Эта серия постов будет дневником с рефлексией, где я надеюсь отследить процесс выгорания в школе. Присутсутвует/отсутствует авторская пунктуация)
Прежде чем поведать об основных событиях, произошедших за этот учебный год, хочу вкратце рассказать, как я вообще попал на работу в школу.
В конце весны 2022 года всем студентам нашего педагогического разослали письма о необходимости прохождения на 5 курсе обязательной годичной практики в школах, чего ранее учебный план не предусматривал. Разумеется и студенты, и пед.состав были в недоумении, ведь 5 курс - это уже диплом. В этой ситуации я написал обращение в Министерство с просьбой предоставить студентам информацию об этой практике, прислать нормативные документы и дать разъяснения как чиновники вообще видят эту практику. Пока дожидался ответа (не дождался), кто-то из однокурсников тоже написал в минпрос, но в более негативном ключе, обвинив тех чуть ли не в восстановлении рабства. Что характерно ответ они не дали, но спустили это до региона, а наш минпрос уже до ВУЗа. На что руководство (спасибо им) устроило нам конференцию и вкратце рассказало, что учиться будем дистанционно 3 дня в неделю, а три дня работать в школах. По специальности я работать хотел и проблем в таких условиях не видел - это же больше стажа и опыта, не говоря о постоянной зп! (до этого получалось только халтурить) Поэтому, несмотря на размытые перспективы, с радостью взял гарантийное письмо в собственной школе, где проучился 10 лет.
И так в августе 2022 года я оказался в родной школе на должности учителя истории и обществознания. Первое, что сильно удивило, так это немногочисленность знакомых лиц в стенах учебного заведения, ушли многие учителя, завуч. Директор тоже сменился - теперь им стал депутат гордумы. Второе, что также сильно удивило - количество классов. Школа у нас всегда была большой, и когда я учился 5 классов было нормой. Но после объединения школы с соседней (не прошла аккредитацию) классов на всех параллелях, кроме 10-11 стало по 8 штук. Мне достались восьмиклассники.
Приятно было видеть среди своих учеников младших братьев знакомых, с которыми еще недавно учились. Но сентиментальность начала проходить, когда ребята, как и их братья когда-то, стали лениться на уроках. Поэтому одной из первых задач стало завоевание авторитета и построение дисциплины. Моменты бывали разные, иногда даже путали с учеником, но эти цели уже к концу сентября были выполнены. Знаковым моментом стали "ситуации с вейпами":
На этаже, где я работаю, учителей немного, а кабинеты разделяет коридор-балкон (3 этаж над холлом) и малый спортзал. За этот спортзал, в заколоченную каморку, дети повадились таскать свои кибердудки с вполне понятной целью - надудеться и не спалиться. Каморка служила складом сценического реквизита и обладала чудесным сломанным замком, державшимся на двух гвоздях, которые дети без напряга и выломали. В первый раз я их застал там случайно из-за звука колонки. Развлечений в школе, видимо, немного: либо ты куришь под инстасамку, либо пытаешься подпрыгнуть и со всей дури ударить по звонку. По неопытности взял с них объяснительные и сказал, что пущу их в дело, в случае если еще раз увижу их там. Самые хулиганистые восьмиклассники, которые вечно собирались неподалеку от каморки, стали теперь каждую перемену с интересом наблюдать как я иду на осмотр "курилки", и скоро сами стали со смехом ходить со мной. Ребята делали это провокационно: мол мы семиклашек гоняем вместе с учителем, а сами курить будем. Парни не догадывались, что благодаря повальному курению в общаге, я разбираюсь в кальянных табаках, жидкостях и прочем, поэтому спокойно обсуждали это при мне. Но курить они уже перестали из-за моих регулярных осенних рейдов по этажу. Пятиклашки оказались не такими осторожными, и в один день я поймал девочку из 5 с электронкой. В этот момент я понял, что просто угрозы с моей стороны ни к чему не приведут: родители девочки были оповещены елассным руководителем в тот же день. И буквально на следующей перемене мне попадается ученик из моих классов. Сразу скажу, что идти и доводить информацию до родителей не хотел, т.к. ученик не пропащий, с головой на плечах, но попавший в волну общего увлечения, а школьное руководство в таких случаях угрожает сразу постановкой на учет. Но с другой стороны и оставить это безнаказанным тоже никак нельзя. Поэтому вся раздолбайская компания восьмиклассников была собрана в кабинете, где я обозначил им выбор: либо они завязывают с курением в школе и курят "только на балконе с батей", либо мы идем путём регулярных докладных. Т.к. объяснительные курильщиков из 7Д все еще лежали у меня в столе и соцпедагогу отданы не были, восьмиклассники прониклись некоторым доверием и согласились на первый вариант. Но с целью профилактики на переменах вместо спортзала и каморки я приглашаю ребят уже в свой класс.
К концу сентября в школе я уже более-менее понимаю, что порядки при новом директоре поменялись. Депутатская деятельность руководства отразилась и на работе учителей, и на детях. Одним из нововведений стали "уроки здоровья", в рамках которых учителя, дети и родители должны делать фотоотчет, как они весело и озорно смотрят лекции медработников.
На одном из таких уроков все 8 классы должны были смотреть фильм о вреде никотиновой зависимости в актовом, но вместо того чтобы пойти на просмотр, часть моих учеников остаётся после звонка у меня:
– Tovprepod, можно мы у вас посидим вместо актового зала?
На мое замечание, что некоторым из них было бы полезно посмотреть лекцию, мне спокойно отвечают, что уже 2 раза ее видели и вообще вся эта деятельность будто ради фотографий и отчёта. Уже после после звонка, когда большая часть "прогульщиков" ушла, в кабинете задержались двое товарищей и заговорщически сообщают о неком старшекласснике, который в компании друзей с колледжа отжимает электронки у младших классов и возвращает за выкуп, либо продает другим. Жертвы вынуждены молчать, т.к. о таком не пожалуешься родителям. В этот момент я испытал широкий спектр эмоций: курение среди подростков мне всегда казалось неправильным, но вроде как "исторической данностью", присущей любому поколению. А вот с юными маргиналами до этого сталкиваться не приходилось. Нельзя сказать, что в начале 10х их не было, но все такие истории происходили всегда вне стен школы. Тут важно отметить, что сейчас у многих классных по 2 или даже 3 класса, и из-за вечной загруженности учителя ученики не горят делиться своими проблемами с ними. Поэтому с этим они пошли ко мне, молодому преподу без классного руководства. После этих откровений, дав детям наказ в таких ситуациях всегда без лишних размышлений идти сразу ко мне, я пошел расспрашивать учителей о том, что им известно про малолетних грабителей. Те оказались осведомлены не лучше и высказали мнение, что сейчас лучше ловить курильщиков, а потом уже разбираться с ворами. Мол, какого-нибудь семиклассника с электронкой поймать за руку проще чем 10 класс за воровством. Прошло пару недель в раздумьях как уличить нечистых на руку старшеклассников, но идеи так и не сформировалось. Была мысль даже согласиться с коллегами, что нужно остановиться на простом дежурстве по этажу, но помог случай:
Те двое парней,что рассказали мне про грабителей, тихонько подошли ко мне на перемене и, помявшись, сообщили, что одного из них поставили на деньги. Ситуация такая: эти двое, назовем их Ваней и Петей, общаются в общешкольной компании учеников со старших классов, и в разговоре с Ваней про лидера одной из групп десятиклассников Петя заявил, что десятиклассник - наглый и не блещущий интеллектом тип. Тому, что это было сказано Ване в личной беседе, Ваня значения не придал и рассказал об этом уже всем в присутствии того самого десятиклассника. Тот, разумеется, срывов покровов не оценил и вызвал Петю на разговор. А Петя прямо заявил, что мнение свое не скрывает и готов об этом сказать прямо, но Ваня исказил суть и вообще все не так было. Пока разбирались кто виноват и что делать, у Вани забрали новый вейп с условием возврата за 2000р.
- Такие вводные, а теперь что нам делать? - спросили меня ученики, больше расстроившиеся из-за электронки, чем из-за сомнительного поведения друг друга. Выход я видел один: мы идем к замдиректора по воспиталке, повторяем эту историю и ждем общения с родителями Вани и десятиклассника для разрешения конфликта. А в случае угрозы мордобоем после разбирательств припугнуть шпану последствиями правового характера, загубящими все перспективы для почти выпускника. До этого, к слову, не дошло.
Парни поломались немного, но когда я надавил на то, что курение менее страшный проступок чем грабеж и что их пример может повлиять на жизнь в школе в лучшую сторону, они согласились.
Через пару дней Петя и Ваня снова стояли у меня в кабинете:
– Tovprepod, курилку он отдал замдиректора, а та моей маме. Так что это победа!
– А мама рада что ты куришь?
– Нет, но она смирилась. Я сам контролирую себя и смогу бросить. Кстати, тот десятиклассник, решив что электронку завуч мне так и не вернула, пообещал мне новую.
– И что, возьмёшь? Не побрезгуешь?
– А что? Не брать? Он же меня на деньги поставить хотел!
– Но в итоге не поставил, эпопея завершилась, и ты выиграл. А так получается, что ты его место займешь и уже сам с него вейп трясти будешь. Не лучше бы тебе твёрдо отказаться от его предложения, дел с ним не иметь, показав, что ты выше этого.
Стоит признаться, в этот момент я лукавил, но новый испаритель ученику явно был ни к чему. Они с Петей призадумались, но в результате решили, видимо, все-таки взять предложенный подгон. Правда десятиклассник как-то слился, и в итоге никто ничего так и не получил. На этом закончился мой первый месяц преподавания.
