. Странные пятна на полу оказываются просто грязью. Любители кино за стенкой выключают свой ужастик и выходят в коридор. Место не зловещее, просто с этого завода уже ушли рабочие, а дизайнеры ещё не добрались.
Ты ещё немного бродишь там, пытаясь сделать атмосферные фотографии, а потом выходишь на улицу. Тебя встречает свежий ветер с залива с запахом кофе и глинтвейна, теплые огни гирлянд, музыка и веселые возгласы на катке. Шумит знакомый вечерний Петербург, в котором люди заказывают еду, книги и носки, а старые заводы, медленно и неуверенно, учатся быть модными лофтами.
