BrutalRomance

Пост не несет никакой особой информационной нагрузки. Пикабу, просто зацените мои татухи :)

Предлагаю на ваш суд мой небольшой рассказ. Буду рад замечаниям по делу.

Жили мы в небольшом селе под названием Ефремово, что недалеко от Санкт-Петербурга, тогда называвшегося Ленинградом. Мне было лет пять, я был еще совсем малой. Но то, что я вам расскажу, я запомнил на всю жизнь.
Мы с отцом как-то раз возвращались с рыбалки. День был теплый, мы наловили много рыбы, и я уже почти чувствовал терпкий аромат лосося и окуня. Ужин обещал быть вкусным. Моя мама просто замечательно готовила рыбу, а папа ее просто замечательно ловил. Папа и я уже подходили к дому, как вдруг отец заметил черную Волгу. Она стояла у нашего подъезда, словно какая-нибудь забытая людьми диковинка, вроде проигрывателей виниловых пластинок. У нас-то все давно уже пересели на Мерседесы... Папа остановился и присматривался к Волге, будто пытаясь углядеть в ней старого знакомого. Он улыбнулся и с радостной улыбкой сказал мне: "Ну, Сеня, сегодня у нас ужин на четверых!". Это означало, что у нас гость.
Войдя в квартиру, мы услышали разговор.
"-А как Сеня ваш? Как оценки в школе? Давно я не видел пацана, он вырос, наверное!"
"-Сеня большой совсем, Федь! Настоящий мужчина уже!" - это был голос мамы, и она смеялась. А папа, услышав имя загадочного незнакомца, звонко хлопнул в ладоши и закричал: "ФЕДЬКА!!!". Он уронил ведро с рыбой на пол и побежал на кухню. Я остался стоять в недоумении, не понимая, какой-такой Федька сидит у нас. Папа вышел из кухни, а за ним шел высокий, спортивного телосложения мужчина лет 40. Он был в кепке-шапке, лицо его было гордым, слегка напоминая орлиный профиль. Мужчина был слегка худоват на лицо и выглядел несколько усталым, однако во взгляде и во всех его движениях, в каждом жесте его была какая-то непокорность и изысканная благородность. "Это, сынок, дядя Федя. Он тебя знал, когда ты был еще совсем маленьким". Увидев меня, дядя Федя с удивлением разинул рот и сказал папе: "Пацан-то уже совсем большой... Небось, уже и подружка есть?", - он подмигнул мне. Я смутился и промолчал. Подружки у меня не было.
Я вышел из комнаты, когда услышал, как мама зовет меня к столу. По всему дому был слышен манящий запах рыбы. Все трое сидели в столовой и ждали меня.
"...А я им и говорю: вы меня не обманете! Я-то знаю, как у вас дела делаются!!" Громогласно восклицал дядя Федя, потрясая кулаком в воздухе. Я сел за стол, и уставился на него. На тарелке лежал лосось, приправленный каким-то соусом. Все сидели и слушали Дядю Федю. Он продолжал что-то говорить, но я был занят уплетанием кушанья, но вдруг я услышал свое имя, и посмотрел на Дядю Федю.
"-Арсений! Вот ты мне скажи. У нас в стране много богатств, так? Ты бы хотел получать с этих богатсв свои причитающиеся? Ты же Россиянин? Россиянин! А значит, имеешь право владеть частью природных богатств нашей страны. Согласен?"- говорил он деловым тоном, словно я был уже взрослый и самостоятельный. Я лишь что-то негромко пробормотал. Дядя Федя продолжал говорить: "А что ты думаешь, Арсений, могли бы вы жить в более просторной квартире? А бабушка ваша?". Я снова промолчал, лишь кивнув в знак согласия. Дядя Федя остался доволен моим ответом, и снова зашелся речью: "Так вот, ребята. Я им всем покажу! Я переделаю эту страну, да так, что каждому хорошо будет! Всем им там в столице покажу! Всем!! Веришь мне, Сеня?" Я негромко сказал, что верю, и продолжил есть рыбу. Папа открывал шампанское. Мама воскликнула: "Следующий тост за Федьку! Депутата!" Я не знал, что такое "депутат", но я тоже обрадовался.
Следующая встреча с дядей Федей состоялась только через три месяца. Я пришел с прогулки с мамой, а на дворе стояла его черная Волга. Было видно, что за ней стали ухаживать тщательнее. Она была свежевымытая, а стекла были тонированными. Мы прошли в квартиру, и увидели туфли, которые хотел купить себе папа на прошлой неделе, но у него не хватило денег. По-видимому, это были туфли дяди Феди. Мы прошли в столовую и обнаружили там папу с дядей Федей, которые о чем-то беседовали. Дядя Федя изменился. Его лицо стало более упитанным, да и сам он явно раздобрел. Теперь его волосы были зачесаны назад, а сам он был в костюме. Увидев меня, он не стал вставать с кресла, зато сказал:
"-Привет, малыш! Как твои делищи?", - радостно и добро говорил он. Я смолчал. Он снова заговорил: "В общем, программа у нас пока стоит. Ее должны оформить... Бюрократы чертовы. Но я все равно добьюсь того, что нужно. Не беспокойтесь, ребята." Он обращался одновременно и к папе, и к маме, и ко мне. Где-то через час дядя Федя ушел. Папа задумчиво сидел на балконе и курил трубку, смотря куда-то вдаль.
Последняя встреча с Федором Петровичем состоялась через год. Федор Петрович - так просил меня теперь называть его отец. Я шел из школы, и увидел перед окнами нашего дома новый, черный Мерседес, который сразу привлекал внимание. Он был большой, красивый. Наверняка стоил немало денег. Я сначала подумал, что это не к нам, но ошибся. Это был Дядя Федя. Федор Петрович. Я бегом поднялся по лестнице, и вошел в открытую входную дверь. Услышав голоса родителей и гостя, я пошел на кухню. И застал их там.
Я сначала подумал, что это и не Дядя Федя вовсе. Человек, сидевший за кухонным столом, совершенно отличался от человека, которого я видел полгода назад. Этот был упитанный, с заметным брюшком, его костюм был накрахмаленный, волосы тщательно зализаны назад. Лицо его стало округлым, руки слегка дрожали. Он повернул голову в мою сторону, и я увидел его глаза. Они были какими-то маленькими, почему-то виноватыми, а во взгляде совершенно не осталось той гордости, той непокорности, которая совсем недавно была в нем. Дядя Федя был похож на людей, которых я часто вижу по телевизору, в новостях. Рядом с ним стоял кейс, а перед ним на столе стоял стакан с водой. Человек, ранее называвшийся Дядей Федей, закашлялся и выпил воды. Он обратился ко мне: "Сеня, не узнал что ли? Дядю Федю не узнал?". Голос его стал каким-то писклявым, высоким. Я молча кивнул, и сел на свободный стул. Папа и мама молча смотрели на Дядю Федю. Тот снова закашлялся, и стал говорить: "В общем, пока не идет. Не получается. Ну, не одобряют... Не знаю. Может, фиг с ним, а?" Он попытался засмеяться, но под взглядами родителей его улыбка опала. Дядя Федя как-то побледнел, стал каким-то жалким, маленьким."Я пытался! Ну не надо, говорят.. Может, и правда не надо? Ну зачем все это? Саш, а..." Дядя Федя на глазах делался все более жалким, тщедушным. "А машину купил..." Негромко проговорил папа. Дядя Федя опустил голову вниз. Посидев так немного, он встал, взял свой чемодан, и пошел к выходу. Его никто не пошел провожать. Он оглянулся, окинул всех взглядом, остановился на мне и негромко сказал: "Ну, бывай, малыш". Попытавшись выдавить из себя улыбку, Дядя Федя развернулся и ушел. Папа сидел и смотрел в пустоту. Мама пошла закрывать дверь. Я сидел и тоже смотрел в пустоту. Я не понимал, почему отец так суров к своему старому другу, и почему Дядю Федю никто не пошел провожать. На улице послышалось, как заводится и отъезжает машина. Папа встал, и сказал, что сейчас мы пойдем на рыбалку, и чтобы я собирался. Я кивнул, а папа ушел. Я сидел и думал.
Я и не видел его с того раза. Только один раз, по телевизору. Он сидел за большим столом, и слушал кого-то в костюме. Он стал еще упитаннее, а в волосах начали появляться проплешины. Больше Дядя Федя не приезжал.