Дело обстоит так. Есть тут парень, http://pikabu.ru/profile/iwannachaos. Это я. Не хочу сильно разглагольствовать, что, как и почему, можете просто посмотреть профиль, и сами поймете.
Ну я ведь говорил) Где, где они, минусометы недовольных?
(ЗЫ. Это не конец. Вообще. Еще было много чего. И веселого, и более печального)
Все вопросы в комменты
“C” вторая. Глава 3.
Она рассказала мне все. Это был наш первый раз, когда мы действительно разговаривали, когда наконец мы стали братом и сестрой. Да, я замечал, что с ней иногда бывало что-то странное, будто она отстранена от всего. Она могла сидеть часами в комнате, играя в шутеры и не произносила ни слова. А я все списывал на возраст.
- Они... твари. Бессердечные, неблагодарные животные. Ненавижу их.
Я, конечно же знал, что люди бывают жестоки. Но тогда я впервые узнал, насколько далеко они могут зайти. Насколько сильно можно уничтожить внутреннее состояние человека, который не принадлежит основному коллективу.
- Я же не знала их. Они мне сначала все улыбались, приветливые такие были.
Да, речь шла о ее новых одноклассниках.
Надо сказать, Ира всегда была и остается человеком добрым и очень чувствительным. Она всегда ставит себя на место других и всегда боится их обидеть и заставить переживать. Потому что понимает, каково это, сделай такое с ней. После такого всегда всегда будешь понимать.
Но далеко не все люди такие. И тут речь идет далеко не о дергании за косички.
Ее презирали. Ее не щадили. С первого дня.
Вы думаете, что труднее всего жить нищим и голодающим? Возможно вы правы. Но о таких людях по большей части заботятся. Хоть как-то.
Поверьте, не им одним может прийтись несладко. Особенно Ире. Ведь она идеальна.
Наверное, говорить про банальную зависть к внешнему виду, которой были переполнены ее одноклассницы не имеет никакого смысла. Зависть — не порок, как где-то говорилось
Они ей просто пользовались. Ира, как и я, шла на медаль, но в отличии от меня была крайне ответственной. И если я мог позволить себе неделями не ходить в школу, то ее после одного пропущенного урока, терзала совесть. Естественно, она всегда делала домашку, периодически я ей помогал. И эти твари безжалостно ее сдирали..
Ну и что, спросите вы. Где это не видано. Везде так делают. И из-за этого напиваться?
Но я начал с самого последнего пункта.
Она попыталась найти себе друзей, и, казалось бы, даже смогла это сделать. Несколько девочек охотно с ней общались. Но все оказалось не так просто.
Я не сильно разбираюсь в женской дружбе, она слишком сложная и непонятна моему восприятию. Но то, что делали эти суки, взбесило даже меня.
Это сложно объяснить. Я сам мало чего понял из ее слов тогда. Как минимум потому, что большую часть времени она глотала слезы и молчала. Она плакала, а я сидел и проклинал эту школу, эту страну, этот менталитет. Мне хотелось переубивать их всех.
И так. У нее не было друзей в классе. Одни лишь притворялись (естественно, она это понимала), другие просто-напросто издевались. Я не беру в расчет парней, во-первых их было мало, а во-вторых это была своя компания, которой было абсолютно плевать на все происходящее.
И внезапно случилось чудо. Одна из притвор действительно прониклась чувствами, и они стали если подругами, то хотя бы близкими товарищами. И, разумеется, это не понравилось «хозяйкам территории». Догадаетесь, что они сделали? Вряд ли.
Они послали одну из «своих» отбить единственную подругу у моей сестры. Да, отбить. Как парня, только подругу. Я не буду вдаваться в подробности, что там было, но дошло до драки (благо, без участия Иры) с кровью и больницей.
Я еще сильнее прижал ее к себе.
После этого, один из парней в классе ей рассказал, что его и других просили встретить ее в темном углу ясно для каких целей. Однако, ребят оказались куда более интеллектуально и социально развитыми своих сверстниц, чтобы просто воткнуть просящую лицом в стену. Но не ее было не жалко. Уже давно.
Я не буду перечислять остального. Мне кажется, этого хватит.
Выслушав это все, я кое-как довел ее до ванной. Она умылась более-менее пришла в чувство.
-Там еще осталась картошка. И вроде тортика немного...
-Угу.
* * *
Дежавю. Или уже обычай. Я уже не смотрю на сковородку с порезанной картошкой. А она мило уплетает последний кусок торта с чаем из моей кружки, ведь ее ждет, пока я доберусь до раковины...
Она уже закончила, а еще перемешивал эту несчастную картошку. Ира подошла и, встав сзади, положила голову мне на плечо, стала смотреть на этот процесс.
Спасибо... - тихо прошептала мне она.
Я почувствовал, как она отошла, и только успел ухмыльнуться, как вдруг что-то холодное и липкое коснулось моей щеки. Я с недоумением повернулся в сторону источника беспокойства.
Ничего, кроме красной, как свежая роза, Иры я не увидел. Я на автомате провел пальцем по щеке, и даже не задумываясь продегустировал.
Дуреха. Хоть бы сливки с губ стерла.
А уже знал, что мы будем делать этим вечером. И нет, вы не угадали. Мы всего лишь пойдем в ресторан.
* * *
Она категорически отказалась переводиться. Я не смог ничего с этим сделать.
* * *
А катана по-прежнему стоит за шкафом. И пистолет по-прежнему спрятан в сейфе.
