JuliaEnglish

У меня нет швейцарского ножа, спутниковой связи и кнопки SOS. Зато у меня есть английский. И поверьте, он пригождался чаще, чем можно себе представить.

Расскажу четыре истории из поездок, в которых язык стал спасательным кругом. И не только для меня. Если вам кажется, что английский — это только для резюме и сериалов, просто послушайте, как однажды пилот сдался, чемодан улетел в Китай, а официанты решили, что нас ждет чайная кома.

История №1. Пилот «с приветом» и чемодан-турист

Вена. Я готова лететь, а самолет — нет. Не то, чтобы он опоздал. Его просто не было. Рейс отменен. Паника, очередь, люди с глазами, как у мокрых котов. Один австриец метался туда-сюда, подбежал:

— Do you speak English?
— Yes, I do. — ответила я, и тут всё завертелось.

Пока мы ждали информацию, выяснилось: пилот всё-таки вылетел. Но почему-то пролетел над Москвой, никого не забрал и… улетел обратно в Австрию. Высадил русских пассажиров в Вене и пошёл домой. Без объяснений, по-английски.

Люди в чужой стране, без денег, без языка. Кто знал английский, тот спасся: нашёл рейс, объяснился на стойке, добрался до гостиницы. Кто не знал, сидел в растерянности. Я помогала, кому могла: одной даме устроила звонок домой. Она стояла, дрожала, говорила: «Папа старый, он с ума сойдёт». В итоге ей дали телефон и даже помогли дозвониться. Мы с ней до сих пор переписываемся.

А багаж?
Переносимся в Париж. Чемодан мой решил, что ему в Китай. Я же — во Франции. Заполнять форму на английском или французском — три листа: ткань, замок, цвет, ленточка, колёсики. Без языка, считай, прощай багаж. Не знаю, что делать человеку, который не владеет иностранным. Мой чемодан, кстати, нашли — в последний день отпуска вернулся из китайской командировки.

История №2. 40 пакетиков чая и недоумевающий отель

Английский — дело тонкое. Особенно если произнести что-то не так.

Курьезов и юмора было много. В книге рассказываю: мой покойный муж, не зная языка, пытался в отеле заказать «четыре пакетика чая». Но у него получилось сорок. Он старался как мог, но вместо «four» сказал «forty». Подхожу — официантки с глазами, как блюдца. Думаю: всё, сейчас вызовут кого-нибудь — для хорошего дела 40 пакетиков чая не попросят.

К счастью, обошлось. Нам принесли горку пакетиков, официантки с опаской поглядывали, но санитаров не вызвали. Мы, конечно, напились чаю на неделю вперёд. Английский спас даже там, где сам «развел» панику.

История №3. «It's very good. Thank you very much», или развод по-итальянски

Италия. Я — счастливая, в стране моей мечты, лечу домой. Ко мне в аэропорту подходят две милые девушки:

— Мы проводим опрос. Как вам Италия?
— Обожаю! — рассказываю им, где была, в каких отелях останавливалась. Они мило улыбаются, подарили блокнотик и ручку. Просят телефон — «на случай уточнений».

Телефон — домашний. У меня тогда ещё мобильника не было. А дома мама, которая не говорит по-английски, знает лишь несколько вежливых фраз.

Через день ей звонят и говорят что-то трагичное: якобы её дочь умирает и надо срочно переслать деньги. Что мама отвечает?
— Thank you very much. It's very good.

Я потом спрашиваю:
— Мам, а ты поняла, что они сказали?
— Нет, но девушка так волновалась, я решила: пусть успокоится.

История №4. Cherry, vanilla и кальян для пятилетнего

Ко мне как-то пришла ученица — взрослая женщина, трое детей. Решила учить английский после отпуска в Турции.

Она с детьми зашли в кафе, чтобы купить попить. В меню слова: cherry, vanilla. Знакомые, в общем, вкусы. Она заказала троим. Ей уточняют — «Are you sure? For kids too?» Она: «Yes, yes. Каждому».

Принесли шесть кальянов. Для неё и детей.

— Я не чувствовала себя такой дурой никогда, — сказала она. — Дети хотели пить, а я заказала им вишнёвый пар. Всё. Учу язык.

Вместо заключения

Когда знаешь английский, ты немного волшебник. Да, можно перепутать «four» и «forty», «поблагодарить» мошенников, но всё равно — лучше знать. Потому что не страшно ошибиться. Страшно не попробовать объясниться. Английский часто — единственный мост между тобой и миром.

Надеюсь, эти истории заставили вас улыбнуться. Багаж из ошибок, уроков и разговоров, в которых главное было не «perfect tense», а живое, человеческое общение.